Помост

Вопросы веры

Матушка

Наталья Букреева, жена настоятеля храма святого благоверного князя Александра Невского (с. Игнатьево) священника Андрея Букреева.

Положение православной матушки, пожалуй, самый не-ожиданный оборот, который приняла судьба Натальи Букреевой. Со своим будущим мужем она познакомилась, когда устроилась на работу в рекламную компанию, которой руководил Андрей. Если говорить о ее отношении к вере на тот момент, то проще сказать, что никакого отношения не было. Наталья была крещеной, но церковь не посещала (крестилась в 17 лет за компанию с соседкой). У Андрея все было сложнее — несколько лет он посещал одну из религиозных организаций, однако разочаровался.

Жизнь сложилась так, что оба остались без работы, Наталья вскоре устроилась секретарем на кондитерскую фабрику, а Андрей… сторожем в церковь. «Познакомилась с директором, встречалась со сторожем, а стала женой священника», — впоследствии такие «сюрпризы» судьбы стали поводом для семейных шуток. Впрочем, процесс воцерковления Андрея и Натальи был не таким уж и быстрым.

— Муж начал проникаться православием, ходить на службы, а я за компанию. Мы все больше укреплялись в вере, стали исповедоваться и причащаться, потом Андрея ввели в алтарь, затем рукоположили в диаконы. Ко всему этому я относилась спокойно, но когда речь зашла о том, что он может стать священником, я запаниковала. Я прекрасно понимала, что значит быть священником: принадлежать не себе, не семье, а Богу. Признаюсь, я боялась ответственности, а еще мне было немного страшно за мужа, ведь ему предстояло отречься от мира и «прилепиться» к Богу, — рассказывает матушка Наталья.

Однако Андрей сделал свой выбор, и ей, как это заведено в православных семьях, не оставалось ничего иного, как идти за мужем. Батюшку отправили служить в Прогресс, затем в Талакан. Именно в Талакане Наталья по-настоящему ощутила себя матушкой — прихожане стали ее так называть.

— Сначала мне было непривычно слышать обращение «матушка», но потом это стало естественным. В Талакане я почти постоянно ходила в платке, с удивлением убедилась, что длинные юбки по удобству не уступают брюкам. В Благовещенске, где мы сейчас живем, поскольку в селе Игнатьево, куда перевели батюшку, пока нет жилья, платки я ношу реже. Как и многие женщины, люблю красивую одежду, но стараюсь выбирать строгие фасоны. В косметике, парфюмерии не испытываю потребности, это все отошло как ненужная шелуха, — делится Наталья.

Кстати, отношение к своему статусу у Натальи своеобразное.

— Я думаю, что статус матушки не выше и не ниже, чем у обычной женщины. Я не считаю нужным акцентировать внимание на своем положении. Меня смущает то, что благоговейное отношение к батюшке проецируется и на меня. Я одинаково ровно отношусь к обращению «матушка» и по имени, но когда слово «матушка» пишут с большой буквы, прошу так не делать, — выражает свою позицию Наталья Букреева.

Как признается матушка, самое сложное — во всем слушаться мужа, борьба с гордыней — процесс очень длительный.

— Конечно, как и в обычных семьях, мы можем поспорить, но конфликт не доходит до точки возгорания, ссора не бурлит, а быстро затухает.

Выходных в привычном понимании у священника не бывает: суббота и воскресенье — самые напряженные дни: литургии, крещения и т.д. Нередко поесть в первый раз за день священник может только в четыре часа дня. В приходских храмах обычно по понедельникам устраивают сандень, но отец Андрей приверженец мнения, что храм должен быть открыт всегда, и поэтому работает семь дней в неделю. За десять лет семья Букреевых была в отпуске только два раза: один раз в Новосибирске и один раз за границей (любопытно, что и там батюшка посетил православный храм и служил службу).

Задумываясь о будущем своей дочери, Наталья склоняется к мысли, что ребенок сам выберет свой путь, когда повзрослеет.

— Когда дочь пошла в школу, я переживала, как будут реагировать одноклассники на то, что она из семьи священника. К счастью, проблем не возникло. Дочь, как маленький миссионер, всем подружкам рассказывает о Боге, делает это убедительно, видимо, у нее есть дар рассказчика. Примерно в семь лет она стала соблюдать пост вместе с нами, и это было ее осознанное решение, мы никоим образом к нему не подталкивали, — рассказывает Наталья Букреева.

Хотела стать актрисой

Анна Семерня, жена иерея кафедрального собора Благовещения Пресвятой Богородицы Евгения Семерни.

Задорная и энергичная Анна меньше всего соответствует существующим стереотипам. «Стаж» в качестве жены священника у нее совсем небольшой — всего полтора месяца, но за это время она привыкла и мужа называть «батюшкой», и откликаться на обращение «матушка». Трудно поверить, но всего несколько лет назад Анна была совершенно далека от церкви, она училась в Хабаровском колледже искусств, увлекалась танцами и мечтала стать актрисой музыкального театра.

— В церкви я оказалась случайно, пришла послушать, как мой преподаватель поет в церковном хоре, и захотела попробовать сама, — вспоминает Анна.

Стоя на клиросе, девушка думала только о нотах, в тонкости происходящего не вникала. И лишь спустя два-три года Анна начала воцерковляться. Любовь к пению привела ее не только к вере, но и к замужеству: со своим будущим мужем она познакомилась на клиросе.

— Как-то раз хор остался без тенора, и Евгений, тогда еще семинарист, предложил помочь. Руководящий хором заметил: «Вы смотритесь как муж и жена». Мы тогда даже не были знакомы и лишь улыбнулись в ответ, — описывает молодая матушка.

Будущих супругов сблизило участие в благотворительном концерте, однако после этого их пути едва не разо-шлись: Анна поступила в Санкт-Петербургскую консерваторию. Но, видимо, Богу было угодно, чтобы разлука продлилась недолго.

— Я проучилась всего полгода и поняла — надо возвращаться, я не могу без этого человека. Мы решили пожениться. Кто-то считает, что я поступила опрометчиво, упустив большой шанс, а я, наоборот, благодарю Бога за то, что он всё так устроил, — убеждена Анна.

Евгений, в отличие от Анны, в церковь пришел давно: еще в детстве он после школы прибегал в храм, чтобы полюбоваться на свечи — вид пламени притягивал и завораживал.

Прежде чем вопрос о женитьбе был окончательно решен, Анне предстояло познакомиться не только с мамой Евгения, монахиней, но и с архиереем, чтобы получить его благословение.

— Для меня это было очень волнующе, но владыка искренне за нас порадовался, и все переживания вмиг рассеялись.

В августе молодожены обвенчались, отец Евгений поступил на службу в кафедральный собор, а Анне предложили стать регентом храма в честь святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии.

— Я батюшку сразу предупредила: не думай, что всегда буду ходить в платке, на что он только посмеялся, — улыбается Анна. — Конечно, за последние годы мой гардероб заметно изменился: раньше я могла выйти на улицу в драных джинсах, сейчас одеваюсь намного скромнее. Брюки надеваю редко, в основном дома во время уборки. Раньше я активно пользовалась косметикой, сейчас лишь иногда подкрашиваю брови, ресницы, пользуюсь пудрой. Бывает, встанешь утром, а отражение в зеркале совсем не радует, тогда я позволяю себе немного подкраситься. Батюшке это не очень нравится, но он понимает, что мне некомфортно чувствовать себя бледной.

Однако отказ от косметики Анна не считает большой жертвой, на личном опыте и примере подруг она убедилась, что кожа без «краски» отдыхает и выглядит даже лучше. Да и красота у верующего человека идет изнутри и не требует дополнительных штрихов.

— Меня часто спрашивают, как мне живется в условиях патриархата. Смею заверить — замечательно! Это очень приятно, когда за тебя всё решает муж. Хотя никакого деспотизма в нашей семье нет, важные вопросы всегда обсуждаем.

Супруги вместе молятся по утрам и перед сном, а также до и после еды, по вечерам читают Евангелие. В остальном же их жизнь не сильно отличается от жизни молодоженов: в свободное время они могут сходить в кино, покататься на велосипедах или роликах, Анна по-прежнему любит слушать музыку, особенно ей нравятся мюзиклы.

— Есть хорошая фраза: «Все мне можно, но не все полезно». Став женой священника, я отказалась лишь от того, что не полезно для души. И считаю, что потеря невелика, — заключает Анна.

Послан Богом

Анастасия Король, жена настоятеля прихода в честь Святой Животворящей Троицы (г. Белогорск) Виктора Короля.

Анастасию и ее будущего мужа свел Бог в самом что ни на есть прямом смысле. Еще будучи студенткой АмГУ, девушка посещала церковь. Однажды ее духовный наставник обратился к ней с необычным предложением… взять шефство над послушником по имени Виктор. Молодой человек хотел постричься в монахи, однако архиерей его не поддержал, а посоветовал… жениться и стать священником. В качестве потенциальной супруги для Виктора выбрали Настю. На то, чтобы обдумать и дать ответ, девушке отвели три месяца. Задача, поставленная перед молодой прихожанкой, была сложна вдвойне: ей полагалось не просто отважиться на роль матушки, но и выйти замуж за практически незнакомого человека, ведь свиданий как таковых у молодых людей почти не было, они виделись на службе и иногда общались по телефону.

— Самое интересное, в этот момент у меня вдруг стали появляться поклонники. До этого в личном плане было затишье, а тут — то один на свидание позовет, то другой, даже на улице стали подходить знакомиться. Признаюсь, я была ошеломлена таким вниманием со стороны парней. Но, подумав хорошенько, поняла, что это искушение, своего рода проверка, — рассказывает матушка Анастасия.

Разумеется, прежде чем сделать выбор, девушка посоветовалась с мамой. Та возражать не стала, единственное, что ее смутило, так это то, что дочь не успела окончить университет (Настя училась на четвертом курсе).

Девушка сомневалась до последнего дня, ведь от ее решения зависела не только ее судьба, но и судьба Виктора: в случае ее отказа он должен был принять монашеский обет.

— Я просила Бога подать мне какой-нибудь знак, но ничего похожего не происходило. Даже в назначенный день я была в нерешительности, но когда пришла в церковь, появился совершенно ясный ответ: «Да!»

Еще до того, как принять решение, Анастасия спрашивала у наставников: «Каково это — быть матушкой?», но те отвечали уклончиво: «Вот сделаешься и узнаешь». Сразу после рукоположения мужа в священники, молодая семья отправилась в Сковородино. Пребывание на новом месте оказалось настоящей школой жизни для новоиспеченной матушки.

Необходимость топить печь, носить воду, заниматься огородом для горожанки была серьезным испытанием, особенно во время ожидания первенца.

— Каждый месяц на целую неделю батюшка уезжал в район, поэтому мне приходилось топить печь не только в доме, но и две печи в церкви. Батюшка старался облегчить мою участь, сам приносил дрова. Потом нашелся добрый человек, который помогал растапливать печи в храме.

Были моменты, когда на глаза молодой матушки наворачивались слезы. Других священников поблизости не было, поэтому исповедоваться приходилось собственному мужу.

Спустя пять лет отца Виктора перевели в Белогорск, родной город Анастасии. Сейчас матушка помогает мужу при храме и занимается воспитанием двоих детей.

— Чем отличается жизнь матушки от жизни обычной женщины? Тем, что у нас есть вера. Мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и все, но смотрим на них иначе, стараемся не роптать, просим помощи у Господа, — говорит Анастасия.

Как и большинство матушек, Анастасия не пользуется косметикой (изредка может позволить себе тушь), однако к стремлению других женщин выглядеть красиво относится положительно.
Платок она надевает в храм и на домашнюю молитву, а юбки в пол вовсе не носит.

— Главное, чтобы человек был благочестив внутренне, а то, что внешне, нередко бывает напускным, — уверена матушка.

Дарья ДРУЖИНИНА

Моя Мадонна

Православная Церковь в отличие от Католической не только допускает, но и поощряет брачное Священство. Безбрачие остается достоянием священнослужителей, принявших на себя иноческие обеты, или овдовевших священников и диаконов. Намеренный отказ от Брака без принятия монашества (целибат) вызывал к себе очень осторожное отношение на протяжении многих веков истории Православной Церкви.

Брак православного духовенства регламентирован особыми каноническими постановлениями, основное из которых требует совершения таинства Брака над кандидатом в священнослужители непременно до совершения над ним таинства Хиротонии.

Ранняя Христианская Церковь в вопросе о Браке священнослужителей не высказала окончательного решения, предоставив каждому кандидату в пастыри решать этот вопрос лично. Так, 51-е правило святых апостолов не объявляет целибат обязательным условием посвящения. В эпоху I Вселенского Собора (325) Церковь в лице аскета Пафнутия (который, казалось бы должен был отстаивать безбрачие) встала на защиту женатого Священства, зная и предвидя искушения и трудности Священства целибатного.

«Правила святых апостолов» не допускают в клир второбрачных, в тома числе и тех, кто, овдовев, женился во второй раз: «Кто после святого Крещения двумя браками обязан был, или имел наложницу, тот не может быть ни епископом, ни пресвитером, ни диаконом, ни вообще состоять в списке священного чина» (Ап. 17). В правиле сказано «после Крещения». Это значит, что требование его распространяется на тех, кто уже является христианином. В толковании на 17 Апостольское правило Иоанн Зонара уточнял: «Мы веруем, что Божественная баня святого крещения омывает всякую скверну, которою крещенные были осквернены прежде крещения, и никакой грех, соделанный кем-либо прежде крещения, не препятствует крещенному быти произведенным в священство. Но кто после крещения совершит блуд или вступит в два брака, тот признается недостойным никакой степени священства». Впрочем, надо иметь в виду, что если кто-нибудь был крещен, будучи женат и продолжал жить с женой после крещения, то это и есть его первый брак. Но в целом следует сказать, что не усматривается препятствия к священству у того, кто вступил во второй раз в брак ввиду вдовства до принятия крещения. Правило упоминает еще как препятствие для принятия священства, если кто «наложницу имел». Это означает, что не может стать священником лицо, состоявшее в незаконном, внебрачном сожительстве с женщиной, также и в так называемом гражданском браке.

Но в христианском обществе слышались и другие голоса, отрицающие женатое Священство. Струя известного ригоризма всегда была сильна в церковной среде; и представители этого направления выдвигали требования, несовместимые с благостью и любвеобилием евангельской морали, а также с мудростью и предосторожностью церковного опыта. Постановления Гангрского Собора (между 340—370) явно свидетельствуют о церковных прещениях, направленных против аскетических ригористов в вопросе Брака священнослужителей. Так, например, 10-е правило этого Собора угрожает отлучением тому, кто превозносится своим девством над сочетавшимися Браком. Прещением же угрожает 4-е правило тем, кто считает «недостойным для себя причащаться у женатого священника».

13-м правилом Собор утверждает, что Бракосочетание не должно быть препятствием к рукоположению, ибо брак у всех да будет честен и ложе непорочно (Евр. 13, 4), и соединен ли ты с женой? не ищи развода (I Кор, 7, 27). «Если же диакон или пресвитер под видом благочестия изгоняет жену, да будет анафема».

В 1076 году, при папе ГригорииVII, в Западной Церкви был узаконен целибат как обязательное условие для священнослужителей всех степеней. Восточные Церкви отнеслись к этому нововведенному канону скептически (если не отрицательно), предлагая неженатому или вдовому кандидату в священнослужители принять монашеские обеты перед Рукоположением.

В России законом, изданным в 1869 году, Хиротония целибатов была официально разрешена лишь по достижении кандидатом 40 лет. Знаменательным событием в церковной жизни было рукоположение митрополитом Московским Филаретом (1782—1867) профессора МДА А. В. Горского, не связанного ни узами супружества, ни обетами иночества. Предвосхищая возможные нарекания со стороны Святейшего Синода, митрополит Филарет поручил сначала А. В. Горскому составить историческую справку об отношении Церкви на протяжении се многовековой истории к целибатному Священству, Когда эта в высшей степени исторически документированная справка была составлена, профессору был предложен священный сан, а по прошествии недолгого времени он был возведен в протоиереи и назначен ректором МДА.

После Поместного Собора Русской Православной Церкви 1917—1918 годов Рукоположения целибатов участились. Однако нормой для кандидата в священный сан, не принявшего монашеских обетов, по-прежнему остается возможность вступить до Рукоположения в освященный Церковью канонический Брак.

Рукоположение представляется православному сознанию неким рубежом, отделяющим мирское поприще от церковного. После прохождения через царские врата и обхождения святого престола священнослужитель уже не может возвращаться в гущу мирской суеты. С этого момента он — служитель Христов и должен шаг за шагом освобождаться от приражений мира сего. Любовные переживания, сватовство, жениховство, свадебные торжества и радости медового месяца, как таковые ни в коей мере не осуждаемые Церковью, представляются несовместимыми с духовным подвигом пастыря, отдавшего себя на служение Богу и своим духовным чадам. Не лишая диакона или иерея радостей семейного очага, уюта и ласки родных и близких ему людей. Церковь ограждает их священный сан от обмирщения и поругания.

Для воспитанника духовной школы, готовящегося принять священный сан, непременно встает проблема устроения своей личной жизни. Очень многих еще неженатых кандидатов эта проблема смущает и даже заставляет откладывать Рукоположение или, наоборот, толкает на необдуманный брак со случайной избранницей, впоследствии оказывающейся неспособной нести особые тяготы жены священника или просто нецерковной, Не найдя себе по сердцу спутницу жизни, которая решилась бы связать с ним свою судьбу и понести крест «матушки» такой кандидат готов, отчаявшись, решиться на целибатное Священство, не представляя всех искушений и тягот этого пути. Поэтому так важно заблаговременно начать поиски верующей, церковной и самоотверженной девушки, готовой на всю жизнь связать себя с будущим диаконом или священником, разделить с ним все испытания его служения, не дать ему почувствовать одиночества ни в собственном доме, ни в приходской среде, быть посредницей, смягчающей или принимающей на себя все острые моменты современного домашнего и приходского быта, избавлять по возможности священника от множества забот мира сего, дабы он как можно полнее отдавал себя служению Богу и пастырству.

Жена священника должна быть подготовлена к материнству, к духовному и нравственному воспитанию своих детей в любви ко Христу и Его Церкви, а также к ближнему, в духе кротости и стойкости, веры и мудрости, в духе надежды и молитвенного дерзновения.

Кандидат в священники должен кроме того помнить о канонических требованиях, предъявляемых церковной дисциплиной к его будущей жене. Священник не может жениться на иноверной (IV Вселенский собор, 14 пр.), все члены его семьи должны быть православно верующими (Карфагенский собор, 45 пр.); его дети не должны сочетаться браком с нецерковными людьми (Лаодикийский собор, 10 пр.; Карфагенский собор. 30 пр.); невеста будущего священника, равно как и он сам, должны сохранить целомудрие до брака, а потому она не может быть вдовой, разведенной или находиться в блудном сожительстве (Апостольское правило 18; VI Вселенский собор, 3 пр.). Ищущий священного сана должен помнить, что в будущем из-за неблаговидного поведения его жены он может быть подвержен прещениям вплоть до лишения сана.

В положении жены священника есть, однако, помимо традиционных ограничений, налагаемых церковной дисциплиной и общественным мнением в приходской среде, еще и особые психологические трудности, вытекающие из специфики пастырского служения ее мужа, и требующие от нее особого такта и терпения. Между священником и его женой, которые в идеальной семье привыкают ничего друг от друга не скрывать, неизбежно возникает и расширяется сфера сокровенного, доступная лишь священнику и его духовным чадам, но полностью закрытая для матушки. Это тайна пастырства, тайна исповеди, тайна чужой жизни. Священник в весьма значительной мере душевно и духовно не принадлежит своей жене, но зато глубоко связан в этом плане с множеством своих исповедников, интересами, страданиями и радостями которых он живет, как своими собственными. С ними он составляет «покаянную семью», жизнь которой в большой мере умаляет его участие в жизни своей собственной естественной семьи. Паства постепенно становится между священником и его женой, и это является главным испытанием чуткости, душевного такта, духовной высоты матушки, пробным камнем ее любви, ее крестом.

Однако в этом вопросе не следует впадать и в противоположную крайность. Разумеется, пастырская деятельность не освобождает священника от обязанностей главы семьи, ее благоустроения, от забот по воспитанию детей, от бытовых проблем, решаемых его отеческой волей и мудростью в согласии с женой. Но законные притязания матушки не должны вступать в конфликт с пастырским подвигом духовного руководства, преображения душ светом истины, их воспитания и таинственным окормлением.

Здесь и речи быть не может ни о банальном чувстве ревности со стороны матушки к духовным детям несмотря на то, что, как правило, большинство среди них женщины, ни о греховном любопытстве. Лишь в исключительных ситуациях возможно тактичное вмешательство. Речь идет о тех случаях, когда вокруг священника, помимо его воли, образуется окружение экзальтированных женщин-почитательниц («мироносиц», как называют их в церковном просторечии); бесцеремонно вторгаясь под видом удовлетворения духовных нужд или особой «заботливости» в домашнюю жизнь священника, они создают средостение в его отношениях с женой, которое может послужить причиной острого семейного конфликта и соблазном для других верующих. В этом случае только личная интуиция, внутренняя гармония и правильное понимание матушкой своей задачи способны разрядить сгустившуюся, духовно нездоровую атмосферу вокруг священника, которая может иметь для него и его семьи трагические последствия,

«Незаметно незаменимая» — вот, пожалуй, кратчайшее наименование роли «матушки» в ее сотрудничестве с мужем в современной приходской жизни. Это сотрудничество достигает своей полноты, когда матушка деятельно участвует и в литургической жизни своего прихода, подвизаясь в качестве регента, псаломщицы, чтицы или певицы. Именно жена священника призвана явить во всей полноте образ женского служения Церкви.

Однако участие матушки в приходской и богослужебной жизни нельзя считать обязательным. Лишь в том случае, когда у нее есть к тому особые дарования, соответствующая подготовка и опыт (музыкальный слух, певческий голос, умение руководить церковным хором, по большей части состоящим из непрофессиональных певцов), а также если сам священник найдет это участие полезным, нужным и не нарушающим мира и согласия в приходе, — лишь тогда сотрудничество матушки будет плодотворным. Всегда надо помнить, что в первую очередь матушка должна заботиться о своем доме, хозяйстве и семье, быть для мужа нежной и преданной женой, а для детей — любящей матерью. Излишние претензии на роль «помощницы в трудах своего мужа» могут вызвать неверное понимание, а то и соблазн в среде верующих, что лишь повредит положению священника.

БРАК И СВЯЩЕНСТВО.

Христианский Брак и христианское Священство учреждены Господом и совершаются в Его Церкви таинственной благодатью Святого Духа при участии священнослужителей и молитвенно сослужащих им мирян. В таинстве Хиротонии освящается полное единение рукополагаемого с Церковью Христовой и даруется благодать тайносовершения и пастырства в среде Народа Божия.В таинстве Брака освящается единение мужчины и женщины во взаимной любви как необходимая ступень к единству в любви всех верующих и каждого из них с Богом; благодатно освящается деторождение. На земле это единство людей совершается силою Духа Святого в единстве Христа и Его Церкви.

Итак, брачный союз, семья —это образ взаимной любви Христа и Церкви, поэтому полное единство жизни мужа и жены — первый шаг ко всеобщему единству всех в Боге. Семья — это клетка в богочеловеческом организме Церкви, поэтому семью и называют «малой Церковью». Отцы Церкви видели таинство Брака в самом соединении мужа и жены, освященном Церковью в одно сверхличное существо путем согласия и любви. Поэтому святой Иоанн Златоуст называет взаимную любовь супругов таинством.

Что же касается деторождения, то появление детей — это особое, несомненно желанное благословение Божие супружеской чете, зависящее от таинственного произволения Божия. Нельзя утверждать, что женщина создана единственно как помощница мужчины для деторождения, ведь есть немало бездетных Браков, которые тем не менее нельзя назвать безблагодатными.

В книге Бытия таинственно говорится, что Всеблагий Бог создал из праха земного человека как мужчину и женщину, и, одарив его вечным дыханием жизни, поставил над земным творением. Из второго сказания мы узнаем, что сначала был создан мужчина — Адам, а потом по всеблагому замыслу Своему Господь создал из ребра Адама жену его — Еву, сопроводив это тайнодейственными словами: Не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственно ему (Быт. 2, 18), В этом втором сказании ясно показано некоторое первенство мужчины, которое, как мы видим из дальнейшего свидетельства книги Бытия, есть первенство в ответственности. Кроме того, первозданной человеческой чете еще в раю была дана заповедь плодиться и размножаться.

В раю не было необходимости для людей в приготовлении еды, одежд, крова, так что Еву нельзя было рассматривать как помощницу в хозяйстве. В чем же женщина могла и может быть помощницей мужчине помимо деторождения? Православная Церковь предлагает свой ответ на этот вопрос. Ева — женщина должна была стать помощницей мужу — Адаму в великом деле, которое поручил ему Бог. Господь сотворил Адама как Своего наместника на земле, как вселенского царя и священника. Бог поручил Адаму совершенствовать Эдем, уже и без того прекрасный сад. Сотворив мир, Бог возрадовался. Хорошо весьма, — говорит Он, завершая каждое звено творения. Но Создатель хотел еще большего совершенства; будучи Совершенен, Он поручил дальнейшее бесконечное совершенствование творения человеку, созданному по образу и подобию Божию и потому могущего быть соучастником Божественного созидания. Дело человека — творчество. По учению Православной Церкви, образ Божий в человеке следует понимать динамически, это есть постоянное стремление к совершенству во всем, устремленность к Самому Всевышнему во исполнение заповеди Спасителя: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный (Мф. 5, 48). В этом бесконечном устремлении к Богу человек должен был увлечь за собой и всё Творение Божие, Но тварь противостоит Богу—Творцу. Всякое творческое устремление человека требует вдохновения, а высшее вдохновение, порыв к святости — это ответ на веяние Духа Святого.

Для усиления этого творческого вдохновения мужчины Бог и создал ему помощницу—женщину. Она должна быть как бы передатчицей вдохновения Святого Духа и для этого быть чистой и светлой приемницей Его даров.

У многих отцов Церкви брачное торжество в Кане Галилейской есть прообраз литургического собрания, а чудо претворения воды в вино — прообраз еще большего чуда — евхаристического Пресуществления вина в Кровь Христову.

Таинство Брака и Евхаристия тесно связаны. В древности таинство Брака сводилось лишь к благословению епископа и предбрачному совместному Причащению жениха и невесты. Позже развившийся чин Браковенчания совершался во время Божественной литургии в присутствии всей общины.

Таинство Брака, как и евхаристическое общение, длится всю жизнь, поэтому общецерковное и брачное единение пожизненно связаны. На Браке в Кане Галилейской присутствуют, как и всегда в Церкви, как и в любой христианской семье, Сам Господь и Его Пречистая Матерь, В этом собрании явлена церковная полнота, подобно тому, как она устрояется на дискосе во время Проскомидии.

матушка

Русский

В Викиданных есть лексема матушка (L125997).

Морфологические и синтаксические свойства

падеж ед. ч. мн. ч.
Им. ма́тушка ма́тушки
Р. ма́тушки ма́тушек
Д. ма́тушке ма́тушкам
В. ма́тушку ма́тушек
Тв. ма́тушкой
ма́тушкою
ма́тушками
Пр. ма́тушке ма́тушках

ма́-туш-ка

Существительное, одушевлённое, женский род, 1-е склонение (тип склонения 3*a по классификации А. А. Зализняка).

Корень: -мат-; суффикс: -ушк; окончание: -а .

Произношение

  • МФА: (файл)

Семантические свойства

Значение

  1. уменьш.-ласк., часто почтит. от мать ◆ Мне кажется, вы интеллигентный человек. Я знаю вашу матушку и знала вашего отца. С. Д. Довлатов, «Чемодан», 1986 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ Что касается простых людей: у меня матушка работает в городской поликлинике с з/п в 15-20 тысяч ― она вся белая, отец водитель на госпредприятии с з/п в 15-20 тысяч ― тоже вся белая. «Финансовый кризис и как нас это коснётся (интернет-форум)», 2008 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  2. также фам. обращение к женщине, обычно пожилой ◆ «А ты, матушка, неблагодарна, ― сказал я.― Я изнуряю мозг, занимаюсь чёрной работой, перевожу всех подряд ― для чего?» Ю. В. Трифонов, «Предварительные итоги», 1970 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  3. церк. монахиня, принявшая пострижение, обращение к монахине ◆ Мир Василисы был прост: на небе Господь Бог, Пресвятая Богородица со ангелы, со всеми святыми и с матушкой игуменьей посреди, потом― Павел Алексеевич, а потом уж они, семья, и все остальные люди, злые по одну сторону, добрые― по другую Л. Е. Улицкая, «Путешествие в седьмую сторону света», 2000 г. // «Новый мир» (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  4. церк. жена священнослужителя, обращение к жене священнослужителя ◆ Редко где попадья не убегала от нас и не пряталась, высылая чай в «гостиную». Молодёжь поразвязнее, и у отца Николая, после бегства матушки с роем ещё каких-то женщин, в гостиной осталась занимать нас молоденькая поповна. З. Н. Гиппиус, «Задумчивый странник», 1923 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ Отец Николай со своей матушкой все свои отпуска проводили в поездках по святым местам, чаще всего по монастырям. Василий Субботин, «Протоиерей Николай Соколов», 2004 г. // «Журнал Московской патриархии» (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  5. религ. эпитет Богородицы и женщин-святых ◆ Что ходишь, говорит, не по своему месту, в Колязин иди, там икона чудотворная, матушка пресвятая Богородица открылась. Л. Н. Толстой, «Война и мир», 1867—1869 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ Матушку Матрону причислили к лику святых в 1999 году. С. Шайдакова, Г. Пилявская и др., «Самые волшебные места столицы», 2002 г. // «Комсомольская правда» (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  6. перен., иногда ирон. эпитет важных и существенных объектов и понятий; эпитет чего-либо давшего начало, породившего что-либо, источника энергии, жизни ◆ А в купе, где Иван, некто молодой, очень красивый, пел под гитару очень красивую песню ― про «Россию-матушку». За Россию-матушку― все умны, За Россию-матушку― все смелы… В. М. Шукшин, «Печки-лавочки», 1970—1972 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ А прирост населения в полтора раза увеличился. Опять отдувается деревня-матушка. Не хотим мы рожать в городе, и всё тут. В. М. Шукшин, «Печки-лавочки», 1970—1972 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ В Америке из поколения в поколение передаётся ностальгия по матушке Европе, и где только возможно американцы строят «маленькие Англии»… В. П. Аксёнов, «Круглые сутки нон-стоп», 1976 г. // «Новый мир» (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ Однако то обстоятельство, что оба его деда родились в крестьянских семьях, ему улыбается. Получается, что он от земли-матушки, кормилицы … всего через одно поколение отстоит. Эдуард Лимонов, «У нас была Великая Эпоха», 1987 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ К сожалению, та же беда ― безволие, да ещё русская лень-матушка не позволяли ему блистать на эстраде с интересным репертуаром. Е. Я. Весник, «Дарю, что помню», 1997 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)

Синонимы

Антонимы

    Гиперонимы

    1. женщина
    2. женщина
    3. женщина
    4. жена, женщина
    5. святая (субстантивир.)

    Гипонимы

      Родственные слова

      Ближайшее родство

      Этимология

      Происходит от ??

      Фразеологизмы и устойчивые сочетания

  • матушки
  • по матушке, послать по матушке

Перевод

Список переводов

Библиография

    Для улучшения этой статьи желательно:

    • Добавить все семантические связи (отсутствие можно указать прочерком, а неизвестность — символом вопроса)
    • Добавить сведения об этимологии в секцию «Этимология»
    • Добавить хотя бы один перевод в секцию «Перевод»

    Значение слова матушка

    … , запечалился.Встречает государыня да родна матушка,Та честна вдова Офимья Александровна … :– Ты эй, государыня да родна матушка,Ты честна вдова Офимья Александровна … дочь Потятичну.Говорит Добрыне родна матушка,Честна вдова Офимья Александровна:– Ложись-ка … сын Никитинец,На прощанье ему матушка да плетку подала,Сама говорила …

    И у матушки, когда она воображала эту сцену у нас дома, подкашивались ноги, она валилась на пол и медленно выползала из кухни в коридор, а потом ступенька за ступенькой — выбиралась во двор пивоварни, где стояла, опираясь о стену, так что пивовары думали, что у нее прострел, а матушка, совершенно сломленная, возвращалась в комнату, к своему креслу-каталке, которое ей пододвигал папаша, и когда матушка усаживалась в него, закутав ноги клетчатым пледом, отец снова радовался и возил ее по квартире, матушка же говорила, что такой она и останется до конца жизни.

    … на заднем дворе, как вдруг матушка вспомнила о галчонке, приказала вымыть, причесать … , приказано было учить Гальку грамоте… Матушка стала ее держать при себе … плакала… Но так продолжалось недолго; матушка вдруг ее забывала… Глядишь, а уж … по целым дням сидит в комнате матушки, четко выговаривая тоненьким голосом склады …

    И вот матушка ездила в этом кресле по комнате, и я даже пугался при виде того, как она порывалась встать, но у нее ничего не получалось; папаша охотно возил ее из одной комнаты в другую, а матушка вела сама с собой длинные беседы, из которых выяснялось, что ее муж — знаменитый художник, пишущий прекрасные полотна в своей мастерской, однако матушка не может ходить, а она так мечтает выздороветь и побывать в этой мастерской, расположенной на другом конце Парижа.

    И вот отец встал на колени, поднял этот платок, поцеловал его, протянул руки к двери той комнаты, где скрылась матушка, и прошептал: «Таня!» А потом репетиции продолжались в театре, и матушка установила в пивоварне швейную машинку — для портнихи, которая шила гимназические костюмчики, дабы гимназистка Совова, гимназистка Мрачкова, гимназистка Валашкова по прозвищу Глупышка и моя матушка могли облачиться в синие, выше колен, юбки в складку и синие матроски и нацепить на головы каждая по большому белому банту.

    Серафим церковнице Ксении,— положила мне на голову, а в левой-то ручке держала жезл; и этим-то жезлом, радость моя, и коснулась убогого Серафима; у меня на том месте, на правом бедре-то, и сделалось углубление, матушка; вода-то вся в него и вытекла, и спасла Царица Небесная убогого Серафима; а рана пребольшая была, и до сих пор яма-то цела, матушка, погляди-ка, дай ручку!» — «И батюшка, бывало, сам возьмёт, да и вложит мою руку в яму,— прибавляла матушка Ксения,— и велика же она была у него, так вот весь кулак и взойдёт!» Много душевной пользы принесла Прохору эта болезнь: дух его окреп в вере, любви и надежде на Бога.

    Здесь, в Троицкой церкви, служили дьячками предки будущего Патриарха: прапрапрадед Петр, прапрадед Осип (супруга – матушка Прасковья Алексеевна), прадед Терентий (матушка Авдотья Петровна), дед Тимофей (матушка Екатерина Антоновна).

    Ах, если бы она разбиралась в пилах и всяком таком, и когда матушка Одри скажет: «Может ли кто-нибудь из вас объяснить…», она бы скромно сказала: «Я, наверное, могу, матушка», и небрежно нажала бы нужную кнопку и почувствовала, что матушка Одри смотрит на нее по-новому, с восхищением.

    Когда захмелеет, начинает веселиться громким голосом, поет о бродяге, который сбежал с Сахалина и неизбежно подходит к Байкалу, и я зыбко знаю, что где-то там буряты живут, а моя бабка, матушка матушки, буряткой была или что-то в этом роде, и скулы у меня от нее, и у матушки скулы от нее же, хотя матушка мне кажется удэгейкой, почему-то еще молодой, с кольцами в ушах и правой ноздре, и на пальцах у нее появляются кольца, а на руках медные ли, серебряные ли браслеты, и звенят какие-то бубенчики с ее головы и платья, а вся наша кухня становится чем-то вроде шаманского шалаша, к которому по каменной лестнице нашего коридора ведет лесная тропа, утыканная кольями с небрежными изображениями человеческих лиц, и стоят на ступеньках деревья, на которых висят медвежьи черепа, — что за сон?

    Матушка-то мечтала, что мы с ним на бале познакомимся, да влюбимся, да и стану я вскорости королевой… Зря, матушка, губы раскатала, мне от тебя такой нос достался да такие волосы, что вряд ли кто вообще замуж возьмет.

    Вторая половина. Матушка Ольга Смирнова

    Аудио

    Вальс – танец красоты и нежности, от него исходит незримая волна любви. Но так случается, если в этом поле любви вальсируют двое – он и она – небом выбранная пара. Ведь вальс – танец парный. И танец жизни задуман как парный. Но встретить в мире людей свою половинку и встать с ней в пару – это не только великое счастье. Это и великая ответственность, потому что никогда не знаешь, какой путь для этой пары уготовал Господь.

    Подмосковные Химки. Типовая квартира в типовой многоэтажке. Сразу понимаешь, что в этом доме белый цвет – главный, а вместе с ним – духовная чистота и свет, которые в этих стенах ощутимы почти физически. Наверное, по-другому и не может быть в доме, где живут в любви и заботе солнечные дети.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Мне кажется, большая часть дня уходит на переодевание, кормление, потому что их двое.

    На самом деле детей трое. Старшая Лика (Гликерия) в этом году пойдет в первый класс. Двойняшки – младшие: Лука и Анечка. Им по пять с половиной.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Они же сами не ходят, сами не могут двигаться, а для ребенка это важно; движение – это жизнь. Поэтому, конечно, они должны делать то, что умеют. Самое комфортное для них положение и то, как они могут справляться со своим телом, – это на полу. Они любят ползать, переворачиваться с боку на бок.

    Лука и Аня очень любят причастие, но в храме бывают нечасто. С двумя большими колясками добираться туда сложно. Причащаются в основном дома.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Не так давно у нас появился транспорт, мы взяли его в кредит как раз на те деньги, которые получаем на них по Москве. И, слава Богу, год, наверное, как появилась возможность доехать нам до батюшкиного храма.

    Батюшкин храм – это московский храм святого мученика Иоанна Воина на Якиманке. Иерей Антоний Смирнов служит там, а все свободное время посвящает семье.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Папуся пришел, да? Кто идет, Анюш? Кто пришел? Папочка?

    Иерей Антоний Смирнов:

    – Всем привет! Подарочки принес. Всем девочкам – цветочки. Нравится, Анют?

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Спасибо, папуся. Мы в вазочку поставим, да? Лука скучал. Он сразу капризничает, когда тебя нет. Да, Анюш?

    Полная семья, в которой с разницей в полтора года появились на свет Оля и ее сестра Юля, достаточно скоро стала неполной. Сестренки еще ходили в детский сад, когда родители расстались. Их развод был печальной иллюстрацией модели семьи, которую навязывало советское время. Две девочки, любившие отца, остались без него.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Папа нас видел, он приезжал, но нам хотелось, чтобы он остался. Он всегда оставался для нас любимым папой, особенно для сестры. К чему я это все говорю? Эта ее болезнь… Я теперь понимаю, что так на нее повлиял развод. С семи лет она заболела острым лимфобластным лейкозом (рак крови), и началась жизнь по больницам.

    В детстве Оле много времени пришлось провести без мамы и сестры, но, самостоятельная и усердная по природе, она хорошо училась, не доставляя хлопот родным. Сестра Юля за свои пятнадцать лет жизни прошла два тяжелейших курса лечения и две ремиссии, пребывая при этом в такой радости и таком покое, которые не постичь человеческим разумом. Всех прощала, всех мирила. Слабея телом, она черпала невиданные духовные силы в мире, который постепенно открывался перед ней. Она любила и учила любить, глубоко и безусловно любить Бога.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Ее болезнь была путем нашего прихода к Богу. Я поняла, что хочу быть со Христом; насколько это возможно.

    Оля поняла это после первого же посещения храма, первой же службы, которая проходила в праздник Сретения Господня. Именно в этот день душа девушки открылась, чтобы встретить Господа. Потом были паломнические поездки втроем – мама, Юля и она. Был клирос у всех троих. И была их семейная пасха – день, когда уходила к Господу чистая душа Юли.

    – Я сидела рядом с Юлей, пела ей «Богородице Дево, радуйся» и держала ее под голову. Можно сказать, фактически на моих руках ее не стало. Ушла очень тихо, спокойно. Жизнь до Юлиной смерти и после Юлиной смерти – это, конечно, большая разница. Мама потом много раз просила у меня прощения за то, как она себя вела со мной. Конечно же, она это все исповедовала. Но у мамы был такой период: после смерти Юли ей было очень сложно находиться все время дома. Она уезжала пожить на Украину к одному священнику, к другому. В результате ушла в монастырь. То есть сейчас у меня мама – монахиня, уже больше десяти лет она в калининградском монастыре.

    Был период, что и сама Оля порывалась вслед за мамой уйти в монашество. Как все девушки в ее возрасте, мечтала о семье, но не получалось.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – У меня была даже некая обида на Бога, что раз не получается, то иду в монастырь. Я действительно поехала к маме, мне было очень тяжело. Мне казалось, что раз я не нравлюсь, значит, я какая-то не такая, значит, все-таки мой путь – в монастырь, я должна туда пойти.

    Но это она так думала. В планах Господа было совсем другое. Ольга училась на педагогическом факультете Московского православного Свято-Тихоновского университета. Летом проходила педпрактику в лагере «Княжеская Русь», где отдыхали воспитанники воскресной школы при Сретенской духовной семинарии. Там работали и семинаристы, там и произошла встреча с Антоном Смирновым. Его позвали в лагерь поработать физруком. Отец Антона – известный футбольный тренер – своим примером привел сына в храм, но в будущем видел его успешным спортсменом.

    Иерей Антоний Смирнов:

    – Не было в этом, видимо, Промысла Божьего. Постепенно в моей жизни стали появляться спортивные травмы. С появлением травм так случилось, что в храме один священник меня пригласил в воскресную школу и после нее предложил быть пономарем в алтаре. И так случилось, что я попадаю в алтарь, вижу служение священников и вдохновляюсь таким пасторским служением в молитвах к Богу и помощи людям (душепопечением). Одновременно травма. И в моем сердце все как-то слагается к этому: «Господи! Я хочу Тебе служить!»

    Их знакомство началось с рассказа Ольги о своей семье, о Юле, о том, какие перемены произошли с мамой.

    Иерей Антоний Смирнов:

    – Меня это поразило. Удивило то, что молодая девушка перенесла столько скорбей, непростых жизненных ситуаций. Наверное, мне понравилось в ней то, что она уже закаленный человек в этом плане, что она уже что-то претерпела и не сломалась.

    Ольга влюбилась сразу, но прошло еще какое-то время, прежде чем Господь поставил их в пару – когда решили подготовить спектакль «Двенадцать месяцев». Роли зимних месяцев исполняли семинаристы. По сценарию смена времен года проходила в ритме вальса. Репетировать его с героями поручили Оле.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Я выбрала Антона и его научила. Потом уже так сложилось, что этот вальс мы танцевали на свадьбе.

    Первую дочку молодые супруги назвали Гликерия, потому что в переводе с греческого оно означает «сладкая». Девочка спокойная, самостоятельная – вся в маму. Вторая беременность матушки Ольги протекала трудно. Она знала, что малышей двое и что один серьезно отстает в развитии от второго. Врачи на начальных сроках беременности давали нерадостный прогноз, но на двадцатой неделе УЗИ его опровергло.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Он догнал, и это было чудо. Даже заведующий пришел смотреть, что они выровнялись, стали одинаковыми. И именно тогда, в этот момент, я уже поняла, что это будет непростой ребенок.

    А на двадцать шестой неделе беременности у Ольги начались роды. Врачи пытались, но не смогли их остановить.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – При этом врачи не посмотрели, как они лежат, то есть не видели, что за эти три дня с ними произошло. Да, при помощи КТГ врачи прослушивали сердца, но их положение никто не видел. Более того, они понимали, что у меня должны отойти воды и лопнуть пузырь, но все ушли, сказав: «Лопнет – позовешь».

    Роды были долгими и драматичными. Лука появился на свет с мозговым кровоизлиянием четвертой степени, Анечка – с тяжелой гипоксией, следствием безводного внутриутробного периода. Оба весили чуть меньше килограмма.

    Иерей Антоний Смирнов:

    – Это был просто шок, какая-то очень большая, серьезная, тяжелая эмоция, которую даже не хотелось осмысливать. Она просто была.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – В тот момент, когда я рожала, батюшка, конечно, просил всех молиться, и я очень это чувствовала. Это удивительно! Я с Ликой это тоже чувствовала. Когда ты просишь большое количество людей молиться, тебя просто как будто поднимает эта молитва, не дает сдаваться, поддерживает тебя.

    Первым детей после рождения увидел батюшка. И крестил. Юле же самой потребовалась помощь врачей, которые были поражены мужеством и духовной силой этой хрупкой молодой женщины.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Пример моей сестры и моей мамы подготовил меня к тому, что я была готова принять волю Божию: что даст, то и приму. Эти дети нам даны для другого, не просто для того, чтобы мы их восстановили и они пошли. Хотя как маме мне это все равно тяжело говорить. Я не могу сказать, что с ними я приняла и радуюсь. Да, я радуюсь. Я, конечно, их очень люблю. Мы сейчас уже как есть, так и живем.

    Иерей Антоний Смирнов:

    – Бог сказал еще в Ветхом Завете: «Мои пути – не ваши пути». Господь знает лучше, видит наши сердца и нашу природу глубже. Поэтому можно все по-другому воспринять: Оля, пройдя тот тяжелый путь, закалилась, получила опыт. И я вместе с ней.

    Каждый новый шаг, каждое движение, эмоция малышей – еще одна радость и еще одна каждодневная победа. Причем не только семьи Смирновых. В какой-то момент матушке Оле в молитве открылось, что ее служение еще и в том, чтобы делиться своим материнским опытом. И тогда она завела страничку в Instagram в поддержку мамочек особенных детей.

    Матушка Ольга Смирнова:

    – Эти мамы часто закрываются, часто от них уходят мужья, они не готовы принимать таких детей и не знают, что с ними делать дальше, никто им этого не рассказывает. И конечно, за эти пять лет мы уже вместе с батюшкой столько прошли, что нам есть чем поделиться, есть что рассказать и в какой-то мере помочь этим мамам принять своего ребенка, не стесняться его и не бояться.

    Иерей Антоний Смирнов:

    – Если мы по-настоящему православные христиане, которые верят в вечную жизнь и осознают, что эта жизнь временна, что это не единственная жизнь, то логично, что это помогает принять тот момент, что дети сейчас в плохом физическом состоянии, но это может им помочь обрести в вечности блаженную радость с Богом.

    Мы скоро с вами увидимся и продолжим знакомство с семьями священников и их вторыми половинами. До встречи! Мир вашему дому!

    Автор и ведущая Елена Саенко

    Записала Людмила Ульянова

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх