Помост

Вопросы веры

Климент смолятич произведения

Климент Смолятич

Климент Смолятич (ск. после 1164), митрополит Киевский и всея Руси (1147 — 1155), писатель, мыслитель. В Ипатьевской летописи 1147 говорится о Клименте Смолятиче, что он “книжник и философ”, подобного которому “не бывало в Русской земле”. Считается, что его перу принадлежит “Послание, написанное Климентом митрополитом русским Фоме, пресвитеру, истолкованное Афанасием Мнихом” и “Слово о любви Климове”.

Климент Смолятич (кон. 11 — нач. 12 в. — не ранее 1164) — митрополит Киевский, религиозный писатель и мыслитель. Сведения о его биографии скупы и отрывочны. Уроженец Смоленской земли, он попадает в поле зрения летописцев уже в зрелую пору жизни. В 1147 по настоянию Изяслава Мстиславича и решению Собора русских епископов был поставлен в митрополиты (это был второй после Илариона случай поставления митрополита из русских). До своего возвышения Климент был монахом-схимником Зарубского монастыря на левобережье Днепра. В 1155, после смерти князя Изяслава, Климент был вынужден удалиться с митрополии. Летописец характеризует Климента Смодятича как книжника и философа, какого прежде в Русской земле не бывало. Из его произведений сохранились «Послание, написано Климентом, митрополитом русским, Фоме пресвитеру» и «Поучение в субботу сыропустную». В «Послании» Климент следует той традиции богословствования, которая впитала в себя элементы античной культуры, соединив православную догматику с идеями древнегреческих философов. Мыслитель-митрополит примыкал к профилософской, наиболее бережно относившейся к античным реминисценциям богословской традиции. Он теоретически обосновывает образно-символический метод толкования религиозных текстов и призывает абстрагироваться от буквального понимания библейских сюжетов, направить мысль на постижение их глубинного смысла. Климент первым в истории русской мысли сформулировал основные принципы нестяжательства.

В. В. Мильков

Климент Смолятич, Клим Смолятич (ум. после 1154), — монах Зарубского монастыря, древнерусский церковный писатель; очевидно, смолянин. В 1147 году киевский князь Изяслав Мстиславич поставил Климента Смолятича киевским митрополитом без санкции константинопольского патриарха. После смерти Изяслава (1154) Климент Смолятич принужден был оставить митрополичью кафедру. Климент Смолятич был высоко образованным человеком своего времени и выдающимся писателем («бе зело книжен и учителен и философ велий и много писания написав»). Сохранилось лишь одно его сочинение — «Послание к смоленскому пресвитеру Фоме», являющееся частью обширной переписки Климента Смолятича с Фомой. Оно важно как документ, свидетельствующий о зарождении свободомыслия в церк. письменности.

Советская историческая энциклопедия. В 16 томах. — М.: Советская энциклопедия. 1973—1982. Том 7. КАРАКЕЕВ — КОШАКЕР. 1965.

Литература: Никольский Н. К., О литературных трудах митрополита Климента Смолятича, писателя XII в., СПБ, 1892.

Климент Смолятич (конце XI — начале XII века не ранее 1164) — религиозный писатель и мыслитель. Судя по прозвищу, Климент Смолятич мог быть уроженцем Смоленской земли. Ко времени назначения его митрополитом Киевским (1147) он был монахом-схимником Зарубского монастыря и уже приобрел известность как книжник и философ. Под философией подразумевалось не столько увлечение внешней мудростью, сколько личная мудрость и праведная жизнь в соответствии с полученными знаниями. Будучи митрополитом (этот пост он занимал до 1155 года), Климент Смолятич встречался с Кириком Новгородцем. Запись их доверительных и довольно острых по затрагиваемым темам бесед сохранилась в канонически-богословском труде, известном как «Вопрошание Кириково». Несмотря на достоверные исторические свидетельства, указывающие на широкую писательскую деятельность Климента Смолятича, мы располагаем лишь двумя принадлежащими его перу произв.: «Послание, написано Климентом, митрополитом русским, Фоме пресвитеру» и «Поучение в субботу сыропустную». «Послание» состоит из 2 частей: оригинального авторского начала и довольно обширной компиляции, составленной на основе выдержек из толкований Феодорита Кирского на ветхозаветные книги, извлечений из «Шестоднева» Иоанна экзарха Болгарского и других произведений. В основу его положены 3 стержневые темы: 1) отношение к античному наследию и ветхозаветной традиции, а также выявление скрытого в них смысла; 2) характеристика принципа предопределенности и его значения в решении проблемы греховности и спасения; 3) исследование нравственной категории тщеславия на примере отношений к власти, стяжанию и философии. В «Послании» Климент Смолятич следует традиции богословствования, которая впитала в себя элементы античной культуры, соединив христианскую догматику с идеями древнегреческих философов. К. С. считал допустимым обращение к философии в рамках христианского мудрствования. Утверждение принципа божественной предопределенности, из которого следует, что все в мире целесообразно, что даже внешне непривлекательные и неприемлемые для христианского сознания явления имеют смысл, открывало путь к признанию ценности античности, позволяло выявить и использовать то, что было полезно христианству. Тем самым указанный принцип ориентировал на открытость вовне, на признание, хотя бы частичное, ценности инокультур. Если Бог как вездесущий промыслитель сопричастен буквально всему, что происходит в мире, то истина присутствует везде — даже в идеях выдающихся представителей древних. Именно в таком виде мог восприниматься авторитет Платона, Аристотеля, Гомера, в трудах которых предполагалось наличие не противоречащего божественному смыслу содержания. Их воззрения хотя и не уравниваются в «Послании» с христианством в религиозной обезличенности, но и не отвергаются, как того требовали мн. идеологи христианского вероучения. Принцип предопределенности прилагается Климентом Смолятичем и к рассмотрению проблемы человеческого греха и спасения. В силу того, что в текучести бытия не остается места случайности, теряет свое обычное значение свобода выбора между добром и злом, а как следствие, утрачивается острота восприятия понятия греховности. Не может быть греха там, к чему причастен Бог, ибо он есть огонь, «очищающий от грехов». Он премудро управляет миром, как капитан кораблем. Бог с этой точки зрения рассматривается только как спаситель, а не как строгий и тем более карающий судья. Согласно Клименту Смолятичу спасение человека оказывается всецело в воле Божией. Однако это не фатализм в традиционном смысле. Представляет интерес содержащееся в «Послании» обоснование образно-символического метода толкования религиозных текстов, что характеризует Климента Смолятича, по сути, как родоначальника древнерусской притчевой аллегорической экзегезы. Он широко использует библейские сюжеты и считает целесообразным абстрагироваться от их буквального значения, направить мысль на постижение невыявленного глубинного смысла. Привнесение в текст дополнительного, не содержащегося в нем изначально смысла, открывало определенный простор для деятельности разума и вместе с тем несло с собой опасность погружения в мистику. Не случайно метод символического аллегоризма пользовался признанием и у теологических рационалистов (таких, как Феодорит Кирский, Иларион), и у христианских иррационалистов (Афанасий Александрийский, Анастасий Синаит, на Руси — Кирилл Туровский). Аллегоризм привлекал Климента Смолятича скорее всего в качестве противоядия буквализму, который воспринимался им как воплощение законности, сковывавшей благодатную свободу мысли и ориентировавшей на религиозную нетерпимость. Символизм же предполагает терпимость, ибо нацеливает на непредвзятый поиск скрытой вечной истины. Характерной чертой воззрений Климента Смолятича является апология нестяжательства (см. Нестяжатели). По существу, он первым в истории русской мысли сформулировал основные принципы этой идеологии. Основываясь на собственном опыте, он подчеркивал, что человек обретает свободу, избавившись от отягощающего бремени имущества. Правда, ему приходилось признавать, что, презрев богатства, он не смог избежать бремени власти, приняв против своей воли руководство митрополией. Он оправдывал свое положение промышлением Божиим, которому не подобает противиться. «Поучение в субботу сыропустную» посвящено прославлению подвижников, оставивших мир и пребывающих в монастырских трудах ради своего и мирских людей спасения, подающих последним пример благодетельного нестяжания. Однако в «Поучении» отсутствует типичная для монастырской литературы апология аскезы, умерщвления плоти как залога спасения. Формулируются легкие и доступные всем нормы праведной жизни. Путем к спасению считается вера, любовь, терпение и милостыня. В целом мировоззрение Климента Смолятича можно охарактеризовать как оптимистическое и умеренно-рационалистическое с элементами теологического символизма. Ему свойствен провиденциализм, моделируемый по типу переменчивой судьбы. Предопределенность является мировоззренческой основой веротерпимости с вытекающим отсюда живым интересом к античности. 

В. В. Мильков

Сочинения: Лопарев X. М. Послание митрополита Климента к смоленскому пресвитеру Фоме. Неизданный памятник литературы XII в. Спб., 1892.

Климент Смолятич — 2-й киевский митрополит (1147- 1155) русского происхождения. Назначен вел. кн. киев. Изяславом Мстиславичем, после чего был избран на соборе епископов и посвящен в Софийском соборе. До своего назначения на митрополию находился на высшей ступени монашества, в вел. схиме, и в атом качестве вёл жизнь затворника. Изяслав Мстиславич, видимо, хотел иметь в лице главы рус. церкви послушное орудие своей политики и одновременно порвать с традицией назначения рус. митрополитов в Константинополе. Неразбериха в столице Византии (патриарший престол пустовал длит. время) способствовала тому, что кандидатура Климента Смолятича, человека достойного и богословски образованного, была с удовлетворением принята большинством рус. духовенства. Однако вследствие того, что Климент Смолятич встал во время княжской междоусобиц на сторону Изяслава, его полномочия были признаны только в тех землях, которые находились в сфере политич. влияния киев. князя. Противники использовали в борьбе против Климента Смолятича то обстоятельство, что митрополит не был утвержден патриархом, а стало быть, не имел права занимать кафедру. Три епископа, голосовавшие против него (Нифонт Новгородский, Мануил Смоленский и Косьма Полоцкин), отказались повиноваться новому митрополиту и рассматривали его как «противника Христова закона». На их стороне, естественно, оказался враг Изяслава — сузд. кн. Юрии Владимирович Долгорукий, организовавший активную церковно-политическую оппозицию Изяславу и его ставленнику — Климент Смолятич Попытки последнего привлечь на свою сторону колеблющихся успеха не имели. Епископ Нифонт и др. иерархи оказались напрямую подчинёнными патриарху. Климент Смолятич вынужден был покинуть кафедру после изгнания из Киева Изяслава (1149) и вернулся туда вновь с вокняжением последнего (1151). После смерти Изяслава (1154) Климент Смолятич был сведён с кафедры севшим на престал в Киеве Долгоруким. Последний раз Климент Смолятич служил в Софийском соборе, когда киев. престал занял (1158) сын Изяслава Мстислав. После смерти митрополита Феодора вел. кн. киев. Ростислав Мстиславич обратился (1162) в Константинополь с просьбой утвердить К. С. задним числом в митрополиты, но получил отказ. Умер во Владимире (на Клязьме), но год смерти неизвестен. Как писатель Климент Смолятич известен своим посланием к священнику Фоме. Богослов, эрудиция (имел прозвище Философ), знание греч. яз, владение приёмами риторики, а также компетентность в вопросах церк. права позволяют предположить, что Климент Смолятич получил образование в одной из высших школ в Византии.

Климент Смолятич, митрополит Киевский в 1147—56 (ск. после 1164), православный мыслитель.

Родом из Смоленска, откуда и произошло его прозвание — Смолятич. До 1147 был монахом располагавшегося близ Киева Зарубского монастыря, схимником, а одно время даже «молчальником», т. е. принявшим обет молчания. Ко времени возвышения Климент уже прославился своими глубокими познаниями, широкой эрудицией, литературным даром. В Ипатьевской летописи о нем написано: «…И был книжник и философ, каких на Русской земле не бывало».

В киевские митрополиты Климента возвели 27 мая 1147 без благословения константинопольского патриарха, но по инициативе вел. кн. Изяслава Мстиславича. Т. о., Климент Смолятич стал вторым русским по происхождению митрополитом (после Илариона). Поставление Климента в митрополиты было напрямую связано с желанием вел. князя и некоторых церковных иерархов утвердить независимость как Русской церкви, так и всего Киевского государства от Византии. Именно поэтому вспомнили о некоторых традициях раннего, еще Владимировой поры, русского христианства.

Так, акт поставления нового митрополита предлагалось совершить мощами св. Климента, которые хранились в Десятинной церкви. Св. Климент почитался защитником Русской земли именно в раннем русском христианстве. Право же на избрание русскими своего митрополита находили в событиях и более близких — указывали на факт избрания митрополитом Илариона (1051). Видимо, совсем не случайно, что выбор пал именно на Климента Смолятича. Он был известен как активный церковно-политический деятель, представитель т. н. «русской партии», боровшейся с засильем греческих иерархов в Русской церкви.

Однако Климент оставался митрополитом только до тех пор, пока Изяслав Мстиславич был жив. После его смерти началась борьба за киевскую кафедру и, в конце концов, в 1156 Климент был «испровергнут» с митрополитства прибывшим из Византии Константином, а священникам, поставленным Климентом, было запрещено служить, пока они не отрекутся от бывшего митрополита. В 1158—61 и в 1163 дети Изяслава Мстиславича вновь попытались поставить Климента в митрополиты, но их намерение не удалось.

Единственное дошедшее до нас произведение Климента Смолятича «Послание Фоме» показывает, как элементы раннего русского христианства продолжали жить еще и в XII столетии. Этот памятник сохранился в испорченном виде: перепутаны местами отдельные его части, сам текст позднее был истолкован неким монахом Афанасием.

«Послание к Фоме», главное сочинение Климента Смолятича, несомненно, связано с церковно-политической борьбой вокруг митрополичьей кафедры. Ведь одна из целей написания Климентом этого послания — снять выдвигаемые против него обвинения в славолюбии и доказать свое право на руководство Русской церковью.

Главный вопрос, поставленный Климентом в «Послании», — можно ли допускать расширенное толкование Священного Писания? Отвечая на него, Климент отстаивает свое право тщательно исследовать «божественные письмена» и, хотя он не отрицает буквального понимания Библии, тем не менее библейские тексты имеют для него прежде всего символическое значение, а сам Климент выступает как сторонник символически-аллегорического метода прочтения библейских сюжетов. «Что же ми Зарою и Фаресом! — восклицает Климент по поводу одного из библейских сюжетов, который он толкует в своем послании. — Но нуждюся и уведети преводне», т. е. иносказательно. И в этом смысле Климент Смолятич оказывается продолжателем того толкования христианского вероучения, которое утверждал митр. Иларион.

Более того, Климент отстаивает право русского книжника на использование не только богословия, но и философии — светской, даже языческой науки. «А речеши ми: “Философьею пишеши”, а то велми криво пишеши, а да оставль аз почитаемаа Писаниа, ах писах от Омира, и от Аристотеля, и от Платона, иже во елиньскых нырех славне беша», — отвечает на обвинения Климент в самом начале своего «Послания». А чуть ниже восклицает: «Что философью писах, не свемь! Христос реклъ святымь учеником апостоломь: “Вамь есть дано ведати тайны царствиа, а прочим въ притчах”. Списающим евангелистом чюдеса Христова, хощу разумевати преводне и духовне».

Климент вообще показывает себя знатоком античной философии, вспоминая, что «излагал» в своих сочинениях Гомера, Аристотеля и Платона, «прославленных в греческих странах» философов.

Своеобразное продолжение «линии Илариона» можно заметить и в др. рассуждениях Климента Смолятича. Так, в истории человеческого общества он выделяет 3 состояния, которые соответствуют этапам утверждения Божественной истины в людских сердцах — «Завет», «Закон» и «Благодать». «Завет» — это пророчество будущей Благодати, которое Господь даровал праотцу Аврааму, а в его лице и всем язычникам. «Закон» (Ветхий завет) — это пророчество истины, данное Моисею для иудеев. «Благодать» (Новый Завет) — это и есть истина, дарующая вечное спасение уже всем людям.

Наступление каждого нового состояния отрицает предыдущее: «Закон бо упраздни Завета. Благодать бо упраздни обое, заветное и законное, солнцу въсиавшу, — пишет Климент Смолятич и продолжает аллегорическим сравнением: — Нужа есть всему миру пребывати под мраком, но осветитися подобает пресветлами лучами». Следовательно, только Благодать освещает мир «пресветлыми лучами» и человечество «уже не теснится в Законе», но «въ Благодати пространно ходит. Законнаа бо вся стень подаша и образ бяху будущих, а не сама та истинна».

А свои размышления об истинности Благодати Климент, опять же в духе митр. Илариона, иллюстрирует своеобразным толкованием библейской притчи о Заре и Фаресе, сыновьях-двойняшках библейского патр. Иуды и его невестки Фамари. Зара должен был родиться первым, но во время родов лишь выставил руку, на которую тотчас же была навязана красная нитка. Первым же на свет появился Фарес.

В толковании Климента Смолятича рука Зары — это образ Завета («преже бо Закона беаху неции богочестиемъ облежаще, не по Закону, но по вере живуще»); Фарес — образ Закона («среда бо есть Фарес преже бывших благочестию и хотящих быти Благодати»). Сам же Зара — это образ Благодати, явивший вначале свою руку, как пророчество будущей истины. В целом же это толкование позволяло Клименту доказывать правоту собственных рассуждений, опираясь на Священное Писание.

Климент Смолятич совсем не случайно столь много времени уделяет внимательнейшему прочтению Библии. Ведь, по его мнению, в познании Божиего Промысла и в посмертном спасении заключается высшая цель человеческой жизни. Даже признавая, что Господь, в принципе, непознаваем, Климент стремится к осмыслению сути сотворенного Господом мира. Познание же «божественной твари» может способствовать и познанию Божиих тайн.

Возможность постижения Божиего Промысла дает право Клименту защищать еще один важный для него тезис — право человека на свободную волю. Вообще человек, по мнению русского мыслителя, — это не просто Божие творение, а любимое и опекаемое Господом создание. «Нас же деля что не имать сътворити преславно, яко по образу Божию и по подобию быхом!» — восклицает Климент. Поэтому человек имеет возможность свободно распоряжаться всеми данными ему Богом вещами, ибо эта свобода предопределена Самим Богом.

Однако свобода имеет и свои пределы, установленные опять же свыше. «Да аще мы убо, тварь суще Божиа, от него сотвореною тварию действуемъ, якоже хощем, то что ны есть, возлюбленнии, паче наипаче помышляти о Бозе, Его же совета и премудрости нашь умъ ни худе достигнути не можеть, не токмо нашь умъ, но и ти святии ангели и архангели и вся чиноначалиа», — пишет Климент Смолятич. Следовательно, человек не должен противиться божественному «смотрению», но должен только славить Господа и благодарить. Более того, все свои аллегорические рассуждения Климент подчиняет одной цели — научить людей искать спасения, не уклоняясь от Божиего Промысла «ни на шую, ни на десно». Даже в жизни животных, пусть и мифических, видит Климент поучительные для людей сюжеты: «Се бо есть и намъ на поучение, иже просити что от Бога добрых делъ и полезных и спасение когда улучити и снабдети, имже Богъ о бесловесных промышляеть и устанавливаеть», — такими нравоучительными словами заканчивает Климент рассуждение о некой птице Алкионе.

И спасения, по убеждению Климента, достойны все, уверовавшие в Бога и искренне служащие Ему. В ответ и Господь никого не оставит и каждому дарует спасение и жизнь вечную: «Ничто же бо преобидно от Господа, все видить безсонное Его око, то все смотрить, у всего стоить, даа комуждо спасение… Устрааеть и промышляеть премудрено спасение наше и повелевает комуждо, якоже хощеть».

В этом понимании сущности спасения опять же можно видеть продолжение «линии Илариона», а вернее, традиций раннего русского христианства.

С идеей свободы Климент напрямую связывает и идею нестяжательства. Возражая на обвинения в тщеславии, он пишет: «Да скажу ти сущих славы хотящих, иже прилагают домъ к дому, и села к селомъ, изгои же и сябры, и бърти, и пожни, ляда же, и старины, от нихже окааный Климъ зело свободен. Нъ за домы, и села, и борти, и пожни, сябръ же и изгои — землю 4 лакти, идеже гроб копати, емуже гробу самовидци мнози».

Основываясь на собственном опыте, он подчеркивает, что истинная свобода возможна лишь тогда, когда человек полностью отказывается от имущества, бремя которого мешает направить все силы на духовное самосовершенствование. Климент Смолятич — первый в истории отечественной религиозной философии мыслитель, который сформулировал идею нестяжательства, ставшую столь популярной в России в более поздние времена.

Конечно, на первый взгляд «Послание к Фоме» носит чисто богословский, отвлеченный характер. Казалось бы, чем могут привлечь современного читателя рассуждения о ехионе и алкионе, о саламандре прованском? Но за этими аллегориями, за размышлениями над текстами Библии нужно увидеть другое. Отстаивая свое право на символическое толкование Священного Писания, Климент тем самым отстаивает право Русской церкви на самостоятельность, а значит и право Руси на независимость. И в этом смысле Климент Смолятич, несомненно, выступает духовным наследником митр. Илариона и др. русских мудрецов, близких традициям раннего русского христианства.

Перевезенцев С.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа — http://www.rusinst.ru

Далее читайте:

Философы, любители мудрости (биографический указатель).

Сочинения:

Лопарев X. Послание митрополита Климента к смоленскому пресвитеру Фоме. Неизданный памятник литературы 12 в. СПб., 1892;

Литература:

Никольский Н. О литературных трудах митрополита Климента Смолятича, писателя 12 в. СПб., 1892;

Голубинский К История Русской Церкви, т. 1,1-я пол. М., 1902, с. 300-14,847-51.

Климент Смолятич

Климент Смолятич принадлежал к выдающимся людям XIIвека: митрополит всея Руси, философ, писатель, педагог. Под 1147 годом Лавретьевская летопись повествует о том, как великий Киевский князь Изяслав Мстиславич, «вывед из Заруба» Климента, поставил его митрополитом, «и был он книжник и философ такой, каких в Русской земле не бывало» со времен Гомера, Аристотеля и Платона.

Климент называл себя Смолятичем, подчеркивая тем самым свою неразрывную связь со Смоленщиной, где прошло его детство, а может быть, и юношеские годы, где он получил образование, сформировался духовно и нравственно.

Войдя на русскую митрополичью кафедру, он при активной поддержке великого князя Изяслава Мстиславича, родного брата смоленского князя Ростислава Мстиславича, начал проводить в жизнь свою программу духовного развития Руси. Если судить по его посланию, он считал, что общее образование русских священнослужителей должно строиться не только на чисто богословской основе, но с привлечением дополнительного целого ряда дисциплин светского содержания? философии, истории, риторики, искусства и литературы. Составной частью этого «светского ядра» в общем образовании должна стать, по его убеждению, античная культура, «прославленная в греческих странах». Именно эти сложнейшие проблемы н неоднократно обсуждал в письмах к Смоленскому князю. Этой стороны программы русского митрополита коснулся и смоленский пресвитер Фома, считая античный элемент в составе христианской духовности инородным телом, явным отступлением от православной веры. Обвинение было предъявлено по самому большому счету. И Климент Смолятич должен был защищаться, что он и сделал в своем письме в высшей степени превосходно, показав, насколько велик его отрыв от уровня духовного развития смоленского священника.

Крайне критическое отношение смоленского пресвитера к митрополиту всея Руси может быть объяснено в какой-то мере тем, что на соборе 1147 года Смоленский епископ Мануил, грек по национальности, проголосовал против Климета, считая, что он не достоин занимать столь высокий пост без благословения Константинопольского патриарха. Видимо, такой точки зрения придерживался и Фома.

Поскольку Фома, как убедился митрополит в процессе полемики с ним, был неспособен «руководить порученными ему душами» и тем не менее пытался поучать его, он счел необходимым дать ему несколько уроков истинного понимания «божественного писания», помочь «тщательно вникнуть» в суть сотворённого Богом мира. Во избежание ненужных упреков он прибегает к посредству многочисленных источников, поражая своей эрудицией и глубиной анализа. Так, он ссылается на притчи Соломона, отца его Давида, книгу Бытия Моисея, ученые труды Никиты Серрона, епископа Гераклийского, Феодорита Кирского, Григория Богослова, Аристотеля, Платона, Плиния и других выдающихся мыслителей.

Детальное истолкование христианских прообразов составляет отличительную особенность повествовательного стиля Климента Смолятича. В этом плане он бесподобен, изобретателен, умен, поразительно начитан, стоит вполне на высочайшем уровне своего предшественника митрополита Илариона, создателя «Слово о Законе и Благодати», который считал, что в своем развитии мир прошел три стадии: на первой Господь дал Аврааму «завет», на второй – вручил на Синайское горе «закон» Моисею, на третьей – Иисус Христос ниспослал всем народам «благодать» в виде православной веры.

«Приточный» метод исследования библейских текстов давал возможность Клименту Смолятичу в поисках «прообразов» опираться не только на готовые библейские сюжеты, но и составлять по их канве свои собственные микрорассказы в форме вопросов и ответов на них, напоминающие «диалоги» древнегреческого философа Платона.

Эпистолярная проза Климента Смолятича принадлежит к популярному в то время жанру так называемой «библейской экзегетики», стоящей на грани художественной литературы и литературной критики. Переводя на русский язык греческие тексты, русские книжники нередко пытались совершенствовать оригинал, сокращая или дополняя его; они вводили новый материал, добиваясь наилучшей формы его выражения. Такой представляется внешняя сторона, обусловившая особенности вопросно-ответных произведений русской экзегетики. Привлекательная и внутренняя сторона, поскольку произведения этого жанра содержали разгадку неясного понятия путем замены его другим, более понятным, аналогичным ему по смыслу, поясняющим его, раскрывающим его значение. Не только законченные фразы, но каждое слово в этих произведениях получало образное выражение, а поэтому жанр библейской экзегетики позволял митрополиту Смолятичу широко внедрять образы и понятия античной философии и литературы.

Послание митрополита к пресвитеру Фоме отличается живым изложением, пронизано единой связующей нитью, что свидетельствует об огромном таланте автора, проявившего особое пристрастие к «прообразам» — образному, даже символическому способу объяснения существа церковных и светских книг.

Пестрящие в послании обращения: «Возлюбленный мне Господе брат Фома», «Отселе, любимец, я уже не буду давать тебе ответа», «И ты любимец, не суди строго написанную мною к тебе грамоту» и др., — свидетельствуют об особой близости автора к своему оппоненту. с другой стороны, излагая вопросы от первого лица, используя факты личной биографии, Климент Смолятич действовал в духе русских проповедников XI-XII веков, своих предшественников – Лику Жидяты, Феодосия Печерского, архиепископа Новгородского Ильи. Особенно близок он к Феодосию Печерскому, традиции дидактического красноречия которого обнаруживаются и при обсуждении кардинальных вопросов веры и неверия, а также в самой манере изложения проблемы и даже в стиле повествования.

Следует отметить большое полемическое искусство Климента. Сила его аргументации неотразима, доводы бесспорны. Сквозь скрытый, подчеркнуто серьезный тон нередко пробивается ирония, обезоруживающая противника, отнимающая у него желание продолжать дальше спор. Такое искусство требовало, конечно, огромного духовного напряжения и большого мастерства.

Деловая письменная речь явилась одной из важнейших «внутренних» предпосылок возникновения художественной литературы на Руси. Письма, послания, записки, уведомления широко представлены уже в берестяных грамотах Смоленска и Новгорода Великого. Система эпистолярных жанров известна в нашей литературе, начиная с XI века. До нашего времени сохранился, например, ответ игумена Киево-Печерского монастыря Феодосия на запрос Киевского князя Изяслава Ярославича о преимуществе празднования Воскресения Христова перед иудейской субботой. В составе Лаврентьевской летописи сохранилось письмо Владимира Мономаха Олегу Святославичу по поводу гибели сына. Известно послание митрополита Никифора к Владимиру Мономаху от 1124 года и др.

Литература Древней Руси, выражаясь «старыми словесы», «многими красотами удивлена еси»: поражает, что в своем раннем развитии она сумела уже разработать широко разветвленную, стройную и строгую жанровую систему. И летописание, и красноречие, и жития святых, и хождения, и моления – все это звенья мощного, как водопад, творческого процесса. Ученые-медиевисты удивлялись, откуда у русской литературы такие высокие идеи и нерастраченные чувства, способные «обойти всю землю и выше небес взойти», как выразился Иоанн, экзарх Болгарский – писатель и философ IX века.

К большому сожалению, в тени исследовательской мысли оказались эпистолярные жанры литературы. В представлении ряда учёных они зачастую остаются за пределами художественности, хотя в Древней Руси эти произведения, как и произведения других жанров, предельно насыщены литературной аурой. В силу этого они, бесспорно, могут помочь также в поисках причин стремительного восхождения русской изящной словесности на свой Олимп.

Климент Смолятич

— Зарубский схимник, а затем митрополит киевский и всея Руси, первый митрополит из русских. В сан митрополита он был возведен в 1147 году 27 июля по воле великого князя Изяслава Мстиславича, собором из шести епископов и вопреки обычаю — без сношения с константинопольским патриархом. Такой способ поставления, предложенный епископом черниговским Онуфрием, вызвал протесты со стороны епископа новгородского Нифонта и епископа смоленского Мануила (к ним примкнул и Косма, епископ полоцкий), которые, ссылаясь на рукописание митрополита Михаила, требовали, чтобы Климент принял благословение от константинопольского патриарха. Возникшая отсюда борьба между владыками приняла особенно острый характер в отношениях митрополита Климента к епископу Нифонту (ум. 15 или 18 апреля 1156 (6664) года), нашедшему себе поддержку в патриархе, в князе Святославе Ольговиче и в обществе («поборник всей русской земли»). Вследствие этой борьбы годы управления митрополитом Климентом митрополиею были весьма тревожными и самое положение его непрочным. Пользуясь властью во время беспокойного правления князя Изяслава Мстиславовича, он был вынужден оставлять киевскую кафедру при других князьях, например в 1149 году, когда Киев достался князю Юрию Владимирович. Хотя в 1151 году Климент был опять в Киеве митрополитом, но по смерти великого князя Изяслава Мстиславича (в ноябре) киевляне в апреле 1156 года уже ожидали прибытия из Царяграда нового митрополита Константина. Впоследствии, по смерти Юрия, когда Киев достался князю Мстиславу Изяславичу и Ростиславу Мстиславич, митрополит Климент, по-видимому, был опять некоторое время в Киеве, но в силу соглашения, состоявшегося между названными князьями, как он, так и Константин были устранены от киевской митрополии и сюда был вызван из Царяграда митрополит Феодор. По смерти Феодора (чрез 10 месяцев по прибытии) князь Ростислав задумал было «оправить Клима на митрополию», но из Константинополя явился неожиданно новый митрополит Иоанн, и Климент не вступал более на митрополичью кафедру. Время и место смерти Климента остаются неизвестными.

По словам летописей митрополит Климент был «книжник и философ, какого в русской земле не бывало», а Никоновская летопись прибавляет к этому, что Климент «много писания написав предаде». Действительно, как видно из его послания Фоме, он много интересовался духовною литературою и сам поддерживал оживленную переписку по вопросам экзегетическим и иным; к переписке этой были прикосновенны: пресвитер Фома, его учитель Григорий, князь Изяслав, многие послухи, князь, при котором состоял Фома (т. е. Ростислав?), и другие лица. До настоящего времени от этой переписки сохранилось только: «Послание митрополита Климента к смоленскому пресвитеру Фоме, истолкованное Афанасием мнихом», дошедшее до нас в испорченном виде в двух рукописях XV — ХVI в. (начало: «Почет писание твоея любве, яже аще и медлено бысть»). В первой (краткой) части этого послания митрополит Климент оправдывает себя от упреков в тщеславии и славолюбии, выразившихся в искании власти и в «философских» толкованиях, предложенных им. Вторая часть, происхождение которой и отношение к «посланию» возбуждает много недоумений, состоит из толкований разных библейских текстов и других выражений. Большая часть этих толкований заимствована из сочинений блаженного Феодорита, из Шестолнева Иоанна экзарха и других подобных трудов; затем, известно, что было послание митрополита Климента «от Омира, Аристотеля и Платона»: об этом послании упоминает сам митрополит Климент (в послании к пресвитеру Фоме), но оно до нас не сохранилось; послание это пресвитер смоленский Фома считал адресованным к себе, но по словам Климента, в действительности оно назначалось для князя (Ростислава?). — Несколько ответов («Kлима») канонически богослужебного содержания находятся в «Вопросах Кирика» («Русск. Ист. Библиотека», 1880, т. VІ. стр. 29, 31, 32, 33 и друг.); редакция ответов, впрочем, вероятно принадлежит не митрополиту Клименту, а Кирику. Кроме того, Клименту приписывается неизданное «слово о любви», находящееся в одной Воскресенской рукописи (приписывается митрополиту Клименту И. И. Срезневским и архиепископом Филаретом). Но едва ли оно принадлежит митрополиту Клименту; в этом поучении о любви не содержится никаких указаний на автора; поучение составлено из отрывков, заимствованных из бесед св. Иоанна Златоустого и других. «Слово в субботу сыропустную» (нач.: «Кто доволен изглаголати силы»), составленное, вероятно, в век митрополита Климента, приписывается митрополиту Клименту архиепископом Филаретом. В содержании слова, однако, нет указаний, кто был его автором. — Отличительная черта писаний митрополита Климента — это их несамостоятельность. Не только во второй части своего послания к пресвитеру Фоме (вероятно интерполированной) он буквально пользуется, не цитируя их, уже готовыми памятниками переводной славянской литературы (толкованиями блаженного Феодорита и т. п.), но и первая часть послания вовсе не оригинальна.

{Половцов}

Климент Смолятич

(т. е. родом из Смоленска) — митрополит киевский (1147—1155) — один из крупных деятелей древнерусской духовной литературы. Биографические сведения о нем, сохранившиеся в летописи и извлекаемые из его трудов, крайне скудны. В 1147 году, после продолжительных неустройств в русской церкви, К. был вызван великим князем Изяславом из уединения и поставлен в митрополиты собором шести русских епископов. Противная сторона, склонная признавать подчинение русских иерархов высшей власти цареградского патриарха, не приняла этого избрания, и волнения продолжались. Три епископа: св. Нифонт новгородский, Мануил смоленский и Косма полецкий, отказались повиноваться новому митрополиту, как самовольно завладевшему митрополией, без благословения патриарха, и видели в нем «противника Христова закона». После изгнания Изяслава был изгнан и К., окончательно удалившийся с кафедры в 1155 г. и умерший после 1164 г. Летопись сообщает, что митрополит К. был таким «книжником и философом, какого еще не бывало в русской земле» и что он оставил после себя много литературных трудов. До нас дошла, вероятно, лишь ничтожная часть того, что было написано митрополитом К. С его именем в настоящее время связываются: 1) несколько ответов в так называемых «вопросах Кирика»; 2) ему же приписываемое, но вряд ли действительно принадлежащее «слово о любви Климово» (находящееся в рукописи Воскресенского монастыря); 3) «слово в субботу сыропустную» (рукопись Румянцевского музея, № 406) и, наконец, 4) несомненно ему принадлежащее «Послание написано Климентом, митрополитом рускым, Фоме прозвитеру, истолковано Афанасием мнихом» (по спискам XV в. изд. X. Лопаревым и Н. Никольским). Из всех названных трудов наиболее замечательным является последнее «Слово». Первая часть его составляет как бы предисловие, в котором К. старается оправдаться перед пресвятым Фомой от обвинений в гордости и искании славы. Вторая часть (по-видимому, интерполированная) содержит ряд выписок из толковых сборников и вопросов-ответов. Вступление особенно важно потому, что проливает свет на состояние просвещения в Руси в домонгольский период. К. упоминает здесь, что он пользовался Гомером, Платоном и Аристотелем: эти слова указывают на то, что классическая литература была небезызвестна хотя бы представителям высшей духовной иерархии, лицам наиболее просвещенным. В том же послании митрополит К. упоминает о своих клириках, из которых он может указать многих основательно знакомых с греческим языком. Весьма возможно, что знание греческого языка и произведений греческой древней литературы было и у заурядных монахов: сам митрополит К. до возведения на митрополию был простым схимником. Но эти предположения биографов митрополита К. подрываются отчасти тем соображением, что наш автор, как и другие древнерусские писатели, мог почерпать свои цитаты если не из «Пчелы», то из «Тактикона» и «Пандектов» Никона Черногорца, известных на Руси уже в XI в. Что касается литературной стороны дошедших до нас творений митрополита К., то в них он является предшественником Кирилла Туровского. Он особенно любит прибегать к иносказательному толкованию, преимущественно ветхозаветных книг, которое стало популярным в александрийскую эпоху развития христианской проповеди. При отсутствии излишней искусственности, отрывки произведений митрополита К. отличаются живым, иногда красивым изложением.

В.

П.

{Брокгауз}

Климент Смолятич

(Клим) — митрополит Киевский и всея Руси.

Митрополит Климент по происхождению русский.

Фамилия его Смолятич дает повод предполагать, что он был родом из Смоленской земли. До святительства был схимником в монастыре, находящемся в городе Зарубе.

Его кандидатуру на первосвятительский престол выдвинул великий князь Киевский Изяслав Мстиславич, несмотря на противодействие ряда епископов, возражавших против поставления митрополита без санкции Константинопольского патриарха.

27 июня 1147 года Собором русских епископов он был поставлен митрополитом Киевским главою святого Климента, папы Римского (эта святыня находилась в Киеве), подобно тому как греки ставили своих митрополитов рукою святого Иоанна Предтечи. Вскоре после смерти великого князя Изяслава († 1154) и занятии Киевского престола князем Юрием Долгоруким 20 марта 1155 года митрополит Климент был удален с Киевской митрополии во Владимир Волынский.

Скончался после 1164 года.

Летопись Ипатьевская (под 1147 годом) характеризует Климента как «книжника и философа», подобного которому не было «в Русской земле». Однако до нас дошло лишь одно произведение, бесспорно ему принадлежащее, — «Послание, написано

Климентом митрополитом русским, Фоме, прозвитеру, истолковано Афанасием мнихом» (ГПБ, Кир.-Белоз. собр.; № 134/1211).

Труды:

Литература:

Толстой М. В. Рассказы из истории Русской Церкви. — 6-е изд. — М., 1873, с. 59; 7-е изд., с. 62, 63.

Никольский Н. К. О литературных трудах митрополита Климента Смолятича, писателя XII века. — СПб., 1892.

Владимиров П. В. Критико-библиографические заметки об изданиях по русской словесности за 1892 год. — Киев, 1893. См. также: Киевские университетские известия. — 1893. Лопарев X. Послание митрополита Климента к смоленскому преосвященному Фоме: Неизданный памятник литературы XII в. — СПб., 1892. Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковнослужителей. — Киев, 1913, с. 1402. Ратшин А. Полное собрание исторических сведений о всех бывших в древности и ныне существующих монастырях и примечательных церквах в России. — М., 1852, с. 93. Строев П. М. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. — СПб., 1877, с. 1.

Летопись церковных событий и гражданских, поясняющих церковные, от Рождества Христова до 1898 года, епископа Арсения. — СПб., 1899, с. 414.

Н. Д. Девятисотлетие русской иерархии 988—1888. Епархии и архиереи. — М., 1888, с. 12.

Творогов О. В. Климент // Словарь книжников и книжности Древней Руси. — Л., 1987. — Вып. 1, с. 227, 228.

Макарий (Булгаков), митрополит. История Русской Церкви: в 9 т. — М., 1994—1997. — Т. 2, с. 289—294.

Климент Смолятич

— Митрополит Киевский и всея России, родом из Россиян Киевских, или по мнению других, из Смоленских, хиротонисан 1147 года Июля 27 из Схимонахов и Затворников Киевских, по настоянию Великого Князя Изяслава Мстиславича, шестью Российскими Епископами: Онуфрием Черниговским, Феодором Белоградским, Евфимеем Переяславским, Дамианом или Иоакимом Юрьевским, Феодором Владимирским и Еммануилом Смоленским. Хотя сие постановление Всероссийского Митрополита без ведома и благословления Константинопольского Патриарха и оправдывалось бывшим тогда замешательством и частыми переменами в Константинопольском Патриаршем Престоле, но некоторые, особливо Нифонт, Епископ Новгородский, спорили противу сего. Несмотря на то, Митрополит сей 9 лет начальствовал в Российской Церкви, и уже в 1156 году присланным из Константинополя Митрополитом Константином сменен и отставлен. О сем Митрополите Летописи наши свидетельствуют, что «Был вельми учен Философии и Богословии и Учитель Церкви Православной, какого прежде в Руси не бывало, и многие книги к учению народа написав издал». Но из сочинений его ничего до нас не дошло. Нифонт, Епископ Новгородский, в Ответах своих Кирику ссылается на Правила Клементовы.

{Болховитинов}

Большая биографическая энциклопедия. 2009.

Климент Смолятич (стр. 1 из 2)

Перевезенцев С. В.

Климент Смолятич (ум. не ранее 1164 г.) – митрополит Киевский в 1147–1156 гг., второй, после Илариона, митрополит из русских. До 1147 г. Климент был монахом располагавшегося близ Киева Зарубского монастыря, схимником, а одно время даже «молчальником», т.е. принявшим обет молчания. Ко времени возвышения Климент уже прославился своими глубокими познаниями, широкой эрудицией, литературным даром. В Ипатьевской летописи о нем написано: «…И был книжник и философ, каких на Русской земле не бывало».

В киевские митрополиты Климента возвели 27 мая 1147 г. без благословения константинопольского патриарха, но по инициативе великого князя Изяслава Мстиславича. Таким образом, Климент Смолятич стал вторым митрополитом, русским по происхождению. Поставление Климента в митрополиты было напрямую связано с желанием великого князя и некоторых церковных иерархов утвердить независимость как Русской Церкви, так и всего Киевского государства от Византии. Именно поэтому вспомнили о некоторых традициях раннего, еще Владимировой поры, русского христианства.

Так, акт поставления нового митрополита предлагалось совершить мощами святого Климента, которые хранились в Десятинной церкви. А ведь святой Климент почитался защитником Русской земли именно в раннем русском христианстве. Право же на избрание русскими своего митрополита находили в событиях и более близких — указывали на факт избрания митрополитом Илариона (1051 г.). Видимо совсем неслучайно, что выбор пал именно на Климента Смолятича. Он был известен как активный церковно-политический деятель, представитель так называемой «русской партии», боровшейся с засильем греческих иерархов в Русской Церкви.

Однако Климент оставался митрополитом только до тех пор, пока Изяслав Мстиславич был жив. После его смерти началась борьба за киевскую кафедру и, в конце концов, в 1156 году Климент был окончательно «испровергнут» с митрополитства, а священникам, поставленным Климентом, было запрещено служить, пока они не отрекутся от бывшего митрополита.

Единственное дошедшее до нас произведение Климента Смолятича «Послание Фоме» показывает, как элементы раннего русского христианства продолжали жить еще и в XII столетии. Этот памятник сохранился в испорченном виде: перепутаны местами отдельные его части, сам текст позднее был истолкован неким монахом Афанасием. Кроме того, как установил Н.К. Никольский, источник символических толкований многих библейских сюжетов в «Послании к Фоме» находится в сочинениях византийских богословов, особенно Григория Богослова, Феодорита Критского и Никиты Гераклийского. Неизвестно также, использовал ли труды из греческих сочинений сам Климент или это сделали позднейшие переписчики и «истолкователи» его текстов. Поэтому заранее сегодня нам неизвестно какие именно толкования библейских сюжетов принадлежат непосредственно Клименту Смолятичу. Попытку выделить толкования Афанасия из текста Климента недавно предприняла Н.В. Понырко. Публикация текста «Послания Фоме» с перестановками Н.В. Понырко осуществлена в серии «Библиотека литературы Древней Руси».

«Послание к Фоме», главное сочинение Климента Смолятича, несомненно, связано с церковно-политической борьбой вокруг митрополичьей кафедры. Ведь одна из целей написания Климентом этого послания — снять выдвигаемые против него обвинения в славолюбии и доказать свое право на руководство Русской Церковью.

Главный вопрос, поставленный Климентом в «Послании» — можно ли допускать расширенное толкование Священного Писания? Отвечая на него, Климент отстаивает свое право тщательно исследовать «божественные письмена» и, хотя он не отрицает буквального понимания Библии, тем не менее, библейские тексты имеют для него, прежде всего символическое значение, а сам Климент выступает как сторонник символически-аллегорического метода прочтения библейских сюжетов. «Что же ми Зарою и Фаресом! — восклицает Климент по поводу одного из библейских сюжетов, который от толкует в своем послании. — Но нуждюся и уведети преводне», то есть, иносказательно. И в этом смысле Климент Смолятич оказывается продолжателем того толкования христианского вероучения, которое утверждал митрополит Иларион.

Более того, Климент отстаивает право русского книжника на использование не только богословия, но и философии — светской, даже языческой науки. «А речеши ми: «Философьею пишеши», а то велми криво пишеши, а да оставль аз почитаемаа Писаниа, ах писах от Омира, и от Аристотеля, и от Платона, иже во елиньскых нырех славне беша», — отвечает на обвинения Климент в самом начале своего «Послания». А чуть ниже восклицает: «Что философью писах, не свемь! Христос реклъ святымь учеником апостоломь: «Вамь есть дано ведати тайны царствиа, а прочим въ притчах». Списающим евангелистом чюдеса Христова, хощу разумевати преводне и духовне».

Климент вообще показывает, что себя знатоком античной философии, вспоминая, что «излагал» в своих сочинениях Гомера, Аристотеля и Платона, «прославленных в греческих странах» философов.

Своеобразное продолжение «линии Илариона» можно заметить и в других рассуждениях Климента Смолятича. Так, в истории человеческого общества он выделяет три состояния, которые соответствуют этапам утверждения Божественной истины в людских сердцах — «Завет», «Закон» и «Благодать». «Завет» — это пророчество будущей Благодати, которое Господь даровал праотцу Аврааму, а в его лице и всем язычникам. «Закон» (Ветхий завет) — это пророчество истины, данное Моисею для иудеев. «Благодать» (Новый завет) — это и есть истина, дарующая вечное спасение уже всем людям.

Наступление каждого нового состояния отрицает предыдущее: «Закон бо упраздни Завета. Благодать бо упраздни обое, заветное и законное, солнцу въсиавшу, — пишет Климент Смолятич и продолжает аллегорическим сравнением: — Нужа есть всему миру пребывати под мраком, но осветитися подобает пресветлами лучами». Следовательно, только Благодать освещает мир «пресветлыми лучами» и человечество «уже не теснится в Законе», но «въ Благодати пространно ходит. Законнаа бо вся стень подаша и образ бяху будущих, а не сама та истинна».

А свои размышления об истинности Благодати Климент, опять же в духе митрополита Илариона, иллюстрирует своеобразным толкованием библейской притчи о Заре и Фаресе, сыновьях-двойняшках библейского патриарха Иуды и его невестки Фамари. Зара должен был родиться первым, но во время родов лишь выставил руку, на которую тотчас же была навязана красная нитка. Первым же на свет появился Фарес.

В толковании Климента Смолятича, рука Зары — это образ Завета («преже бо Закона беаху неции богочестиемъ облежаще, не по Закону, но по вере живуще»); Фарес — образ Закона («среда бо есть Фарес преже бывших благочестию и хотящих быти Благодати»). Сам же Зара — это образ Благодати, явивший вначале свою руку, как пророчество будущей истины. В целом же, это толкование позволяло Клименту доказывать правоту собственных рассуждений, опираясь на Священное Писание.

Климент Смолятич совсем неслучайно столь много времени уделяет внимательнейшему прочтению Библии. Ведь, по его мнению, в познании Божиего Промысла и в посмертном спасении заключается высшая цель человеческой жизни. Даже признавая, что Господь, в принципе, непознаваем, Климент стремится к осмыслению сути сотворенного Господом мира. Познание же «божественной твари» может способствовать и познанию Божиих тайн.

Возможность постижения Божиего Промысла дает право Клименту защищать еще один важный для него тезис — право человека на свободную волю. Вообще, человек, по мнению русского мыслителя, — это не просто Божие творение, а любимое и опекаемое Господом создание. «Нас же деля что не имать сътворити преславно, яко по образу Божию и по подобию быхом!» — восклицает Климент. Поэтому человек имеет возможность свободно распоряжаться всеми данными ему Богом вещами, ибо эта свобода предопределена Самим Богом.

Однако свобода имеет и свои пределы, установленные опять же свыше. «Да аще мы убо, тварь суще Божиа, от него сотвореною тварию действуемъ, якоже хощем, то что ны есть, возлюбленнии, паче наипаче помышляти о Бозе, Его же совета и премудрости нашь умъ ни худе достигнути не можеть, не токмо нашь умъ, но и ти святии ангели и архангели и вся чиноначалиа», — пишет Климент Смолятич. Следовательно, человек не должен противиться божественному «смотрению», но должен только славить Господа и благодарить. Более того, все свои аллегорические рассуждения Климент подчиняет одной цели — научить людей искать спасения, не уклоняясь от Божиего Промысла «ни на шую, ни на десно». Даже в жизни животных, пусть и мифических, видит Климент поучительные для людей сюжеты: «Се бо есть и намъ на поучение, иже просити что от Бога добрых делъ и полезных и спасение когда улучити и снабдети, имже Богъ о бесловесных промышляеть и устанавливаеть», — такими нравоучительными словами заканчивает Климент рассуждение о некой птице Алкионе.

И спасения, по убеждению Климента, достойны все, уверовавшие в Бога и искренне служащие ему. В ответ и Господь никого не оставит и каждому дарует спасение и жизнь вечную: «Ничто же бо преобидно от Господа, все видить безсонное Его око, то все смотрить, у всего стоить, даа комуждо спасение… Устрааеть и промышляеть премудрено спасение наше и повелевает комуждо, якоже хощеть».

В этом понимании сущности спасения опять же можно видеть продолжение «линии Илариона», а, вернее, традиций раннего русского христианства.

С идеей свободы Климент напрямую связывает и идею нестяжательства. Возражая на обвинения в тщеславии, он пишет: «Да скажу ти сущих славы хотящих, иже прилагают домъ к дому, и села к селомъ, изгои же и сябры, и бърти, и пожни, ляда же, и старины, от нихже окааный Климъ зело свободен. Нъ за домы, и села, и борти, и пожни, сябръ же и изгои — землю 4 лакти, идеже гроб копати, емуже гробу самовидци мнози».

КЛИМЕНТ (КАПАЛИН)

Митрополит Климент (Капалин)

Климент (Капалин) (род. 1949), митрополит Калужский и Боровский, глава Калужской митрополии, председатель Издательского Совета Русской Православной Церкви, член президиума Межсоборного присутствия РПЦ, председатель Комиссии по вопросам организации церковной социальной деятельности и благотворительности Межсоборного присутствия, член Комиссии по вопросам церковного права Межсоборного присутствия, член Высшего Церковного Совета РПЦ, ректор Калужской духовной семинарии

В миру Капалин Герман Михайлович, родился 7 августа 1949 года в посёлке Удельная Раменского района Московской области в семье Михаила Герасимовича (1914 — 1967) и Марии Алексеевны (1916 г.р., ныне схимонахиня Мария) Капалиных. Герман был третьим ребёнком в семье, кроме него были ещё трое братьев, двое старших и один младший, все из которых впоследствии приняли монашество: Николай Попов (1942 г.р., в монашестве Пафнутий, до принятия монашества был женатым священником); Виталий (1946-2006, в монашестве Василий, умер в сане архимандрита) и Алексей (1952 г.р., в монашестве Димитрий, митрополит); по заповеди отца, все четыре сына приняли священнический сан .

По окончании средней школы поступил в Московский машиностроительный техникум.

В 1970 году поступил во 2-й класс Московской духовной семинарии.

С октября того же года по ноябрь 1972 года служил в армии. Затем продолжил обучение в семинарии.

В 1974 году окончил семинарию и поступил в Московскую духовную академию.

В 1978 году окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия. По окончании академии оставлен при ней помощником инспектора и преподавателем сектора заочного обучения.

7 декабря 1978 года пострижен в монашество инспектором Московской духовной академии архимандритом Александром (Тимофеевым); 24 декабря того же года рукоположен во иеродиакона архиепископом Дмитровским Владимиром (Сабоданом).

7 апреля 1979 года рукоположен во иеромонаха. В том же году назначен преподавателем общей церковной истории в семинарии.

14 октября 1981 года возведен в сан игумена.

1981-1982 годах исполнял обязанности старшего помощника инспектора.

18 июля 1982 года возведен в сан архимандрита.

8 августа 1982 года хиротонисан во епископа Серпуховского, викария Московской епархии и назначен управляющим Патриаршими приходами в Канаде и временно в США. Хиротонию в Свято-Духовском соборе города Минска совершали: митрополит Минский и Белорусский Филарет (Вахромеев), архиепископ Харьковский и Богодуховский Никодим (Руснак), епископы Тульский и Белевский Герман (Тимофеев), Пинский Афанасий (Кудюк).

23 марта 1987 года — утверждён управляющим Патриаршими приходами в США и Канаде.

19 мая 1989 года удостоен сана архиепископа.

Архиепископ Климент (Капалин)

С 20 июля 1990 года — архиепископ Калужский и Боровский.

В 1996 году назначен временно исполняющим обязанности ректора возрождённой Калужской духовной семинарии.

Назначен заместителем председателя Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата.

26 декабря 2003 года назначен Управляющим делами Московской патриархии и постоянным членом Священного Синода по должности.

25 февраля 2004 года возведен в сан митрополита.

На Поместном соборе в Москве 2009 года был выдвинут кандидатом в Патриархи. По результатам голосования набрал 169 голосов из 702.

31 марта 2009 года освобождён от обязанностей управляющего делами Московской Патриархии и назначен председателем Издательского Совета Русской Православной Церкви.

27 июля того же года вошёл в состав членов Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви, а 5 марта 2010 года и его президиума . С 29 января 2010 года — председатель Комиссии по вопросам организации церковной социальной деятельности и благотворительности, член Комиссии по вопросам церковного права Межсоборного присутствия .

21 января 2010 года присвоена учёная степень кандидата исторических наук (по специальности «Отечественная история») решением Диссертационного совета при Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации по результатам защиты диссертации на тему «Деятельность Русской православной церкви на Аляске в 1741-1867 гг.» .

22 марта 2011 года вошёл в состав вновь образованного Высшего Церковного Совета Русской Православной Церкви по должности.

29 мая 2013 года утвержден ректором Калужской духовной семинарии, настоятелем (священноархимандритом) Пафнутьева Боровского монастыря и Калужской Тихоновой пустыни .

2 октября 2013 года назначен главой новобразованной Калужской митрополией и временно управляющим новообразованной Песоченской и Юхновской епархией (управлял до 30 мая 2014) . Песоченской епархией управлял до 30 мая 2014 года.

16 сентября 2014 года присвоена учёная степень доктора исторических наук (по специальности «Отечественная история») решением Диссертационного совета при Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации по результатам защиты диссертации на тему «Русская Православная Церковь и освоение Тихоокеанского севера в XVIII-XIX вв. (по материалам Аляски)» .

Награды

Церковные:

Светские:

  • орден Дружбы народов СССР (1988 г.)
  • национальная премия Русского биографического института по номинации «Человек года» (2001, 2003 гг.)
  • орден Почёта РФ (2000 г.)
  • орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени (за большой вклад в развитие духовной культуры и укрепления дружбы между народами, 2009 год)

Сочинения

  • «Духовный облик и поведение пастыря». (Кандидатское сочинение).
  • Архиепископ Калужский и Боровский Климент. В стране святых воспоминаний. Издательство Калужской духовной семинарии. 2004.
  • Речь при наречении во епископа Серпуховского. // ЖМП. 1982. № 10. С. 6; Братья Киреевские — путь христианского становления. // Иван и Петр Киреевские в русской культуре. Издательство Гриф. Калуга. 2001. С. 5-10.
  • Миссионерское служение Русской Православной Церкви на Аляске. // Богословско-исторический сборник. Издательство Калужской духовной семинарии. № 1. 2003. С. 35-78.
  • Святитель Иннокентий и рассвет православной миссии на Аляске. // Богословско-исторический сборник. Издательство Калужской духовной семинарии. № 2. 2004. С. 35-126.
  • Православная семья в становлении Российского государства. // Седьмые образовательные Богородично-Рождественские чтения. Сборник докладов. Обнинск. 2004. С. 5-9.
  • Мировоззрение и образ жизни современной молодежи. // Шестые образовательные Богородично-Рождественские чтения. Сборник докладов. Обнинск. 2004. С. 9-19.
  • Задачи православных СМИ и нравственная ответственность журналиста. // Материалы Первого международного фестиваля православных СМИ 16-18 ноября 2004 г. Издательский Совет Русской Православной Церкви. Москва. 2005. С. 37-49.
  • Благополучие общества состоит в твердости веры, в духовном, нравственном росте. // Духовно-нравственные основы демографического развития России (материалы церковно-общественного форума) 18-19 октября 2004 г. Москва. 2005. С. 11-18.
  • Русская Православная Церковь на Аляске до 1917 года. 2009. Монография.

Многочисленные публикации в центральной и местной печати — как церковной, так и светской.

Литература

Использованные материалы

  • Биография на сайте Русское Православие:
  • Биография на официальном сайте Московского Патриархата:

В одном из интервью сказал: «Самого-то меня, окунули в купель уже на второй день после появления на свет» — Лёвин Александр, «45 лет своей жизни щедро дарит людям душевное тепло настоятель храма отец Николай», официальный сайт газеты «На Западе Москвы», 1 сентября 2015,

«Журналы заседания Священного Синода от 5 марта 2010 года. Журнал № 4», официальный сайт Московского Патриархата, 5 марта 2010, —

«Состав комиссий Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви (от 29 января 2010 г.)», официальный сайт Московского Патриархата, 29 января 2010, —

Биография на странице официального сайта Калужской Митрополии:

Журнал № 10 заседания Священного Синода от 22 марта 2011 года:

Журналы №№ 61 и 67 заседания Священного Синода от 29 мая 2013 года:

Журнал № 109 заседания Священного Синода от 2 октября 2013 года:

Страница сайта Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации о защите диссертации:

Святейший Патриарх Кирилл вручил церковные награды ряду иерархов Русской Православной Церкви, официальный сайт Русской Православной Церкви, 24 мая 2009 года:

В день памяти священномученика Кукши Печерского Предстоятель Русской Церкви совершил Литургию в Троицком соборе Калуги и возглавил хиротонию архимандрита Нектария (Селезнева) во епископа Ливенского и Малоархангельского, официальный сайт Русской Православной Церкви, 9 сентября 2014 года:

Указ Президента РФ от 19.11.2009 N 1304 «О награждении государственными наградами Российской Федерации»:

Полный список см. в Биографии Архиерея на странице официального сайта Калужской Митрополии:

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх