Помост

Вопросы веры

Книги Александра торика

Аллея любви

Часть первая

История – это ряд выдуманных

событий по поводу действительных.

Монтескьё

Случаются же такие зимы, как нынешняя. Нас, избалованных теплом и слякотью, а в прошлую зиму даже слякоти не было, природа этой зимой забросала снегом, развесила всюду сосульки и пугает теперь прогнозами о надвигающихся метелях. Вот в такую же особо морозную зиму погибли теплолюбивые, милые нашему сердцу шаровидные акации, украшавшие в центре Зеленокумска пешеходную дорожку от гостиницы до самого военкомата. Тогдашняя молодежь называла ее между собой «Аллеей любви». У скольких поколений наших земляков с ее тенистыми уголками и удобными лавочками, каждой из которых предпочтение отдавала «своя» компания, связаны воспоминания о молодости, о веселых встречах с друзьями и, конечно, о любви, о любви, о любви.

Теперь нет той аллеи. Хоть и посажены вместо шаровидных акаций тополя, сделаны бетонные бордюры, засеяны газоны, уже нет здесь того уюта и уединения, а для тех, кто любил по вечерам фланировать по аллее любви, высматривая в толпе «предмет свой вожделенный», теперешние красоты не внушают душевного трепета.

Расскажу вам сегодня о тех, с кем сблизила меня в молодости Аллея любви, о своей подруге, девочке из нашей компании, о ее любви и судьбе. Никаких имен называть не буду, потому что никто мне этого права не давал. Но история происходила у меня на глазах, многие герои живут здесь, хотя та, о ком хочу рассказать давно переехала в Сургут, вырастила двух сыновей и гостила с мужем у меня этим летом. Факты этой истории не выдуманы, не совпадают только имена. Мою подругу зовут иначе, но я назову ее Анной.

Мать Ани с тремя детьми после хрущевского освобождения крестьян и выдачи им паспортов перебралась из хутора Глубокого, что недалеко от Правокумки, в Зеленокумск, тогда еще Воронцово-Александровское. Их семью раскулачили на Украине и сослали в засушливую ставропольскую степь, подальше от населенных пунктов.

Старшая Валя во всем помогала родителям, которым пришлось очень тяжело обживаться на голом месте. Уже здесь родилась Аня и младший братишка Павлик, но тут отца арестовали и больше его никогда никто не видел. Матери удалось кое-как наскрести денег на землянку с крошечным двориком недалеко от больницы. Старшая Валя вышла замуж за видного рослого парня, строителя по специальности, а младших надо было поднимать, и мама Ани месила саманы из глины с соломой, сушила их вдоль улицы, а ночами работала сторожем. Такие перегрузки не могли не сказаться и, однажды, возвращаясь с работы рано утром, она перешла дорогу перед автобусом, на котором приехала. Шофер ее, низенькую, не заметил, автобус тронулся – и в больницу ее занесли уже бездыханную. Младшенький Павлик служил в это время на Дальнем Востоке и его долго дожидались, не хоронили мать.

Хорошо, что успела она выдать Аню замуж, гордо показать гостям приданное, застегнуть длинный ряд пуговиц между воротником и талией на свадебном платье дочери, заколоть цветы на белой фате и объявить всем, что желать не могла дочери лучшего мужа, чем Николай, не замечая при этом беспредельного отчаяния и страха на лице невесты.

Дочь ее, Анна, выходила замуж без любви за человека, который никогда даже не интересовал ее. И все для того, чтобы не уронить себя в своих собственных глазах и глазах своих друзей, чтобы спасти свою гордость, чувство собственного достоинства и самоуважения. Ей было страшно от авантюрной поспешности своего согласия на этот брак с одобренным старшими женихом, она боялась заглянуть в мечтах в свое будущее – таким мрачным и тоскливым оно ей рисовалось.

Онлайн чтение книги
Лань — река лесная

Чёрная шкатулка

Скуратов, видно, дожидался, когда дед Рыгор и Казанович отправятся на Лесное. Не успели их лодки отплыть от берега, как он высунул из шалаша голову и хрипло позвал:

— Лёня! Поди сюда!

Лёня вопросительно посмотрел на друзей и неохотно пошёл к Скуратову.

Когда он вернулся, Алик тотчас спросил:

— Что он тебе говорил?

— Просил есть принести. Дулю пусть съест!

— Ну ты, не валяй дурака! — нахмурился Валерка. — Хочешь всё испортить? Бери котелок и неси.

Лёня молча взял котелок и пошёл в шалаш.

Скуратов уже сидел за столом. Щека его была повязана косматым полотенцем. Тем не менее больной набросился на еду с таким аппетитом и так уплетал хлеб и рыбу, что ему мог бы позавидовать любой человек со здоровыми зубами.

Опорожнив котелок, Скуратов весело подмигнул Лёне и вылез из-за стола.

— Теперь можно и в путь. Сегодня мы ещё раз пройдём по той дороге, по которой удирал Кремнев, когда вёз на аэродром золото. Заодно, если хватит времени, побываем и на аэродроме.

— А зуб уже не болит? — спросил Лёня.

— Да ноет всё. — Скуратов прикоснулся рукой к щеке. — Но уже не так, как вчера, жить можно.

— Покупались — вот и простудили, — посочувствовал Лёня. — С больными зубами лезть в воду…

— А дед с учёным поехали уже? — перебил его Скуратов.

— Давно!

— Не знаешь куда?

— Снова на Лесное.

— А тот рыбачок, что на «стратостате» плавает, тоже с ними?

— Нет, он вчера говорил, что ему некогда.

— Что ж это так? — усмехнулся Скуратов, и глаза его повеселели. Он закурил папиросу, спросил: — Так кто идёт сегодня со мной?

— Я и Алик, — ответил Лёня.

— Так зови его и пойдём.

Едва отряд двинулся в путь, Гуз тут же взялся за работу. Первым делом он помыл в реке котелки и ложки, прибрал в палатках, натаскал сухого хворосту, чтобы не бегать потом, когда придётся готовить обед, и только проделав всё это, заглянул в шалаш Скуратова.

Наводить порядок здесь не было нужды: хозяин сам всё убрал за собой. Вот только окурков много под столом. Валерка встал на колени и принялся собирать их в кучку, чтобы потом выбросить в кусты. Один окурок запутался в примятых стеблях мятлика и никак не поддавался. Разозлившись, Гуз рванул изо всех сил целую горсть травы и… едва не повалился на спину: вместе с травой от земли отделился порядочный квадратный кусок дёрна.

Гуз наклонился и на дне ямки увидел чёрную шкатулку, очень похожую на ту, которая была у них дома и в которой сестра хранила нитки мулине. С минуту он удивлённо разглядывал свою находку, потом стал осторожно доставать её. И как раз в этот миг дверь шалаша вдруг отворилась и суровый голос произнёс:

— Так вот как ты дежуришь, голубчик!

От неожиданности Валерка так и подскочил. В страхе оглянувшись, он увидел на пороге… Николая Николаевича.

— Что ты тут делаешь? — строго спросил учёный. — Зачем выкопал эту нору? Делать нечего?

Валерка моргал глазами и молчал.

— Чего ты молчишь? — начал злиться Николай Николаевич и подошёл ближе к столу. — Что ты ищешь в чужом шалаше?

— Я не искал… Случайно нашёл, — отозвался наконец Валерка.

— Что нашёл?

— Шкатулку какую-то. Вон она, под столом, — показал Валерка.

Казанович наклонился, глянул под стол.

— Гм… Верно, — с удивлением пробормотал он. — А ну, тащи её сюда.

Валерка тотчас выполнил приказ. Казанович бережно поставил шкатулку на стол, открыл крышку.

Завёрнутые в промасленную бумагу, в шкатулке лежали пистолет, финский нож и штук тридцать патронов.

— Взгляни, что делается на поляне, — поспешно приказал Николай Николаевич.

Гуз выглянул за дверь и доложил:

— Нигде никого.

— Оставайся возле шалаша и следи. Если кто-нибудь появится, запоёшь, — снова приказал учёный и принялся раскладывать на столе найденные вещи.

…Минут через десять он вышел из шалаша, старательно вытер платком руки и позвал Валерку. Когда тот подбежал, сказал, подавая ему что-то завёрнутое в бумагу:

— Возьми и брось в реку. Валерка одним духом очутился за лозовым кустом, огляделся и развернул свёрток. Там был порох. Это очень удивило Гуза: в шкатулке ведь, кажется, никакого пороху не было. И вдруг он догадался: это же Николай Николаевич разрядил патроны! Порох из них высыпал, а пули оставил.

«Пусть теперь постреляет!» — обрадовался Валерка и швырнул свёрток в реку.

Когда он вернулся к палаткам, Николай Николаевич спросил:

— Скуратов давно ушёл?

— Давно. Но за ним следят.

— Следят? — Николай Николаевич вопросительно посмотрел в глаза Валерке. — Интересно… А ну, брат, рассказывай всё по порядку.

Гуз и не собирался ничего скрывать. Он рассказал всё, что знал про горбуна и Скуратова. Николай Николаевич слушал молча, не перебивал его, а когда Валерка кончил, сразу заторопился:

— Я скоро вернусь, — сказал он, направляясь к лодке. — Наблюдай за шалашом.

Голубая лодка учёного скрылась за поворотом реки. Валерка не видел, как вскоре она свернула в узкий заливчик, минут пять медленно продиралась сквозь заросли куги, потом мягко ткнулась носом в берег. В тот же момент из прибрежных кустов вышел человек в высоких резиновых сапогах. В одной руке он держал охотничье ружьё-двустволку, в другой — бинокль.

Это был Леон Галькевич. Тот самый знаменитый спиннингист, которого вчера вечером так испугался Скуратов. Вот только почему он сменил спиннинг на ружьё?

— Хорошо, что вы уже здесь, — сказал Николай Николаевич, когда Галькевич подошёл к лодке. — Наш прежний план придётся отменить, есть очень интересные новости…

«Черная лань, бегущая по пене океанского прибоя» Александра Торика – захватывающее с первых минут прочтения произведение. Главными героями романа являются француз Анри, эфиопская девочка Маша, простая молдавская женщина Анна Михайловна и священник отец Василий. Абсолютно все персонажи произведения достаточно разные личности, но их всех объединяет одно – любовь. И не просто любовь, которая нам так «приелась» с телеэкранов, а любовь жертвенная, способная существовать ради своих ближних.
Каждый герой романа являет собой пример христианской добродетели – так Анри предстает перед читателями очень милосердным человеком, который в награду за свои дела наконец-то обретает любовь к Богу. У африканской девочки Маши стоит поучиться безропотно принимать все тяготы судьбы и неустанно благодарить за это Господа. И даже Анна Михайловна не может оставить равнодушным читателя, показывая как нужно заботиться о своих ближних.
Роман написан необыкновенно простым и лаконичным слогом, благодаря которому произведение читается на одном дыхании. Знакомясь с судьбами героев, ты как бы отдыхаешь и, в тоже время, задумываешься о своих добродетелях, которые ты может еще и не успел совершить. После прочтения данного произведения, безусловно, появляется почва для размышления, а значит, есть еще надежда на исправление «загнанной» души каждого из нас.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх