Помост

Вопросы веры

Соловецкий лагерь особого

Фильм о Соловецких лагерях, снятый по заказу ОГПУ, — одновременно кинодокумент о лагерном быте и артефакт пропаганды. Эта пропагандистская лента снималась на материковой и островной части лагерного комплекса в 1927-28 гг. Считается, что заказ на создание такой ленты возник в ответ на международную кампанию против использования рабского труда заключенных в СССР. Скандал разразился в связи с началом публикаций на Западе воспоминаний бывших узников Соловецких лагерей, в частности, участников группового побега из Кемского пересыльного пункта в Финляндию. Повсеместная практика издевательств, пыток и убийств бессудно заключенных людей была впервые предана гласности. Серьезный ущерб был нанесен международному престижу страны, отчаянно пытавшейся добиться признания ведущими державами и восстановить доходы от внешней торговли. Советские власти были вынуждены развернуть кампанию опровержения: за границей распространялись парадные альбомы, демонстрировавшие гуманную хозяйственно-рациональную систему исправления преступников. Достижению этой цели должен был помочь и пропагандистский фильм о перевоспитании классовых врагов в лояльных граждан советской страны. Предполагалось, видимо, использовать ленту и внутри страны. Мы знаем, как получить от видео максимальный доход. Подключайтесь к партнерской программе RVISION на YouTube https://rvision.tv Вступайте в нашу группу в ВКонтакте: https://vk.com/rvision Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook: https://www.facebook.com/rvisionchannel/ Подписывайтесь на канал http://www.youtube.com/user/ClassicFilmRVision?sub_confirmation=1 Оставляйте ваши отзывы о работе сети RVISION: https://www.facebook.com/rvisionchannel/reviews Соловки (Соловецкие лагеря особого назначения) (1928) документальный фильм Жанр: документальный, пропаганда Производство: Совкино Оператор: С. Савенко Категории: Комедии: https://www.youtube.com/watch?v=BjpcrxV9rJY&list=PLAWK_P1s4gGAH9ZxYZuDcJ4Pjfa896Gi_ Экранизация: https://www.youtube.com/watch?v=WlqgMdjwe_4&list=PLAWK_P1s4gGB2rLvb6ZT2XZTV-v0PuYID Драма: https://www.youtube.com/watch?v=WlqgMdjwe_4&list=PLAWK_P1s4gGBgK5WsIt_1xerppH62ybL- Исторические: https://www.youtube.com/watch?v=DjwNXSiYIvs&list=PLAWK_P1s4gGAx1OqHR7OIKWfF28gsqC-F Документальные: https://www.youtube.com/watch?v=fQ6428GyPF8&list=PLAWK_P1s4gGB-MS8gcp0vtRV_ikEh8ZoZ Театральные постановки: https://www.youtube.com/watch?v=WeNyWIFeBz4&list=PLAWK_P1s4gGA9kmvDf4_uxtyuPDqPLmKu Биографические: https://www.youtube.com/watch?v=WzSr5_6C7_U&list=PLAWK_P1s4gGB2dGOUJR5Z9l9xHh5w8gfC Военные: https://www.youtube.com/watch?v=M4-Zw3Dc2ZY&list=PLAWK_P1s4gGD-8JO3zrv9mKPikRU2vb7z Сказки: https://www.youtube.com/watch?v=YdEdsS4JCTI&list=PLAWK_P1s4gGBNWMD6ZOEhyartId2Ohprb Мультфильмы: https://www.youtube.com/watch?v=NCIThlEUuq0&list=PLAWK_P1s4gGAjBMnYAuiciXhEY5V6PBJq Детективы: https://www.youtube.com/watch?v=8sP7wcb77NE&list=PLAWK_P1s4gGDavVojT3uAdp4YRn74gpLn Приключения: https://www.youtube.com/watch?v=MudpDHW5IVA&list=PLAWK_P1s4gGA-k7eEDitnTRtjxlvU0fTY Сатира: https://www.youtube.com/watch?v=A_wDsMYqHPc&list=PLAWK_P1s4gGB7Npb0148kZI-YVKpPeiVk Немое кино: https://www.youtube.com/watch?v=0QQjldNOzZE&list=PLAWK_P1s4gGA51Jori0nrhPyoSUzpEOd0 Детские: https://www.youtube.com/watch?v=QJaKDpAf8ms&list=PLAWK_P1s4gGD10dNhcIgvm3MlJXjDKDls Киноповести: https://www.youtube.com/watch?v=2kyzBJ3jReg&list=PLAWK_P1s4gGAdundIvH-rg20U6nskMNqH

Для беседы необходимо прочесть основные пособия из указанной ниже литературы. Наиболее полно и вполне популярно говорит о советской исправительной системе книга «Пенитенциарное право» — Ширвиндта и Утевского.

Прежде всего советская система раскрывает классовую сущность преступлений и наказаний в противоположность всяким религиозным и идеалистическим объяснениям буржуазного права. Задача советского суда весьма проста и понятна каждому трудящемуся. Это – оборона от социально-опасных действий и людей, их совершающих. Там, где вред причиняется самым основам пролетарского строя и завоеваниям революции, — наказание применяется вплоть до расстрела. В других случаях преступник изолируется от общества. Широко применяется так же условное наказание, общественное порицание и принудительные работы. Все эти меры основаны не на «возмездии», а на целесообразности и на индивидуальном подходе к каждому совершившему социально-опасное или вредное действие. Вся система наказаний строится с целью возможного воздействия и исправления «преступника».

Главную роль играет применение труда, приучение к рабочим навыкам, знакомство с разными полезными для трудовой жизни профессиями. При этом труд «заключенных» в советских условиях производится с соблюдением всех законов о труде – работа производится 8 часов для физического и 6 часов для умственного труда, воспрещаются сверхъурочные, охраняется особо труд женщин, соблюдается праздничный отдых, проводится охрана труда. Все работы построены на хозрасчете, и каждому выплачивается зарплата. Это в корне отличается от прежних «каторжных работ» и от заграничной современной практики. «Заключенные» не знают унизительных правил. Каждый носит свою одежду. Широко проводится самообслуживание и самоуправление. Огромное внимание уделяется культурно-просветительской работе среди заключенных и силами самих заключенных.

Соловки предназначены для особо опасных лиц. В то же время картина ярко показывает, что даже эти контрреволюционеры и бандиты находятся в таких условиях, о которых в царское время не могли и мечтать заключенные в тюрьмах, в каторжных «централах» и местах ссылки – революционеры, так называемые «политические», т.е. лучшие люди своего времени.

Литература

Содержание картины

Часть первая

В то время, когда идет строительство социализма в СССР, растет народное хозяйство, улучшается жизнь и благосостояние трудящихся – вредители пытаются сорвать эту работу, устраивают контрреволюционные заговоры, портят производство, организуют крушения, пожары, убийства и т.д.

Красная армия и флот прочно защищают наши границы от нападения извне. Внутри страны недремлющим оком в борьбе с врагами пролетариата является ОГПУ (Объединенное государственное политическое управление).

Картина показывает площадь им. Дзержинского в Москве, где помещается внушающее ужас всем контрреволюционерам и вредителям – ОГПУ. Из центра Москвы картина переносит зрителя на далекий Север. Соловецкие острова на белом море являются местом ссылки для шпионов, спекулянтов, бандитов, растратчиков и контрреволюционеров. Через Ленинград, Петрозаводск и Кемь по железной дороге и далее на пароходе ссыльные доставляются в Соловки.

Часть вторая

Соловецкий монастырь основан в 1428 г. «старцем» Зосимой. С тех пор он был оплотом феодализма и эксплоатировал богомольцев, пользуясь также бесплатным трудом. Монастырь обнесен каменной крепкой стеной (Кремль). Он служил крепостью и тюрьмой. Теперь здесь советская власть по новому перевоспитывает преступников, приучая их к труду. Прибывающие с пароходом ссыльные не похожи на прежних «каторжников». Все одеты в свои костюмы, везут с собой много вещей, узлов, чемоданов. На острове они пользуются большой свободой, часть заключенных несет даже административно-хозяйственные обязанности. Прибывшие проходят карантин, баню, медицинский осмотр, устанавливающий здоровье и трудоспособность каждого, затем поселяются в общежитиях и отдельных комнатах. За жизнь «заключенных» наблюдает аттестационная комиссия из администрации и представителей самих «заключенных».

Комиссия учитывает труд и поведение.

Основной состав ссыльных это «каеры» (контрреволюционеры) и «шпана» (уголовные).

Труд обязателен для всех.

Часть третья

День начинается с утренней поверки. Затем чай и завтрак. После этого «старосты» получают наряды на работу. Работа продолжается до 8 часов с обеденным перерывом. Здесь приобретаются привычка к труду и профессиональные трудовые навыки. Все предприятия находятся на самообслуживании «заключенными». Картина показывает телефон, электростанцию, кожзавод, обувную фабрику, швейные мастерские, механический завод, верфь, строительные работы, узкоколейную железную дорогу. Везде идет нормальная работа. Работают здоровые, веселые рабочие. И только из надписей зритель знает, что это – «социально-опасные преступники».

Путем труда они превращаются в «социально-полезных» граждан.

Гудок. Перерыв на обед.

Часть четвертая

Обед можно иметь по желанию или в столовой, или дома. Столующие дома получают паек на руки. На каждого ведется «текущий счет», согласно его заработков и доходов. Вместо денег на руки выдаются денежные квитанции, по которым можно все покупать. Разрешается также получать от родных и деньги.

После обеда – снова работа. Бежит паровозик. Работает кирпичный завод, гончары (среди рабочих есть бывшие монахи монастыря, они тоже работают). Особенно сильное впечатление производит жизнерадостная картинка покоса, так непохожая на обычное представление о жизни «заключенных». В сельхозах, огородах, садах и оранжереях также работают свои специалисты, выводят клубнику, цветную капусту и прочие редкости для Севера. Наконец, гордостью «заключенных» является племенная конюшня, породистые холмогорские коровы и тучные свиньи.

Часть пятая

На пяти Соловецких островах находятся 492 озера. Многие соединены каналами. Местный «инженер», бывший монах, с трудом согласился сняться перед кино-аппаратом. Он недоволен съемкой и грозит «греховодникам» пальцем.

По озерам и каналам идет сплав леса.

Работает лесопилка и деревообделочный завод. Изготавливают мебель, лыжи и т.д. Лес экспортируется за границу.

На глиссере съемщики едут в питомник пушных зверей. Здесь вы видим маленьких лисиц, стоимостью в 1.500 р. каждая, соболей и голубых песцов.

В 6 часов вечера конец работам. До поверки на ночь заключенные свободно располагают своим временем. Желающие сидят дома, отдыхают, читают, пишут письма. Находятся любители церкви – им никто не мешает идти к попам молиться. Огромное большинство заполняет места отдыха и гулянья. Играет оркестр, танцуют, катаются на лодках. Летом под открытым небом клуб, эстрада. Все развлекаются.

Часть шестая

Широко поставлена культурно-просветительская работа. «Свои» режиссеры и актеры ставят пьесы, устраивают концерты. Организованы также курсы. Идет полная ликвидация неграмотности. Издается «своя» газета – «Новые Соловки».

Летом допускается приезд родственников. Вот они выходят с парохода, опасливо оглядываются. О Соловках «страшное» представление. На самом деле находят культурную трудовую здоровую жизнь. Недаром сюда приезжает много экскурсий. Экскурсантам показывают советских «ссыльных» и подземелья с каменными мешками, куда цари и святейший синод заточали врагов церкви и отечества. Так же, как и Шлиссельбургская крепость в Ленинграде, эта тюрьма превращена в музей. Жестокость уживалась здесь со «святой жизнью» монахов.

Часть седьмая

Соловецкий лагерь является в настоящее время культурным фактором. Он играет определенную роль во всей жизни северной окраины Союза. СЛОН (краткое название соловецкого лагеря особого назначения) имеет свои предприятия и вне Соловков. В Кеми СЛОН построил прекрасный универмаг. Им же строится новое шоссе в 250 километров. На Мурмане – центре рыбных промыслов – СЛОН имеет свои становища. Странно видеть «заключенных», уезжающих на шхунах в открытое море на ловлю трески. Все в рыбацких костюмах – работают с увлечением. Соловецкие сельди, треска отправляются в Москву и Ленинград.

Когда наступает зима – в соловки приезжает правительственная комиссия и производит освобождение заключенных, многих досрочно, в случаях исправления и хороших отзывов о работе.

На последнем пароходе освобожденные, провожаемые оркестром музыки уезжают из Соловков, чтобы вернуться в трудовую семью Советского Союза в качестве полезных, привыкших к труду членов общества.

Первые Соловецкие узники. Словецкая тюрьма

«Не бойтесь Соловков, там Христос близко» (напутствие художника Михаила Нестерова писателю Борису Ширяеву перед отправкой в ссылку на Соловки) В Соловецком монастыре узники содержались с начала 16-го века. Сюда ссылались расстриженные священники и монахи, нераскаявшиеся старообрядцы («раскольники»), отпавшие от православия миряне, богохульники (среди них было немало сумасшедших), убийцы, приговорённые не просто к тюремному заключению, но и к покаянию и смирению в тяжёлых монастырских работах, и, наконец, политические преступники. Сроки заключения были огромные, практически пожизненные. Некоторые арестанты маялись по 20-40 лет, а то и больше. Привозили их с гербовыми листами, именными указами архимандриту. В них прописано было, как именовать и как содержать присланных: в железах ли, в затворе или с братией купно, с именами или безымянно. Случалось, что имена их самому архимандриту известны не бывали, а в листах значилось: «указанные персоны». Сохранившиеся имена узников 16-18 столетий на ступенях соловецкой темницы: Первые Соловецкие ссыльные: Сильван был сторонником нестяжательства и последователем Максима Грека. Артемий Троицкий также пострадал за нестяжательство. Ему были уготованы весьма суровые условия заточения. В грамоте при ссыльном игумене писалось: «Пребывати же ему внутрь монастыря с великою крепостью и множайшим хранением, заключену ж ему быти в некоей келье молчательной, да яко и тамо душевредный и богохульный недуг от него ни на единаго же да не распространится, и да не беседует ни с кем же, ни с церковными, ни с простыми того монастыря или иного монастыря мнихи». Однако из тюрьмы Артемий сбежал (это был первый и единственный удавшийся побег из Соловков). В 1555 году он объявился в Великом княжестве Литовском и получил там известность как ревностный защитник православия и обличитель протестантизма. Авраамий Палицын (в миру Аверкий Иванов сын Палицын) родился в середине 16-го века в старинной дворянской семье. До ссылки на Соловки состоял на царской службе. В 1594 году был освобождён из заточения; с него были сняты все последствия опалы. В Смутное время вместе с архимандритом Дионисием написал послание “окружное” к князю Дмитрию Пожарскому, призывая на борьбу с поляками. Активно участвовал в освобождении Москвы (1612), в поставлении на царство Михаила Романова. Увековечен в Памятнике Тысячелетия России (г. Великий Новгород). Сильвестр родился в Новгороде в семье небогатого священника и избрал духовную карьеру. Из Новгорода перебрался в Москву и получил место в кремлёвском Благовещенском соборе. Был духовным наставником молодого Ивана Грозного. В 1560 г. после возникших слухов о мифической причастности Сильвестра и Адашева к смерти царицы Анастасии Захарьиной (первой жены Ивана Грозного) был удалён от двора, сослан в Соловецкий, а оттуда – переведён в Кирилло-Белозёрский монастырь, где принял постриг и стал иноком Спиридоном. В русской истории известен как церковный, политический и литературный деятель. Умер около 1565 года в Вологде. Увековечен в Памятнике Тысячелетия России (г. Великий Новгород). Симеон Бекбулатович — касимовский хан, крещёный татарин; состоял на службе у Ивана Грозного. По причуде последнего был временно «назначен» великим князем всея Руси. Когда же время «причуд» вышло, получил от царя истинного (Ивана) в управление Тверь да Торжок, и был выслан из Москвы. После смерти Грозного претерпел несчастья немалые: лишение сана и имения; ссылку в Кирилло-Белозерский монастырь (там же принял постриг и стал иноком Стефаном), затем отправлен на Соловки. На Соловках под строгим надзором пробыл шесть лет, по прошествии которых переведён в Кириллов. В Москву вернулся при Романовых. Несчастный слепой старец остаток дней своих провёл в забвении и одиночестве. Похоронен в 1616 году в Симоновом монастыре (нынче на месте захоронения стоит Дворец культуры ЗИЛ). Родился около 1610 года в еврейской семье, принявшей христианство, по одним источникам в Солуни, а по его собственным словам, в турецком городе Трикале. Трижды отрекался от православия, «ища мудростисти бесовския от врагов Божиих». Учась в Италии, он принял католичество, попав в Константинополь вернулся в православие и стал монахом, но вскоре перешёл в мусульманство, оказавшись в Молдавии и Валахии вновь стал православным, а попав в Польшу – перешёл в Униатство. Из Польши Арсений Грек перебрался в Киев, а оттуда в Москву. Здесь он, выдавая себя за православного, стал учителем риторики, но был разоблачён и сослан в Соловки для «исправления веры». Освобождён из заключения в 1652 году по распоряжению новгородского митрополита Никона. С восшествием Никона на патриаршество Арсений Грек занял видное место главного справщика церковных книг на Московском печатном дворе. Вскоре исправление церковных книг легло в основу никоновской реформы, — реформы, которая внесла раскол в русское православие, и против которой восстали соловецкие иноки. Тот самый Мещеринов, которому было приказано усмирить восставшую против никоновской реформы соловецкую братию. Приказ он выполнил, но вместо награды его ждал суд. Ещё во время осады шли в Москву доносы с обличениями его в насилиях. По взятии монастыря Мещеринова обвинили в краже монастырской казны и заточили в тюрьму. Но дело кончилось благополучно, его освободили. В чем именно состояли «противности благочестию» со стороны опального князя, остаётся загадкой. В ссыльном указе от 15 января 1722 года, подписанном председателем канцелярии тайных розыскных дел Петром Андреевичем Толстым, об этом ни слова не сказано. Но известно, что Ефим Васильевич Мещерский увлекался хлыстовством и всячески покровительствовал этому движению. Кроме того, он принадлежал к противникам Петровых преобразований. Сам Пётр Андреевич Толстой не избежал участи Мещерского: спустя пять лет после подписания указа о ссылке опального князя, он тоже стал узником Соловецкого монастыря. Граф Толстой Пётр Андреевич (1645 г.) родился в семье воеводы. Поначалу числился на военной службе при отце, вскоре стал стольником при дворе, проявил себя на дипломатическом поприще, сумел добиться расположения Петра I и был поставлен во главе тайной канцелярии. После смерти Петра вместе с Меншиковым содействовал воцарению на престол Екатерины I, но впоследствии разошёлся с ним в вопросе выбора её преемника. В результате дворцовых интриг вместе с сыном был сослан на Соловки как «особо знатный секретный узник». Заключенным была запрещена переписка с родными, общение друг с другом и с монастырской братией, отказано в посещении церкви. Князь Долгорукий — ещё один «особо знатный секретный узник». Был доставлен на Соловки в сопровождении 15 солдат во главе с капитаном М. Салтыковым с предписанием: «Никого из посторонних к нему в келью не допускать. Бумаг и чернил не давать и писем никаких ни к кому писать ему не велеть. А когда он потребует писать в дом свой о присылке к себе для пропитания запасов и о прочих домашних нуждах, а не о посторонних делах, тогда, дав ему бумаги и чернил, велеть писать при капитане и смотреть того, чтоб кроме тех домашних нужд ни о чем не писал». Долгорукому позволялось иметь при себе пять слуг из крепостных, носить свою одежду и есть на посуде из серебра. Пётр Иванович Кальнишевский — участник русско-турецкой войны 1768-1774 годов (за храбрость был награжден золотой медалью с бриллиантами). Состоял в приятельских отношениях с князем Григорием Потёмкиным. 4 июня 1775 года при разгроме Сечи царскими войсками был арестован и по предложению Потёмкина сослан «на вечное содержание под строжайший присмотр» в Соловецкий монастырь. Пробыл в заточении вплоть до восшествия на Российский престол императора Александра Павловича. В монастыре передавалась легенда: по восшествии на престол нового царя выяснилось, что Кальнишвский — невинный страдалец. «Царь, освободив его, захотел чем-либо вознаградить за перенесенные страдания и приказал спросить Кальнишевского, чего он хочет себе в награду. — «Стар я стал», — отвечал Кальнишевский: » мирские почести меня не прельщают, богатство мне не нужно; не прожить мне и того, что у меня есть, одна у меня забота: приготовить себя к будущей жизни, а нигде я этого не сделаю так хорошо, как в сей святой обители; потому первая моя просьба дозволить мне дожить свой век в Соловках, а вторая просьба, если царь-батюшка хочет меня пожаловать, пусть он прикажет выстроить для преступников настоящую тюрьму, чтобы они не маялись, как я, в душных казематах крепости.» (Колчин М. Ссыльные и заточенные в острог Соловецкого монастыря в XVI – XIX вв. ) Платон Иванович Мусин-Пушкин (1698). В разные годы был: посланником в Гессене, Дании, Франции; губернатором в Смоленске, Казани, Эстляндии; президентом Коммерц-коллегии. В 1740 — арестован по делу министра А.П. Волынского, лишён чинов, знаков отличия, графского достоинства, приговорён к «урезанию» языка и сослан в Соловецкий монастырь. Проведя менее двух месяцев в холодном и сыром каземате тяжело заболел. По болезни получил снисхождение — был освобождён и сослан в Симбирский уезд, в одно из дальних имений своей жены. Императрица Елизавета Петровна велела простить Мусину-Пушкину его вину (которой и не было), но к делам не определять. Всеми забытый, он умер вскоре после этого. Добрейшей души человеком был Платон Иванович, — о том сохранилось свидетельство Абрама Петрова (Арапа Петра Великого). Знаменитый предок А. С. Пушкина, будучи на учёбе во Франции, пребывал в нищете и долгах. В своих письмах к секретарю императора он писал о своём бедственном существовании, добавляя: «ежели бы здесь не был Платон Иванович, то я бы умер с голоду. Он меня по своей милости не оставил, и я обедал и ужинал при нем все дни». Отец Платона Ивановича — Иван Алексеевич Мусин–Пушкин тоже был узником Соловецкого монастыря. Умер он в заточении задолго до ссылки сына — в 1729 году. При Петре I Иван Алексеевич сделал блестящую карьеру и был возведен в графы. Пётр благоволил ему и называл «братцем» (ходили слухи, что Иван был внебрачным сыном царя Алексея Михайловича). На Соловки попал по интригам Меншикова. Среди узников Соловков были и Пушкины. (по поводу надписи на табличке: если верить генеалогическому древу Пушкиных, то среди прадедов Александра Сергеевича не было ни Сергеев, ни Михаилов. Возможно «бывший Пушкин» и был родственником поэта, но из тех, о которых говорят — «нашему забору двоюродный плетень») В 1769 году Екатерина II выпустила в обращение первые в России бумажные деньги — ассигнации, а спустя всего три года была поставлена точка в первом в России уголовном деле о подделке этих ассигнаций. Следствием руководила сама Екатерина II, а фальшивомонетчиками были братья Сергей и Михаил Пушкины. Императрица, лишила братьев дворянства и чинов, и распорядилась «публиковать во всей империи, чтоб обоих сих преступников нигде и ни в каких делах не называть Пушкиными, но бывшими Пушкиными». Подделка денег в 18 веке каралась смертной казнью, однако императрица пощадила фальшивомонетчиков. Михаила сослали в Тобольск. Сергея заточили в крепость заполярного города Пустозерска Архангельской губернии, откуда в 1781 году перевезли на Соловки. О деле «бывших Пушкиных» в деталях — з д е с ь О Павле Исааковиче Ганнибале точно известно, — он внук «арапа Петра Великого» и двоюродный дядя Александра Сергеевича. Был офицером флота, затем служил в гусарах и отличился во время Отечественной войны 1812 года. Гремучая смесь африканской страсти и широкой русской души; бесшабашный кутила, но человек редкого, честного и чистого сердца. Чтобы выручить друзей из беды, помочь нуждающимся, не жалел ничего. Был наказан за то, что осудил жестокую расправу над декабристами. Сначала его сослали в Сольвычегодск (Архангельская обл.), где он, купив пушку, выкатывал её из окна и палил по воробьям, чем приводил в ужас местных жителей. Брал деньги в долг и не отдавал, «часто выражения употреблял гордые и дерзкие», произносил «отчаянные речи». В 1827 году, по высочайшему повелению, прислан был в Соловецкую тюрьму за буйство и дерзкие поступки. Бедняга не представлял, что его ожидает в Соловках. Когда его заключили в тесный «чулан», он пришел в бешенство, бился в безумной попытке вырваться из этого чулана, «в котором особо один был запертым». В состоянии какого-то исступления он пробыл две недели, а потом утих и с тех пор вел себя смирно в чулане. Через два года положение узника улучшилось. Хлопотам жены он был освобожден и умер в Луге в 1841 году. * * * Критский Михаил (1809-1835), студент Московского университета, один из основателей тайного революционного кружка в Москве в 1826—27 годах. Кружковцы считали себя продолжателями дела декабристов, обсуждали возможность цареубийства и обращения к народу с прокламацией, пытались вести революционную пропаганду среди чиновников, солдат и студентов. В 1827 году Михаила Критского арестовали и как «изобличенного в соучастии в злоумышленном обществе» (по делу декабристов) сослали в Соловецкую тюрьму. После шести лет пребывания на Соловках он был отправлен в действующую армию на Кавказ, где и погиб в бою с горцами. До конца 18-го столетия века в монастыре не было специальных тюремных построек. Местом заточения служили каменные «мешки», камеры и ямы, существовавшие в стенах и внутри башен Соловецкой крепости со времён её постройки. В Корожной башне, вдоль внутренних её стен, были устроены «уединенные тюрьмы» — каменные мешки величиной 2,15 на 2,2 метра. Окна в такой камере были очень узки и почти не пропускали света и воздуха. вечный полумрак, сырость и холод. Помещали сюда, как правило, сосланных «на вечное содержание под строжайший присмотр». Белая (Головлёнкова) башня и примыкающее к ней Сушило, так же как и Корожная башня, использовались для заточения ссыльных. Но камеры здесь были чуть просторнее — 6,5 на 2,2 м. На первом ярусе Сушила находились страшные казематы, настоящие каменные мешки, в которых годами содержались узники. В 19 веке казематы в башнях уже не использовались — на территории монастыря для узников было оборудовано большое тюремное здание. &nbspВ конце столетия русская общественность и пресса заговорили об освобождении лиц, содержащихся в Соловецкой тюрьме, и необходимости как можно скорее покончить с практикой ссылки осуждённых в монастырь как с давно отжившей средневековой формой наказания. И дело пошло. В 1886 году на Соловки прибыл главнокомандующий войсками Петербургского военного округа Великий князь Владимир Александрович. Обнаружив, что число арестантов невелико, он распорядился вывести с острова воинскую команду, в обязанности которой было караулить узников. Окончательному упразднению Соловецкой тюрьмы не мало содействовал военный министр Алексей Николаевич Куропаткин. Он лично посетил Соловки летом 1902 года. В итоге в 1903 году состоялась передача правительством тюремных зданий в собственность Соловецкого монастыря. В прежней тюрьме была устроена больница с церковью, а к больнице, по распоряжению Куропаткина, прикомандирован (с ежегодной сменяемостью) военный врач. Казалось, Соловки навсегда перестали быть местом ссылки. Но не случилось. Пришедшая на смену монархии власть Советов вновь сделала острова местом изгнания неугодных. В мае 1923 года соловецкие острова передали в распоряжение ОГПУ, и здесь был организован лагерь принудительных работ Особого назначения (СЛОН). Изначально предполагалось, что этот лагерь станет местом изоляции и трудового «перевоспитания» интеллигенции (и никакого каторжного труда!). Вдохновителем и разработчиком идеи подобного лагеря был Глеб Бокий*. *Глеб Бокий — личность интересная, неоднозначная; о нём и поныне бытуют всякие были и небылицы. ; Здесь — любопытное предположение Б.В.Соколова о том, как нравы «Дачной Коммуны» Глеба Бокия (если таковая действительно была) могли дать Булгакову матерал для описания «Бала у Сатаны» в романе «Мастер и Маргарита»: (из книги Б.В.Соколова «Расшифрованный Булгаков. Тайны «Мастера и Маргариты»: …И наконец, возможно, в «Мастере и Маргарите», в сцене Великого бала у сатаны отразился еще один эпизод, совсем уж фарсовый, связанный с деятельностью подчиненных Ягоды. Вполне возможно, что идея сатанинского бала еще один неожиданный источник, прямо связанный с деятельностью подчиненных и соратников Г. Г. Ягоды. Речь идет о так называемой «коммуне Бокия». Глеб Иванович Бокий был видным чекистом-палачом, у которого руки были по локоть в крови. Его благополучно расстреляли в 1937 году, а некоторые его сотрудники подверглись репрессиям уже после гибели батьки Бокия и на следствии дали о нем прелюбопытнейшие показания. Например, некто Н. В. Клименков на допросе 29 сентября 1938 года сообщил: «…С 1921 года я работал в спецотделе НКВД (разумеется, тогда это была еще ВЧК. – Б. С.). Отдел в то время возглавлял Бокий Глеб Иванович, который через некоторое время назначил меня нач. 2-го отделения спецотдела. В это время уже существовала созданная Бокием так называемая Дачная коммуна, причем ее существование тщательно скрывалось от сотрудников отдела, и знали об этом только приближенные Бокия… Последний в одно время сообщил мне, что им в Кучино создана Дачная коммуна, в которую входят отобранные им, Бокием, люди, и пригласил меня ехать на дачу вместе с ним. После этого я на даче в Кучино бывал очень часто, хотя юридически и не являлся членом коммуны, так как не платил 10 процентов отчислений зарплаты в ее фонд, но вся антисоветская деятельность которой мне известна. При первом моем посещении Дачной коммуны мне объявили ее порядки, что накануне каждого выходного дня каждый член коммуны выезжает на дачу и, приехав туда, обязан выполнять все установленные батькой Бокием правила. Правила эти сводились к следующему: участники, прибыв под выходной день на дачу, пьянствовали весь выходной день и ночь под следующий рабочий день. Эти пьяные оргии очень часто сопровождались драками, переходящими в общую свалку. Причинами этих драк, как правило, было то, что мужья замечали разврат своих жен с присутствующими здесь же мужчинами, выполняющими правила батьки Бокия. Правила в этом случае были таковы. На даче все время топилась баня. По указанию Бокия после изрядной выпивки партиями направлялись в баню, где открыто занимались групповым половым развратом. Пьянки, как правило, сопровождались доходящими до дикости хулиганством и издевательством друг над другом: пьяным намазывали половые органы краской, горчицей. Спящих же в пьяном виде часто хоронили живыми, однажды решили «похоронить», кажется, Филиппова и чуть его не засыпали в яме живого. Все это делалось при поповском облачении, которое специально для дачи было привезено из Соловков. Обычно двое-трое наряжались в это поповское платье, и начиналось пьяное богослужение… На дачу съезжались участники коммуны с женами. Вместе с этим приглашались и посторонние, в том числе и женщины из проституток. Женщин спаивали допьяна, раздевали их и использовали по очереди, предоставляя преимущество Бокию, к которому помещали этих женщин несколько. Подобный разврат приводил к тому, что на почве ревности мужей к своим женам на Дачной коммуне было несколько самоубийств: Евстафьев – бывш. нач. технического отделения – бросился под поезд, также погиб Майоров, с женой которого сожительствовал Бокий, на этой же почве застрелился пом. нач. 5-го отделения Баринов… Ежемесячно собирались членские взносы с каждого члена коммуны в размере 10 процентов месячного оклада, что далеко не хватало для покрытия всех расходов. Дефицит покрывался Бокием из получаемых отделом доходов от мастерских несгораемых шкафов, из сметы отдела на оперативные нужды. Дефицит покрывался также и спиртом из химической лаборатории, выписываемым якобы для технических надобностей. Этот спирт на Дачной коммуне оснащался ягодами и выпивался, т. е. на средства, украденные Бокием у государства… К концу 1925 года число членов Дачной коммуны увеличилось настолько, что она стала терять свой конспиративный характер. В самом отделе участились скандалы между членами Дачной коммуны и секретарем отдела, выдающим заработную плату. Первые не хотели платить членских взносов, а секретарь отдела упрекал их в том, что они получают «все удовольствия» на даче, а платить не хотят…» Показания «халявщика» Клименкова полностью подтвердил полноправный член коммуны «доктор» Гоппиус: «Каждый член коммуны обязан за «трапезой» обязательно выпить первые пять стопок водки, после чего члену коммуны предоставлялось право пить или не пить по его усмотрению. Обязательным было также посещение общей бани мужчинами и женщинами. В этом принимали участие все члены коммуны, в том числе и две дочери Бокия. Это называлось в уставе коммуны – культом приближения к природе. Участники занимались и обработкой огорода. Обязательным было пребывание мужчин и женщин на территории дачи в голом и полуголом виде…» Атмосфера чекистской коммуны очень напоминает атмосферу Великого бала у сатаны, в том числе и своей пародией на богослужение и христианские похороны, в результате которых один из участников едва не погиб. Конечно, Булгаков не мог быть знаком с показаниями арестованных в 1937–1938 годах членов коммуны, однако, по признанию того же Клименкова, к середине 20-х годов творившееся на даче Бокия перестало быть тайной для окружающих. Так что и автор «Мастера и Маргариты» вполне мог узнать о нравах коммуны. Появляющимся на сатанинском балу чекистам Ягоде и Буланову творящееся тут, можно сказать, явно не в диковинку. И его законы, о которых говорит Коровьев-Фагот, совпадают с законами коммуны Бокия. Спиртом, только чистым, без всяких ягод, Воланд угощает Маргариту. Устраивают здесь и своеобразные похороны Михаила Александровича Берлиоза и Майгеля, только покойники тут настоящие, а не сонные пьяницы, и мысль о самоубийстве посещает Маргариту, когда она сознает, что к прошлому возврата нет, а Воланд не торопится предложить ожидаемую награду. Гости Воланда столь же пьяны, а женщины столь же обнажены, как и на даче у Бокия. Правда, горчицей Бегемот мажет не половые органы незадачливых пьяниц, а их своеобразный заменитель – устрицу, которую тотчас съедает. А вот в ранней редакции шабаш в Нехорошей квартире был куда откровеннее, и одна из ведьм капала свечкой на половой член мальчика, с которым развлекалась. Чекисты, возможно, казались Булгакову современными аналогами нечистой силы. Ведь оргии Ягоды, Бокия и их подчиненных даже превзошли то, что происходило на рожденном писательской фантазией бале Воланда. Сам Бокий был личностью в те времена почти легендарной. В 1918–1919 годах, будучи главой Петроградской ЧК, Глеб Иванович в доле с Ф. Э. Дзержинским, знаменитым «железным Феликсом», шефом всероссийской «чрезвычайки», развернул неплохой бизнес на заложниках. В рамках «красного террора» всех представителей имущих классов, а также бывших офицеров и чиновников арестовывали и при первом удобном случае расстреливали за любые подлинные или мнимые «террористические вылазки» белых. Бокий предложил брать с состоятельных заложников денежный выкуп. Уплатившие его честно переправлялись чекистами через финскую границу. Полученные суммы Бокий, Дзержинский и еще несколько высокопоставленных чекистов частью делили между собой, а частью использовали на нужды ЧК. Однако на Бокия «стукнула» его заместитель В. Н. Яковлева. Разразился скандал. «Железного Феликса» трогать не стали, а Бокия сослали на Восточный фронт, а в 1920 году сделали главой Туркестанской ЧК. На этой должности Бокий, проявив неимоверную жестокость, полностью реабилитировался за прежние грехи. Чекист-перебежчик Георгий Агабеков в октябре 1930 года писал в парижской газете «Матэн»: «В Ташкенте я миновал встречу с Бокием, настоящим чудовищем. В 1919 и 1920 годах он до такой степени терроризировал Ташкент, что еще и сейчас там говорят о нем с ужасом. Так вот, этот человек, ставший легендарным из-за своей жестокости, является сейчас начальником специального отдела ГПУ, где он является хранителем важнейших тайн». Действительно, в 1921 году Бокий возглавил Специальный (шифровальный) отдел ОГПУ, через который шла важнейшая партийная и правительственная корреспонденция и который занимался также перехватом и расшифровкой сообщений правительств и спецслужб других государств. Что интересно, Бокий с 1909 года был розенкрейцером, а после революции он вместе с заместителем наркома иностранных дел Борисом Спиридоновичем Стомоняковым, заведующим организационно-распределительным отделом ЦК ВКП(б) Иваном Михайловичем Москвиным и профессором Александром Васильевичем Барченко – специалистом по оккультизму и парапсихологии организовали «Единое Трудовое братство» – тайное сообщество, построенное по образцу масонской ложи. Барченко консультировал Бокия в отношении знахарей, шаманов, медиумов и гипнотезеров, которых пытались привлечь к сотрудничеству с ОГПУ, а позднее – с НКВД, чтобы выведывать иностранные секреты и разоблачать «врагов народа». Для лаборатории Барченко была оборудована специальная «черная комната» в здании НКВД (Фуркассовский переулок, 1), куда частенько наведывался Бокий. Однажды там проверяли способности медиума Валентина Сергеевича Смышляева – актера и режиссера 2-го МХАТа, будто бы предсказавшего год (1935) и причину смерти (рак печени) фактического руководителя Польши Юзефа Пилсудского. Со Смышляевым Булгаков был хорошо знаком. Именно на Смышляева ссылался режиссер В. Э. Мейерхольд, когда 26 мая 1927 года просил Булгакова предоставить его театру новую пьесу (вероятно, речь шла о «Беге»): «Смышляев говорил мне, что вы имеете уже новую пьесу и что вы не стали бы возражать, если бы эта пьеса пошла в театре, мною руководимом». Тем более что до революции Смышляев состоял в одной ложе розенкрейцеров не только с Бокием, но и с режиссером Юрием Александровичем Завадским, для театра-студии которого Булгаков написал «Полоумного Журдена». Через Смышляева или Завадского писатель мог быть осведомлен и об оргиях, устраиваемых Бокием и другими чекистами. После того как 16 мая 1937 года Глеб Иванович был арестован, участие в «Едином Трудовом братстве» стало одним из пунктов обвинения, и никто из них не избежал расстрела. Расстреляли Бокия 15 ноября 1937 года – за то, что слишком много знал и был человеком Ягоды, от выдвиженцев которого чистил ведомство новый нарком Н. И. Ежов. Первая партия заключённых СЛОНа прибыла на Соловки летом 1923 года; к сентябрю того же года число лагерников превышало 3 тыс. человек. В дальнейшем политизолятор для интеллигенции стал пополняться уголовниками и полит. заключенными. К середине 20-х годов Соловки превратились в жестокий концлагерь. Идея «перевоспитания свободным трудом» была благополучно похоронена. Ссыльным были уготованы рабский труд, тюремное заключение, расстрелы. Количество заключенных СЛОНа росло. Очень скоро лагерем были заняты все монастырские скиты и пустыни, а к концу 20-х годов лагерь занял огромные пространства Кольского полуострова и Карелии, а сами Соловки стали лишь одним из 12 отделений этого лагеря, игравшего заметную роль в системе ГУЛАГ. С 1934 года Соловки стали VIII отделением Беломорско-Балтийского канала, а в 1937 году реорганизованы в Соловецкую тюрьму ГУГБ НКВД, которая была закрыта в самом конце 1939 года. За 16 лет существования на Соловках лагеря и тюрьмы через острова прошли десятки тысяч заключенных, среди которых представители известных дворянских фамилий и интеллигенции, ученые, военные, крестьяне, писатели, художники, поэты, священнослужители. * * * О жизни ссыльных на Соловках: А.Клингер «Записки бежавшего» Три дня на Соловках пролетели быстро. Собираемся в обратный путь на материк. Плывём по Белу морю на «Сапфире». К вечеру мы уже в гостинице. Узнаём у администратора как нам поутру добраться до Беломорских петроглифов, и есть ли в городе экскурсовод, который в частном порядке может с нами туда отправиться. Один звонок администратора — и мы уже договариваемся с экскурсоводом о поездке. Утром садимся в машину и едем смотреть петроглифы, а затем — в Кемь и Рабочеостровск.

История

Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН) был первым и одновременно самым известным лагерем в Советском Союзе. Расположенный в Белом море, на недоступном архипелаге Соловецких островов, он приобрел дурную славу уже в самом начале своего существования, а название «Соловки» очень быстро стало символом репрессивной системы.
Аномалии края света
Соловецкий архипелаг расположен вблизи северного полярного круга и состоит из шести больших островов и нескольких десятков маленьких скалистых островков. Над водой во время отлива показываются многочисленные скалы. Характер этого места во многом связан с его климатом. Летом солнце почти не заходит за горизонт, а зимой день длится меньше двух часов. Это неблагоприятно влияет на человеческий организм: длящиеся почти круглые сутки ночи действуют на многих угнетающе. В свою очередь, бесконечный день может расстроить даже самые исправные биологические часы.
Температура воздуха никогда не бывает высокой: в летние месяцы на солнце она может доходить до 20 градусов, но резко снижается по вечерам. Облик островов определяет присутствующая повсюду вода. По островам разбросано множество озер ледникового происхождения, а море видно практически из каждого уголка. Следует упомянуть, что температура воды в Белом море не поднимается выше нескольких градусов, а судоходный сезон длится только с мая по сентябрь. В оставшуюся часть года море замерзает, и единственным способом добраться на острова остается летающий раз в неделю самолет из Архангельска.
У беглецов не было шансов
Особенности Белого моря делали его самой лучшей преградой от попыток бегства с островов. Летом человек способен продержаться в такой холодной воде всего несколько минут, а зимой вода у берегов никогда не замерзает настолько, чтобы лед мог выдержать вес людей. Недоступное расположения и климатические условия сделали Соловки отличным местом для изоляции от мира, которое использовали как православные монахи, так и государство. Противников власти и еретиков высылали сюда еще при царе, но настоящая «тюремная машина» заработала здесь во всю силу лишь после большевистской революции. Для сравнения: за 400 лет существования монастыря в заключении там побывало всего около 300 человек, а за 20 лет существования СЛОНа через Соловки прошло несколько тысяч заключенных.
Первый лагерь принудительных работ на 350 человек вместе с охраной был создан на Соловках уже в 1920 году. Это было одно из первых мест такого типа на территории всей советской России. В 1923 году появился СЛОН. Первыми заключенными были политические противники советской власти: эсеры, меньшевики, анархисты, белогвардейцы. Помимо «политических» на Соловки массово ссылали обычных преступников и духовенство.
Переработка капусты
Заключенные содержались на территории старинного монастыря, в наскоро построенных бараках, а часто и в землянках. В удаленных от центра острова монашеских скитах были устроены штрафные изоляторы: мужской на Секирной горе, а женский на Заяцком острове (название острова происходит не от слова «заяц», а от того, что монахи выбирались на этот обитаемый лишь птицами остров «за яйцами»). Заключенные использовались для работ по вырубке леса, ловли рыбы, добычи морской капусты и других водорослей, а также для обработки сельскохозяйственных угодий для нужд лагеря.
Мало кто, наверное, знает, что такое морская капуста. Массовый промысел этой водоросли начался во время Первой мировой войны. Из нее получали йод, использовавшийся для изготовления дезинфицирующих средств. Этот метод был типичным актом отчаяния, т.к. из-за войны Россия была отрезана от поставок йода из Германии, которая была его основным производителем. После окончания войны добыча и переработка морской капусты остались главным занятием жителей Соловков. Высушенные и спрессованные листья высылались на материк, где их использовали в производстве косметических средств и корма для скота, а также производили из них агар-агар. Морская капуста нашла широкое применение и в местной кухне.
Тяжелые климатические условия и проблемы с питанием приводили к тому, что среди заключенных распространялись смертельные болезни. Однако лагерь продолжал расширяться. Когда священнослужителей, эсеров и меньшевиков стало не хватать, на Соловки начали ссылать кулаков, противников коллективизации и осужденных за каннибализм из охваченной голодом Украины. Среди соловецких заключенных были и поляки, и не только те, кто остался на советской территории после подписания Рижского мирного договора. Очень характерна история полицейского Йоахима Биласа (Joachim Biłas), который во время несения службы в районе Несвижа заблудился и попал в болото. На крики о помощи среагировали советские пограничники, которые арестовали поляка за незаконный переход границы. Советский суд приговорил его к пяти годам лагерей. Весь свой срок Билас провел на Соловках.
Жертвами были не только заключенные, но и люди, находившиеся по другую сторону решетки. В рамках чисток, проводимых внутри аппарата террора, были расстреляны несколько комендантов лагеря и несколько десятков членов различных большевистских структур. Среди жертв Соловков были и офицеры НКВД. В 1937 году, при воплощении в жизнь планов большой чистки, из заключенных лагеря были выбраны около 1200 человек, которых вывезли в Карелию и расстреляли в урочище Сандармох. Что интересно, плановая экономика распространялась даже на репрессии. На Соловецкий лагерь, как и на другие административные районы СССР, приходилось по плану определенное количество врагов, подлежащих расстрелу. А задачей НКВД было только выбрать, кто из заключенных станет жертвой.
СТОН
СЛОН завершил свое существование в 1937 году. Оставшихся в живых заключенных перевели в другие места, а на острове оставили только новую тюрьму с чудовищным названием СТОН — Соловецкая тюрьма особого назначения. Она проработала два года, и была в 1939 году закрыта, а ее здания были переданы военным. Заметный след переоборудования этих строений в казармы – запаянные «глазки» в дверях камер, переделанных под комнаты для солдат. Во годы войны на Соловецких островах располагалась учебные отряды советского флота, в т.ч. знаменитая школа юнг.
Сейчас острова возвращают себе свой былой характер. В центре архипелага остается монастырь, который в последние годы был тщательно отреставрирован. А благодаря подвижнической работе местного музея и таких организаций, как «Мемориал», жители России узнают об этом трагическом месте и десятках тысяч жертв, которых поглотил СЛОН.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

В мае 1920 года монастырь был закрыт, и вскоре на Соловках были созданы две организации: лагерь принудительных работ для заключения военнопленных Гражданской войны и лиц, осужденных на принудительные работы, и совхоз «Соловки». На момент закрытия монастыря в нем проживали 571 человек (246 монахов, 154 послушника и 171 трудник). Часть из них покинули острова, но почти половина остались, и они стали работать вольнонаемными в совхозе.

После 1917 года новые власти стали рассматривать богатый Соловецкий монастырь как источник материальных ценностей, многочисленные комиссии беспощадно разоряли его. Одна только Комиссия помощи голодающим в 1922 году вывезла 84 с лишним пуда серебра, почти 10 фунтов золота, 1988 драгоценных камней. При этом варварски обдирались оклады с икон, выковыривались из митр и облачений драгоценные камни. К счастью, благодаря сотрудникам Наркомпроса Н. Н. Померанцеву, П. Д. Барановскому, Б. Н. Моласу, А. В. Лядову, удалось вывезти в центральные музеи многие бесценные памятники из монастырской ризницы.

В конце мая 1923 года на территории монастыря произошел очень сильный пожар, который продолжался три дня и нанес непоправимый ущерб многим древним сооружениям монастыря.

В начале лета 1923 года Соловецкие острова были переданы ОГПУ, и здесь организовали Соловецкий лагерь принудительных работ особого назначения (СЛОН). Лагерю были переданы почти все постройки и угодья монастыря, было принято решение «признать необходимым ликвидацию всех находящихся в Соловецком монастыре церквей, считать возможным использование церковных зданий для жилья, считаясь с остротой жилищного положения на острове».

7 июня 1923 года на Соловки прибыла первая партия заключенных. Вначале все заключенные мужчины содержались на территории монастыря, а женщины – в деревянной Архангельской гостинице, но очень скоро лагерем были заняты все монастырские скиты, пустыни и тони. А уже через два года лагерь «выплеснулся» на материк и к концу 20-х годов занял огромные пространства Кольского полуострова и Карелии, а сами Соловки стали лишь одним из 12 отделений этого лагеря, игравшего заметную роль в системе ГУЛАГ.

За время существования лагерь претерпел несколько реорганизаций. С 1934 года Соловки стали VIII отделением Беломорско-Балтийского канала, а в 1937 году реорганизованы в Соловецкую тюрьму ГУГБ НКВД, которая была закрыта в самом конце 1939 года.

За 16 лет существования на Соловках лагеря и тюрьмы через острова прошли десятки тысяч заключенных, среди которых представители известных дворянских фамилий и интеллигенции, крупные ученые самых разных отраслей знаний, военные, крестьяне, писатели, художники, поэты. . В лагере они были примером истинного христианского милосердия, нестяжательства, доброты и душевного спокойствия. Даже в самых тяжелых условиях священники до конца старались исполнить свой пастырский долг, оказывая духовную и материальную помощь тем, кто находился рядом.
На сегодня нам известны имена более 80 митрополитов, архиепископов и епископов, более 400 иеромонахов и приходских священников – узников Соловков. Многие их них скончались на островах от болезней и голода или были расстреляны в Соловецкой тюрьме, другие погибли позднее. На Юбилейном Соборе 2000 года и позднее, около 60 из них были прославлены для общецерковного почитания в лике святых новомучеников и исповедников Российских. Среди них такие выдающиеся иерархи и деятели Русской Православной Церкви, как священномученики Евгений (Зернов), митрополит Горьковский († 1937), Иларион (Троицкий), архиепископ Верейский († 1929), Петр (Зверев), архиепископ Воронежский († 1929), Прокопий (Титов), архиепископ Одесский и Херсонский († 1937), Аркадий (Остальский), епископ Бежецкий († 1937), священноисповедник Афанасий (Сахаров), епископ Ковровский († 1962), мученик Иоанн Попов, профессор Московской духовной академии († 1938) и многие другие.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх