Помост

Вопросы веры

Почему иуда повесился

Каким образом ИУДА мог ПОВЕСИТЬСЯ НА ОСИНЕ?

Большинство православных христиан не сомневаются, что Иуда, предавший Иисуса Христа , повесился на осине.
То что он действительно повесился, не вызывает никаких сомнений! Этому были многочисленные свидетели. Но как тогда он это сделал?
Ведь как дерево осина никогда не котировалась. Осина больше похожа на высокую, необрезанную вовремя ветку какого нибудь кустарника — тонкую и непрочную.
Даже на старинных картинах художники не осмеливались рисовать осину массивней и толще чем она есть!
Сами посмотрите — выдержит ли хилая ветка грузного взрослого человека весящего 90-100 килограмм? Да ни за что!
Осина, особенно на месте соединения ствола с веткой, очень ломкая и непрочная.
Скорей можно убиться о землю, с высоты в три человеческих роста, чем повеситься на таком дереве как осина!
Конечно же возмездие за предательство человека доверявшего Иуде все, и даже свою жизнь было неотвратимым!
Но очень спорно то, что оно свершилось с помощью осины! И саму осину в некоторых странах до сих пор называют не иначе как «Иудино дерево», и совершенно незаслуженно! Так считают многие ученые, занимавшиеся этим вопросом.
Они говорят, что можно было бы допустить то, что осина все таки выдержала (чудесным образом?) вес своего висельника, но дело то в том, что осина в Палестине НЕ РАСТЕТ И НИКОГДА НЕ РОСЛА!
Как тогда появилась во всех описаниях теория последних минут жизни Иуды, написанная как под копирку?
Представляю Вашему вниманию одну из версий, написанную человеком который большую часть своей жизни посвятил изучению этого вопроса: —
— А Иуда точно на осине повесился? А осина росла в Израиле? Это было на горе, высоко над Иерусалимом, и стояло там только одно дерево, кривое, измученное ветром, рвущим его со всех сторон, полузасохшее? Одну из своих обломанных кривых ветвей оно протянуло к Иерусалиму, как бы благословляя его, или же угрожая ему! И ее избрал Иуда для того, чтобы сделать на ней петлю. Но идти до дерева было далеко и трудно, и очень устал Иуда из Кариота. Все те же маленькие острые камешки рассыпались у него под ногами и точно тянули его назад, а гора была высока, обвеяна ветром, угрюма и зла. И уже несколько раз присаживался Иуда отдохнуть, и дышал тяжело, а сзади, сквозь расселины камней, холодом дышала в его спину гора.
— «Ты еще, проклятая!» — говорил Иуда презрительно и дышал тяжело,
покачивая тяжелой головою, в которой все мысли теперь окаменели. Потом вдруг поднимал ее, широко раскрывал застывшие глаза и гневно бормотал: — «Нет, они слишком плохи для Иуды. Ты слышишь, Иисус?Теперь ты мне поверишь? Я иду к тебе. Встреть меня ласково, я устал. Я очень устал. Потом мы вместе с тобою, обнявшись, как братья, вернемся на землю. Хорошо?»
Опять качал каменеющей головою и опять широко раскрывал глаза, бормоча: — «Но, может быть, ты и там будешь сердиться на Иуду из Кариота? И не поверишь? И в ад меня пошлешь? Ну что же! Я пойду в ад! И на огне твоего ада я буду ковать железо и разрушу твое небо. Хорошо? Тогда ты поверишь мне? Тогда пойдешь со мною назад на землю, Иисус?»

Наконец добрался Иуда до вершины и до кривого дерева, и тут стал мучить его ветер. Но когда Иуда выбранил его, то начал петь мягко и тихо — он улетал куда-то и прощался с Иудой.
— «Хорошо, хорошо! А они собаки!» — ответил ему Иуда, делая петлю. И
так как веревка могла обмануть его и оборваться, то повесил он ее над
обрывом,— если оборвется, то все равно на камнях найдет он смерть. И перед тем, как оттолкнуться ногою от края и повиснуть, Иуда из Кариота еще раз заботливо предупредил Иисуса:
— «Так встреть же меня ласково, я очень устал, мой Иисус.»
Л.Андреев, Иуда Искариот
Если есть у кого на этот счет какие то новые мысли, или кто-то знает больше чем все остальные -не молчите.
Выскажите свою точку зрения по этому, неразрешимому пока вопросу.

Смерть предателю! — основной квест в первой главе, в игре «Ведьмак 2: Убийцы Королей».

Прохождение Править

Глава I

Ведьмак решает помогать Роше и убить коменданта Лоредо.

Согласно плану, Геральт дожидается наступления темноты в переулке за домом Лоредо и забирается по лестнице в западную часть резиденции. Недалеко будет находиться купец Арнольт, бегущий за шлюхой Еленой. Можно его оглушить, или прокрасться мимо.

Попасть в сад Лоредо можно также и через пещеру на западе Флотзама, у пристани, не следуя плану.

Далее следует найти Елену на складе, забравшись на леса и перепрыгнув через стену или банально перебив всех стражников во дворе и забрав ключ от склада с тела одного из них. От нее Геральт узнает, что Бьянку держат в здании. Пробраться туда можно опять же тихо, через окно, или шумно, через дверь, перебив всех (если Волк всех порезал до этого, то и проблем меньше будет).

Попав в дом, Геральт спускается в подвал и встречает Мариетту — мать Лоредо, у которой есть ключ от верхних этажей. Ведьмак убивает ее и прокрадывается наверх через спящих стражников за ключом от последнего этажа.

Добравшись до последнего этажа, Геральт видит закованную Бьянку, и только она предупреждает о ловушке, как из соседней комнаты выбегает Лоредо с алебардой. Однако она ему не помогает, и ведьмак убивает выродка.

Освободив Бьянку, Геральт идет в соседнюю комнату и видит эльфку Мориль, которую комендант похитил девять месяцев назад (причем, она беременна). В самый неподходящий момент начинаются роды. Бьянка и Мориль бесполезны в данный момент, поэтому Геральту придется самому очищать путь вниз, во двор, от набежавших стражников. А во дворе тоже весело: Синие Полоски сражаются с солдатами Лоредо. Волк помогает своим союзникам, а когда все закончится, появится Роше.

Во время разговора с Верноном, тот расскажет о схватке с Йорветом; действие переместится к воспоминанию Роше, где нужно будет управлять им самим и сражаться с эльфом. Исход сражения не имеет значения. Когда воспоминание окончится, появится Бьянка с ребенком Мориль, однако сама эльфийка умирает, перерезая себе вены.

Как бы то ни было, Лоредо ликвидирован, Арнольт схвачен, а ведьмак вместе с Синими Полосками отправлается в Долину Понтара.

Видео Править

Прохождение задания «Смерть предателю!» (1)

Прохождение задания «Смерть предателю!» (2)


Иуда происходил из селения Искарии. Имя отца его – Ровель. Перед зачатием Иуды мать увидала страшный сон и с криком проснулась. На вопрос мужа она сказала, что видела, что зачнет и родит мужеский пол и будет он разрушителем рода иудейского. Муж же укорил ее за веру во сны. В ту же ночь она зачала (не вняв, следовательно, сему предостережению от Бога) и посем родила сына. Ввиду того, что воспоминаемый сон продолжал устрашать ее, они согласились с мужем выки­нуть ребенка на волю судьбы; сделали ящик и, осмолив его, доложили в него младенца и бросили в озеро Геннисаретское.
Напротив Искарии находился небольшой остров, на котором зимой пасли овец и жили пастухи; к ним-то и принесло ящик с младенцем; пастухи вынули его из воды, накормили ребенка овечьим молоком и отдали некоей женщине вскормить его; эта женщина назвала ребенка Иудой. Когда он несколько подрос, пастухи взяли его от кормилицы и привели в Искарию, чтобы отдать кому-нибудь в приемыши; тут повстречался с ними отец Иуды, Ровель, и, не ведая, что это его сын, взял его к себе в приемыши. Отец и мать очень полюбили Иуду, который был лицом весьма красив и, скорбя о брошенном в воду сыне, усыновили Иуду.
После этого родился у них сын, и Иуда стал завидовать ему, опасаясь, как бы не лишиться из-за него наследства, ибо Иуда по природе был зол и сребролюбив. Иуда стал беспрестанно обижать брата своего и бить его, за что родители часто наказывали Иуду, но Иуда все более и более разжигался завистию к брату, увлекаемый страстью сребролюбия и, наконец, воспользовавшись однажды отсутствием родителей, умертвил брата. Схватив камень, он убил брата, а затем, испугавшись последствий, бежал на тот остров, на котором его вскормили, и здесь поступил в услужение в еллинский дом, в котором в конце концов вошел в прелюбодейную связь с женою сына хозяина и, убив его, бежал в Иерусалим.

В Иерусалиме Иуду приняли во дворец Ирода, где Ирод полюбил его за ловкость и красивую внешность; Иуда стал управителем дворца и покупал все потребное. Родители же его, не зная, что он убил их сына, и, видя, что он без вести пропал, скорбели о нем. Так прошло много времени; наконец произошли в Искарии великие смуты, так что Ровель с матерью Иуды переселились в Иерусалим, и купили себе дом с прекрасным садом, рядом со дворцом Ирода. Тогда-то и убил Иуда отца своего, как будет изложено устами святого ниже, женился на матери своей и родился у них сын. Посем, случайно в беседе с женою, открылось, что они суть кровные – сын с матерью; Иуда, оставив мать, по­шел ко Христу с намерением покаяться, был взят Христом в ученики, сделан казнохранителем и распорядителем, но по сребролюбию своему продолжал похищать деньги и тайно отсылать их матери, якобы ради пропитания ее.
И познал Иуда беззаконие свое, т.е., что взял в жены мать свою, убив ее мужа, который был отцом ему и, убив отрока, который был брат ему, узнал из слов матери своей, так как раньше о сем не знал; и услыхав, что Иисус учит в окрестностях Иерусалима (сиречь призывает грешников к покаянию), пошел, нашел Его и присоединился к Нему, чтобы следовать за Ним.
Увидав сего Иуду, Иисус Христос понял, что он – человек доброненавистный, злоумышленный и злообразный, но принял его с великою радостию, дабы уврачевать душу Иуды. И возвел Иуду Христос в распорядители над всеми апостолами, чтобы он распоряжался всем; и приказал апостолам Христос: все потребное для плоти, в чем нуждаетесь, спрашивайте у Иуды.
Услыхав это повеление Христово, апостолы исполняли его с готовностию, не роптали по поводу того, что творил Иуда, и никогда не жаловались на него Христу, хотя и видели многие его ослушания или бесчиния, ибо всякое слово Христа принимали от Него, с решимостию исполнить его на деле.
Поэтому и не роптали нисколько на брата своего Иуду. Тогда Иуда был братом апостолов и ученик Христов; Христос умыл ему ноги, как и прочим апостолам; после же предательства сделался он братом диавола, учеником Денницы и стал как один из других диаволом. Тогда он был апостол, ныне же диавол… Это (случилось с ним) потому, что апостолы, исполняя на деле (слова Христовы), сделались столбами райскими, Иуда же, хотя и внимал словам Христовым, но не слушал их с готовностию, безропотно и не имел решимости к делу, т. е., чтобы исполнять их на деле, (слушался) с ропотом и повиновался неохотно. Апостолы держались за слова Христовы, как за столбы непоколебимые, и стали сами столбами райскими; Иуда же держался за слова Христовы, как за столб гнилой, и сам сделался обвалом, т. е. как бы оторвался и отвалился от части Господней и апостолов, низвергшись в преисподнюю ада.
Не ограничился он тем, что имел власть внешнего распоряжения над всем мирским, говорим: над сокровиществованием, продажей и покупкой, – но возжелал захватить в свое распо­ряжение и внутренний обмен; говорим: желал Иуда возбранить людям приносить Христу веру, миро и божественную славу, т. е. не хотел давать людям чтить Христа, как Бога, славить Его, как Бога, и возливать на Него драгоценное миро, на что люди того времени расходовались, как тратятся и ныне люди, чтобы приносить дары в церковь, говорим: для литургии, которая есть отпечаток Христов; фимиам же (возжигаемый в кадиле и приносимый Господу в богослужении) есть тип (или отпечаток) мира (возлиянного на Господа при жизни); как говорит пророк-царь Давид: «Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою…». Свеча же, носимая пред священником на выходах, есть тип честного предтечи Крестителя и его учения в пустыне перед пришествием Христовым, как сказано у пророка: «Глас вопиющего в пустыне, исправьте путь Господень…» И опять: «Покайтеся, приблизилось Царствие Небесное…» И опять: «Се Агнец Божий, вземляй грех мира…» И опять: «Я крещу вас водою, но грядет Крепчайший меня, которому я недостоин отрешить ремень от сапог Его, Тот крестит вас Духом Святым и огнем…» (Лк. 3, 4-6 и Ин. 1, 36).
Это (т. е. эти жертвы Христу как Богу) и хотел воспре­тить Иуда, вознамерившись воспрепятствовать (приношению их, т. е. излиянию мира на Христа) – но сам был возбранен и низвергся с безграничным своим сребролюбием, коварный, которым прельстил его Денница, во ад следующим образом.
Одна душа принесла Христу миро многоценное; Христос повелел сохранить его на время погребения Его, Сына Человеческого; Иуда же искал продать его, ибо стоимость его была чрезмерна. Христос же сказал: «Да сохранится оно на день погребения Моего…»
Нечто подобное случилось и в то время, когда Иуда попрал сад отца своего, взяв прекраснейшие, именуемые ароматами, цветы; мать убоялась что-либо сказать ему, так как он был царский человек; Иуда же и не спрашивал у матери (позволения сорвать цветы); но, будучи хищником и властителем, сам смело сорвал благоуханные и драгоценные цветы, вышел вон из дома отца и встретил отца перед дверьми, возвращающегося с работы в дом свой. Отец, увидя в руках Иуды ароматы, спросил: «Зачем сорвал ты эти благоухания?» Иуда же с великою дерзостию отвечал: «Нужны они мне, что спра­шиваешь?» Отец же, когда услыхал такое слово от Иуды, разгневался и сказал: «Тебе нужны, а мне не нужны?» (Потому и) Христос изрек Иуде: «Оставь, оно Мне нужно на время погребения Моего…»
Иуда же сказал отцу: «Как разговариваешь ты смело со мною, не знаешь разве, что я царский человек?» Отец же сказал ему: «Пусть ты и царский человек, зачем же дерзко говоришь так мне? Что мне тебя бояться? Как смел ты войти в дом мой и взять вещь без спросу», – и попытался отец отнять их из рук Иуды. Иуда же, будучи заносчив и горд, не перенес слов отца своего, не позволил выслушать от него даже малого слова, но тотчас схватил в руки камень и, уда­рив им по голове, убил отца своего, – отцеубийца Иуда!.. С великою надменностью пошел он затем к повелителю своему и показал ему ароматы. И сказал ему повелитель: «Каким образом дали их тебе?» И сказал Иуда: «Я не искал того, чтобы мне их дали, но убил его и взял!» Сказал ему повелитель: «Правда ли, что говоришь?» Говорит Иуда: «Свидетельствуюсь жизнью моею, я убил его, господин мой, ибо поносил он повелительство твое и меня оскорбил». Сказал повелитель: «Сейчас пошлю человека, узнать правда ли, что говоришь, и если это верно, то изгоню я тебя из палат моих и накажу как следует, ибо не ему ты сделал, но мне сделал ты такое бесчестие». Послал повелитель человека, тот нашел его убитым; возвратился посланный и возвестил о случившемся; повелитель, услыхав, что это правда, разгневался и смутился зело. Иуда же, будучи лукав, прибег к защите ходатаев; и пошли вместе с ним (к царю заступаться за него дворцовые люди); повели­тель же, увидав, что возмутились дворцовые люди, смутился, оказал ему снисхождение, пожалел его и, согласно закону, повелел, чтобы он взял себе в жены жену убитого мужа.
Иуда, как сосуд лукавый зла, принял это, мать же не желала и говорила, что берет другого, а этого не хочет, но повелитель грозно повелел ей, дабы она не смела брать другого, но толь­ко этого. Ввиду такой беды, мать, не желая, приняла его – и взял Иуда мать свою себе в жены…
Потому и сказал Христос (чтобы напомнить Иуде все это), что пусть останется миро на время погребения Моего… И закипело кипение в сердце кипящего злобою, Христос же, как Сердцеведец, понял замысел Иуды…
В день тот, по омовении ног апостолам, когда все сотрапезовали и Иуда был при сем, во время трапезы воздохнул Христос и сказал, что из вас двенадцати есть один, который предаст Меня в руки человеков-грешников. И говорили апос­толы между собою: кто есть тот, который предаст Его? Христос же, увидав это волнение среди апостолов, сказал, что протягивающий руку свою передо Мною, – и Иуда тотчас протянул руку свою перед Христом (к солилу).
Не попустил Христос произойти смуте, как сие свойственно нынешним людям, но дал одну только примету и ничего больше не говорил…
Тогда предал Он Жертву литургийную, которую мы возносим и ныне… Потом, после трапезы, удалился Иуда от союза апостольского, скажем лучше, от братии своих, стал союзником Денницы и братом диаволу…
И сказал коварный в своем коварном и нечистом помысле: возьму дары от ищущих Его, попрошу (еще) и, что попрошу, мне дадут… Тотчас пошел он в синагогу еврейскую и великим гласом сказал: что даете мне, – и я предаю вам Его? Евреи тотчас одарили его тридцатью сребрениками. Получив их, Иуда сказал: последуйте за мной. Взяв в руки светильники, палки, ножи, веревки и другие подобные бичи, они последовали за ним…
Иисус Христос тогда молился, после молитвы пришел к апостолам и сказал: «Бдите и молитесь; не ведаете ни дня, ни часа… ибо Сын Человеческий предается»… Опять пошел на место молитвы Своей и молился на мног час… Снова пошел к апостолам, увидел их спящими и сказал с кротостию: «Восстаньте, бдите и молитесь, ибо не ведаете ни дня, ни часа, ибо Сын Человеческий предается…» Опять пошел к месту молитвы Своей, молился и говорил: «Отче, аще возможно, да мимоидет от Мене чаша сия». Тотчас, при этих словах Его, приспел Иуда со светильниками, от множества огней стало светло, как днем, час же был ночной… И сказал Иуда евреям: «Кого я обниму и облобызаю, того хватайте»… Тогда вошло множество воинов туда, где были собраны вместе апостолы. Иуда, со сребрениками в руке, обнял хищно нечистый Чистого, сказал: «Радуйся, Равви», – коварно приложил сквернейшие свои губы к нескверному Лику и, оказав Ему сию честь пред воинами, предоставил Его им, удалившись сам во тьму сребролюбия (т. е. во мрак со своим сребролюбием, от Света Христа – к диаволу)… И схватили Христа воины; апостолы же, увидав Его схваченным воинами, весьма смутились. Петр схватил одного раба, поверг его вниз, выхватил короткий нож, который имел и, побуждаемый ревностию, урезал рабу ухо. Тогда воскликнул Христос и сказал: «Петре! Петре! Вложи нож в ножны, ибо нож (если) даешь, нож и приемлешь…» И взяли Христа, как разбойника, на судилище, и «поучашася тщетным на Господа и на’Христа Его» (Пс. 22). Тогда поругание окружило Его!.. Красная хламида облекла Его!.. Терновый венец возложили на главу Его, над которою трепетала рука Предтечи!.. Очи Его завязали и биениями били Его!.. Слова проречений требовали от Него!.. И иными непомерными (терзаниями) терзали!..

Увидев эти страсти Христовы, помраченный сребролюбием Иуда – разомрачился и весьма раскаялся, но не припал к покаянию, говорим: ко Христу – и, горько плача, не оплакал беззаконие свое, подобно Петру, но пошел и поверг сребреники там, где их приял, и сказал: «Зло сотворил я, возьмите ваши сребреники…» Отвечали ему книжники и сказали: «Ты узришь…» И были озабочены, говоря между собою, что не достоит класть их в корвану; озабоченно они вопрошали, что с ними сделать? Наконец, сделали странно-погребальницу, которая обретается и поныне…
Потом Иуда, бросив там сребреники, удалился в глубокое место и, удаляясь, был озабочен, что такое сделать там (в овраге). Когда, он размышлял об этом, пришел ему (на ум) скверный помысл совершить самоубийство. Внял нечистый нечистому и совершил то дело следующим образом. На месте, где он размышлял, было одно дерево, как нарочно для казни. Тотчас снял Иуда с себя пояс, который был из верблюжьей шерсти, одним концом его затянул свою шею, другим – привязал себя к дереву… ветвь в тот же час наклонилась (т. е. когда он свергся, чтобы повиснуть)…
Бог не попускал Иуде совершить желаемого, т.е. промыслительно делал так, что первые попытки самоубийства ему не удавались. Бог, как непомнящий зла, возбранял Иуде – не покается ли он, как Манассия, или как разбойник, или как блудница, он же, сей Иуда вертоголовый, оставался таким же, каким был раньше; снова обращался головой своей и расположением, т.е. мыслию и сердцем, ко злу, уклоняясь от милосердия Божия!.. Он Господа предал, Бог же, милосердуя о нем, повелел ветви (на которой он повесился) приклониться, и наклонилась она; но Иуда, по­рабощенный злом, устроил себе место еще выше, взлез на это место, укоротил петлю для своей шеи и бросился с высочайшего места, дабы совершить несовершившееся и завершить тем вся злая своя!.. Бог опять нагнул ветвь, но сей, ненасытный злом, снова завязал петлю, устроив третий этаж высоте своего зла, которым и погубил себя; снова влез на высоту третьего этажа, навязал себе петлю на шею, и сбросил нечистое свое тело с третьей степени высоты, говорим: (тело треоскверненное) убийством отца, прелюбодеянием с материю и убийством брата.
Бог же не хочет смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему. Всевозможным образом действовал Бог, чтобы не повесился (Иуда), ибо Иуда был все же человек. Бог ожидал покаяния Иуды. Но Иуда не освобождал себя из петли, чтобы пойти, припасть к подножию креста и сказать: «Я Тебя распял, прости меня!.. Моя злая мысль вознесла Тебя на крест; благосердствуй обо мне…» Если бы изрек он перед крестом эти три слова, исполнив их и делом (выразив свое покаяние), Христос принял бы его. А каким же исполнить делом? Дело сие: дабы слезил горько, стенал рыдая и жалостно плакал; но Иуда так не поступал (т. е. не хотел повергнуться на землю перед крестом Христовым во спасение свое), но повергался на землю, чтобы повеситься (не взирая на то, что) ветвь приклонялась, а на кресте был предружелюбнейший Христос (о Котором Иуда мог быть несомненно уверен, что Он не отвергнет его покаяния)!.. Как дружелюбствовал Василий Великий Иосифу (которого крестил на смертном своем одре), так дружелюбствовал и Христос Иуде, ожидая от него покаянных слов, но Иуда (вместо того, чтобы сказать эти слова, предпочитал) крепко затянуть петлею горло свое – Искариот!.. Взирает вдаль Христос на обе стороны креста Своего, не увидит ли Иуды… Он, Который жаждет спасения людей, жаждал также Иудиного покаяния и искал его… Великим гласом Христос со стенанием воскликнул: «Жажду». Иудеи поняли, что Он требует воды и со своим иудейским бесстыдством, наложив губу на трость, напоили его желчью и уксусом… Опять воскликнул Он и сказал: «Свершилось»… Скажи теперь, чего ради пришел Иуда ко Христу повидать Его? Ради своей гибели или спасения? Если для спасения, то почему погиб, злосчастный? Потому что не имел твердой веры пренетвердейший (пренепостояннейший). ©


Отчего один из распятых со Христом разбойников похулил Его.

Иуда Искариотский, предатель, был некогда в еллинском доме слугою семь месяцев, потом бежал оттуда. Когда же он был в еллинском доме, то, будучи прелюбодеем, прелюбодействовал с женою сына еллина, сын же находился в дальнем путешествии. Возвратившись из путешествия и увидав, что жена его беременна, он ничего не говорил ей и не совокуплялся с нею совокуплением супружеским. Поняла из этого жена, что узнал муж о ее беременности и возвестила о сем Иуде. И сказал ей Иуда: «Разве ты что открыла ему о нашем прелюбодеянии?» Сказала жена: «Не открывала (ничего) и не спрашивал он меня нисколько о сем». Сказал Иуда: «Куда он сейчас пошел?» Сказала прелюбодейца: «Вышел вон озабоченный, и не знаю, куда пошел». Иуда пошел искать его во всем доме – вверху и внизу – и (наконец) видит, что он в раздумьи сидит на верху кровли. Увидав его сидящим на высоте, стал размышлять Иуда, каким бы образом свергнуть его вниз, чтобы никому не сказал он о беззаконии; и обдумав, Иуда нашел способ, как свергнуть его; там был столб, на котором держалась крыша, где сидел муж; Иуда подкопал под основание, привязал к столбу толстую веревку, потянул за веревку всеми силами, и упал столб вместе с террасой и с человеком; муж жены убился жалостным сокрушением, сокрушившим несчастному все члены его. Жена же, увидав, какое дело совершил Иуда, стала много, принуждать его сделаться ее мужем, но Иуда не хотел, боясь, как бы не открылись два зла – убийство и прелюбодеяния с женою, и сказала жена: «Если не возьмешь меня в жены, то знай, что я расскажу о беззаконии твоем, содеянном тобою в доме со мною». Услыхав эти слова, Иуда убоялся и скрытно удалился.
И родила жена младенца, говорим: семя Иуды; младенец вскормился и стал совершенным мужем. Обремененный злом отца своего, впал, подобно ему, во зло, стал разбойником и вовлек (в разбой) благословенного разбойника. Тот вместе с ним 12 лет вращался в разбойническом деле, потом они были совместно распяты по сторонам креста Христова: один, исповедавший Его, – справа, а другой, хуливший Его, – слева. Говорим: праведницы – одесную, грешницы же – ошуюю. Двенадцать же тех лет означают образ суда на Страшном суде, когда узрятся на Страшном суде 12 апостолов, седящих на 12 престолах, чтобы праведным судом судить на Страшном суде 12 колен Израиля. Говорим: исповедники (будут поставлены) одесную, а хулители ошуюю…
Видишь ли, как отец посеял зло, сын же зла пожал хулу, жертвопринес бесчестие, за что и сам будет обесчещен на Страшном суде; восхищен он будет огненною рекою; сойдет в ненасытный хулою ад… сказавший: «Если Ты Сын Божий, сойди со креста, спаси Себя и нас…» И все книжники и фарисеи, услыхав от разбойника эти слова, восклицали так вместе с ним, пытаясь низвести Бога вторично на землю… но, вместо этого, сошел тот (хулитель) сам вторым во ад. Говорим: первым сошел Иуда – отец с предательством своим в преисподнюю ада, вторым же сошел сын предателя, началовождь хулы, со огненною хулою своею… Говорим: со огненной рекой сошел во ад, сопровождая, сын – Иуду, отца своего во объятия Денницы. И принял их Денница в объятия свои, как первородных своих… Отец предал Его; сын похулил Его. Отец, повесившись на древе, с непомерным своим лукавством был презрен; сын же, влекомый огненною хулою, был обесчещен! ©

Смерть Иуды предателя

В конце 3 ½ – летнего общественного служения Иисуса Христа в избранном Им обществе двенадцати апостолов с ужасающим контрастом выступает омрачившаяся личность Иуды Искариотского. Гнусное предательство им Божественного Учителя своего по недугу сребролюбия, в связи с явно открывшимся тогда неверием предателя в Божественность Его и высокую духовную миссию Спасителя, сделало Иуду какой-то загадочной личностью, преимущественно по некоторой затруднительности точно определить все душевные движения и настроения и вместе представить и уразуметь весь трагизм его положения. Загадочным кажется и самый финал предателя – мерзкое самоубийство, именно ввиду того, что о смерти Иуды в священных писаниях даются по-видимому разноречивые показания. Святой евангелист Матфей повествует, что апостол Иуда, повергнув предательские 30 сребренников пред презревшими его первосвященниками и старейшинами, вышел из присутственного отделения при храме «и удавился» (Мф. 27, 5). Между тем, по книге Деяний апостолов, святой Петр в своей речи к 120 верующим об избрании двенадцатого апостола на место отпавшего и погибшего Иуды так сообщает о смерти последнего: «Когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его» (Деян. 1, 18).

Не предваряя пока изложение о том, что несогласие в рассказе двух означенных апостолов о смерти Иуды предателя есть лишь кажущееся и легко объясняется, мы должны признать несомненным повествуемый евангелистом Матфеем тот факт, что предатель Спасителя избрал самоубийство чрез повешение. В пользу буквального понимания выражения святого евангелиста «удавился» Иуда – не говоря о том, что поставленный в подлинном тексте греческий глагол употребляется лишь в таком и единственном своем значении – свидетельствует древнейшее предание, записанное в апокрифических повестях, которое перешло в народные сказания у различных христианских народов. Между прочим, в апокрифическом евангелии Никодима находится следующее небезынтересное сказание.

«Когда первосвященники не захотели исполнить предложения Иуды, тогда он бросил сребренники в среду их и пошел домой, дабы сделать петлю из веревки. Пришедши домой, он застал свою жену жарящей петуха на вертеле и сказал ей: «Поищи для меня веревки, дабы я мог удавиться, потому что я это заслужил. Я верно узнал, что несправедливо выдал своего Учителя – Иисуса за злодея. Его теперь повели к Пилату, дабы осудить на смерть, но в третий день Он воскреснет, и тогда горе нам!». На эти слова жена Иуды сказала ему: «Не говори так и не верь этому! Как этот жарящийся на углях петух не воскреснет, так и Иисус не воскреснет!». – Но не успела она выговорить этих слов, как петух взмахнул крыльями и три раза вскрикнул. Тогда Иуда, этим еще более убежденный в основательности своего страха, тотчас сделал петлю из веревки, надел ее на себя и повесился на дереве».

Соответственно общепринятому показанию евангелиста Матфея, Иуда предатель в древнейших изображениях как восточных, так и западных представлен висящим на веревке, привязанной к суку какого-то дерева, покрытого листвой. В Россанском евангелии вблизи двух лиц (первосвященников Анны и Каиафы), при которых лежат рассыпанными деньги, направо изображено небольшое дерево со скудной листвой; к одному из сучков его прикреплена веревка, на которой висит Иуда. В евангелии Раввулы таким деревом представлено фиговое. Из лицевых псалтирей в Барбериновой представлено: черный демон убеждает Иуду предать Иисуса Христа; потом прикрепляет к дереву веревку, на которой и висит предатель. В Парижской (№ 20) и Угличской псалтири Иуда изображен висящим на пальме; в псалтири Общества любителей духовного просвещения – по-видимому, на дубе. По более общему преданию, предатель Иуда повесился на сикоморе, каковое дерево росло на краю пропасти.

В рассуждении о дереве, избранном Иудой для повешения себя, не можем пройти молчанием то представление, которое издревле присуще русскому простолюдину – будто предатель удавился на «горькой осине», листья которой с того времени и дрожат. Это мнение как простонародное составляет предмет глумления образованных лиц, преимущественно вследствие того предположения, что в Палестине совсем не было осин. Решительно не утверждая, что именно осиновое дерево было избрано Иудой для повешения, мы однако же не можем не сказать, что означенное общенародное предание на Руси имеет за себя некоторое действительное основание. Несомненно, что между деревьями Палестины встречаются тополи {а}, притом разных видов. Между прочим, в «Библейском словаре» Смита прямо говорится: «Тополи, особенно осиновые и серебристые, чрезвычайно часто попадаются при потоках. Палестинский тополь растет стройно и очень высоко, имеет гладкий ствол; листья у него снизу белы, почему он называется серебристым тополем в отличие от черного или дрожащего тополя-осины, у которого листья похожи на листья плюща и постоянно дрожат» («Библейская археология» архимандрита Иеронима, т. 1, ч. 1, стр. 145). И в самом деле, сама по себе осина из семейства ивовых представляет собой лишь один из видов тополя под названием «тополя-трясучки». «Листья осины широко-треугольные, заостренные, по краю выемчато-зубчатые, снабжены длинным тонким, в верхней части сплюснутым с боков черешком, оттого листья весьма подвижны и при малейшем ветерке колеблются» («Энциклопедический словарь» Брокгауза, см. Осина).

Но хотя дрожание осиновых листьев имеет натуральное объяснение, народный русский разум истолковал это явление по-своему – в применении к преступлению Иуды, и не без оснований. В Священном Писании (и народных сказаниях и песнях) часто представляются в олицетворенной тесной связи необычайные события в нравственном мире и видимая природа. Пророк Иеремия говорит в переносном смысле, что даже само небо, будучи свидетелем беззаконий и богоотступничества иудейского народа, приходит в ужас и трепет великий (Иер. 2, 12). У пророка Исаии бездушная тварь в олицетворении представлена разделяющей радость о свержении ярма, тяготевшего на всех жителях завоеванных халдейским царем земель (Ис. 14, 7–8). Евангелисты Лука (Лк. 23, 44) и Матфей (Мф. 27, 45) повествуют, что солнце померкло, наступила страшная тьма по всей земле в минуты крестной смерти Спасителя, как бы в ужасе от величайшего преступления иудеев. Так олицетворенно трепещущими за страшную участь Иуды предателя представляются листья того дерева, на котором он кончил жизнь самоубийством. В этом своем понимании простонародная русская психия {b} выразила глубокое и живое представление крайней мерзости, низости и величайшей ответственности христопродавца.

Если теперь согласно с мнением, распространенным среди широкой на Руси публики, признать, что Иуда повесился на осине или на осиновом тополе, тогда в этом сообщение апостола Петра о смерти предателя может находить для себя очень удобное объяснение. Ведь всякому известно, что сучья осины весьма хрупки и не могут выдерживать значительную тяжесть. Отсюда же истинную причину обозначенного апостолом Петром падения трупа Иуды можно усматривать в том, что сломился сук той «проклятой осины», на котором повесился предатель. Можно с большой вероятностью полагать, что эта «проклятая осина» стояла на берегу какого-либо горного потока, где осины любят ютиться по преимуществу. Тогда тело повесившегося Иуды пало с крутизны на кремнистое дно ложбины и по самой стремительности разбилось. Такое падение трупа действительно сопровождалось тем последствием, о котором в восполнение показания евангелиста Матфея («удавился») говорит апостол Петр, что у несчастного предателя «расселось чрево, и выпали все внутренности» {c}. Уже самыми выражениями апостола предполагается, что этому предшествовал указанный евангелистом Матфеем акт самоубийства Иуды чрез повешение, о котором святой Петр не хотел подробно рассказывать слушателям, поскольку оно и без того хорошо было известно всем.

{Примечания редактора -в фигурных скобках:}

a. Здесь и далее мы сохраняем авторское написание множественного числа слова тополь, теперь считающееся устаревшим (сейчас принято писать тополя).

b. То есть душа.

c. В церковном предании можно встретить и иное толкование. Так, в синаксаре Великой Пятницы, составленном византийским монахом Никифором Каллистом Ксанфопулом († около 1350), говорится: «Иуда бросил сребренники, вышел вон и, отойдя, умертвил себя чрез удавление, повесившись на дереве, а после лопнул, ибо раздулся до крайности» (Синаксари Постной и Цветной Триодей. М.: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет, 2017, с. 145).

осина

виселица для Иуды

Альтернативные описания

• дерево рода тополь

• дерево средней полосы с постоянно дрожащими листьями

• дерево, из которого в прошлом изготавливали кол — инструмент казни

• дерево, из которого рекомендуют делать кол для борьбы с оборотнями

• дерево — обладатель дрожащих листьев

• деревья и кустарники

• дрожащее дерево

• иудино дерево

• лиственное дерево из семейства ивовых

• лиственное дерево, родственное тополю

• под цвет коры этого дерева природа раскрасила крылья бабочки-леночницы

• прикольное дерево вампиров

• дерево Иуды

• вид тополя

• дерево над красноголовиком

• научное название этого растения — populus tremula — тополь трясущийся

• из этого дерева по преданию был сделан крест, на котором распяли Иисуса Христа

• «никто не пугает, а вся дрожит» (загадка)

• на каком дереве повесился Иуда?

• прикольное дерево (для прикола вампиров)

• дерево для изготовления оружия против вампиров

• дерево, трепещущее в темно-синем лесу

• дерево для спичек

• дерево для упыря

• из какого дерева нужно сделать кол, чтобы убить вампира?

• дерево с дрожащими листьями

• в родстве с тополем

• родня тополя

• ее листья осенью красные

• осенью краснеющее дерево

• красное осенью дерево

• тополю родня

• дерево с листвой

• никто не пугает, а вся дрожит

• трепещущее дерево

• дерево на кол вампиру

• какое дерево не любят вампиры?

• материал для колов супротив вампиров

• лиственное дерево

• древесный деликатес к столу бобра

• дерево с дрожащими от испуга листьями

• прикольное дерево для вампира

• древесное мерило дрожания

• трепещет в темносинем лесу

• любимое бобрами дерево

• иуда

• противовампирное дерево

• дерево — бобриный деликатес

• дрожащая сестрица тополя

• древесина для ажурной резьбы

• лесная сестра тополя

• «трясущееся» дерево

• древесина для кольев

• колдовское дерево

• роковое дерево Иуды

• дерево рода тополей

• «… не горит без керосина»

• Дерево с дрожащими листьями

• Лиственное дерево семейства ивовых с листьями на длинных черенках, очень легко приходящими в движение

• «… не горит без керосина»

• «Дрожащая» сестрица тополя

• «Трясущееся» дерево

• дерево — бобриный деликатес

• дерево с «дрожащими» листьями

• ж. дерево Poppulus tremulus; всего более идет на щепенную (резную и точеную) деревянную посуду, почему его также зовут баклушей, ниж. Горькая осинушка, в песне. Осина проклятое дерево, на нем Иуда удавился, и с тех пор на нем лист дрожит. На осине кровь под корою; кора, под кожицей, красновата. Одна ягода, горькая рябина, одно дерево, горькая осина! На осину зяговаривают лихорадку и зубы: вырезав треугольник из коры (во имя и союз и Св. трут им десны до крови, я прикладывают его опять на свое место. Коли ноги сводит, то кладут осиновое полено в ноги, а от головных болей в головы. На осину б его! удавить. Негодных борзых и гончих на осине вешают. Волкулака, ведьму и знахаря, коли бродят по смерти, переворачивают ничком и пробивают осиновым колом. Чтобы капуста не перекисла, кладут в нее осиновое полешко. Осиновый соболь, в Сиб. низкий разбор. Дрожит, как осиновый лист. Трясется, как лист на осине. Удавлюсь на горькой осинушке, на самой вершинушке! Осина и без ветра шумит. Осина все шепчется, а проклятое дерево. осину (с оглоблю) вырос, а ума не вынес. Ладило б тебя на осину! Как осина задрожать, так и скот в поле сыт. На осине почки большие к урожаю ячменя. Осина в сережках (т. е. богато цветет) урожай на овес (оренб.). Заколоти в него хоть осиновый кол он все будет говорить: соломенка! Осиновая роща, осинник. Живы ельничком да осинничком, Ниж-сем. где хлеб не родится, а промышляют ложками, чашками. Топить осинником, осиновыми дровами. Осиновик, гриб подосиновик или красный гриб, Boletus auratiacua. Осинник, новг. осинка, осиновка ж. арх. долбушка, осиновая однодеревка, лодка, челн, стружек, иногда с набоями, насадами. Осиповка, осиновое лукошко, гнутый короб

• какое дерево не любят вампиры

• родня тополю

• «никто не пугает, а вся дрожит» (загадка)

• на каком дереве повесился Иуда

• из какого дерева нужно сделать кол, чтобы убить вампира

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх