Помост

Вопросы веры

Женщины которые сделали аборт

До и после: Четыре истории женщин, которые сделали аборт

Тема абортов в одних обществах замалчивается, в других находится постоянно под прицелом СМИ, правительства, общественных движений. В некоторых странах на аборты и вовсе наложены не только общественные табу, но и законодательные запреты. Истории этих четырех женщин показывают, что законы учитывают во внимание не все факторы и не всегда выбор женщины должен зависеть от каких-то предписаний свыше.

Эрин, 30 лет, успешная руководитель отдела продаж, мать и жена

Но 10 лет назад она была напуганной студенткой колледжа, которую изнасиловали на вечеринке и которая после этого забеременела. Годы спустя Эрин все также тяжело говорить об изнасиловании, а мысли об аборте приходят к ней каждый день.

Изнасилование

Мы собрались у кого-то дома, пять девушек и шесть-семь парней. Кое-кого из ребят мы все знали хорошо, но некоторых парней мы видели впервые. Один из них был рестлером. Мы с ним болтали и нам было весело вместе. Я помню, что выпила одну порцию ром-колы и все — остаток вечера был как в тумане. Мы пошли с этим парнем в бар, причем я даже умудрилась вести машину в таком состоянии, что уже само по себе ужасно. Потом у меня провал в памяти, а следующее, что я помню, это то, как я упала с крыши гаража, поломав при этом нос и ребра. Мне удалось вспомнить, что я почему-то была на этой крыше, передо мной было лицо этого парня, а потом я лежу на земле. Я не помнила, как и почему упала. Я выпила одну порцию спиртного и практически «вырубилась». Подруга, которая нашла меня, сказала, что я была без штанов, а моя блузка была порвана. На руках и ногах были синяки, но я не уверена, бил ли он меня, либо они были результатом ушибов при падении. Моя подруга была медсестрой и она отвела меня в больницу и, так как мы не знали, что произошло, я проверилась у гинеколога. Врач подтвердил, что я была изнасилована. Я отказывалась думать даже об этом. Мне было достаточно травм от падения с крыши. И мысль о том, что тот парень мне что-то подсыпал в напиток и что я даже не помню, была ли я согласна на секс, — эта мысль казалась мне невыносимой.

Беременность

В тот период я ни с кем не встречалась и ни с кем у меня секса не было, месячные у меня всегда были как часы и вот, когда они не пришли во время, вся моя жизнь остановилась. Я купила тест. И он показал, что я не беременна. Я подумала: «Слава тебе, Господи!» Но вот проходит еще несколько дней, а месячных все нет. Тогда я купила еще один тест. На этот раз результат был позитивным. Я сразу же записалась к гинекологу, он поставил меня перед выбором: родить, родить и отказаться от ребенка или прервать беременность. Мне дали несколько дней на раздумья. Я думала так: этот ребенок — результат изнасилования, как можно видеть ребенка каждый день и переживать это снова? Я понимала, что ребенок не виноват, что это 15-минутное удовольствие того парня, после которого моя жизнь перестала быть моей. Я не представляла, смогу ли я выносить, родить и отдать куда-то моего ребенка. Содержать же сама я его не могла, на мне были долги за учебу. В общем, я перезвонила в клинику через три дня и дала им ответ.

Аборт

Когда я пришла в клинику, там было много женщин. Это был очень важный момент, я поняла, что не я одна прохожу через это испытание, что я справлюсь. Знаете, в один момент я как будто повзрослела лет на десять. Через неделю я пришла на аборт. Это было ужасно. Мне сделали местную анестезию. Мне сказали, что я не буду ничего чувствовать, но я чувствовала все. Одна из медсестер держала меня за руку, но я плакала все 20 минут, пока длилась операция. Они показались мне вечностью. Я не могла поверить, что это происходит со мной. Потом я сидела в палате со другими женщинами. Врачи сказали, что будет кровотечение, что это как после родов… только без ребенка.

Жизнь после

Я вышла из больницы, на парковке меня ждала подруга. Мы стояли с ней долго обнявшись. Через неделю я пришла на контроль, все было в порядке. В порядке, но только не с моей душой. У меня было ощущение, что жизнь закончилась, что мне надо как-то начать все с начала. Я бросила колледж, приехала домой, стала работать, потом снова вернулась к учебе. Я получила диплом на три года позже, чем если бы этого случая не было в моей жизни, но мне надо было побыть дома. Я говорю «случай», а не «изнасилование», потому что до сих пор не могу принять этой мысли. А с тем парнем я поговорила всего раз, сразу после операции, сказала, что беременна, он мне не поверил, обозвал шлюхой. Но я сказала, чтобы он не смел так говорить, что я вообще могла написать на него заявление и разрушить его жизнь, как он разрушил мою. Я сказала, что ничего этого не сделаю. Сказала, что только что я сделала аборт, что никогда не думала, что мне придется пройти через это и что это его вина. И повесила трубку. Я даже теперь каждый день возвращаюсь к мысли о той ночи и об аборте. Я никогда не сожалела, что сделала его, но иногда я вижу 9-10-летнего ребенка и думаю: «А что, если бы тогда…» Когда я узнала, что жду ребенка от моего мужа, я восприняла это как второй шанс. Но это совсем другое дело: делить радость родительства с человеком, которого любишь. Я живу рядом с Центром планирования семьи, там частенько бывали анти-абортисты. Почти все они — пожилые мужчины. Мне хотелось орать им: «У вас нет матки, поэтому вы не смеете никого осуждать!» Я не могу себе представить, что бы случилось, если бы у меня не было тогда возможности принимать собственные решения по поводу моего собственного тела.

Бриттани, 28 лет, работает в сфере маркетинга и коммуникаций

Сделала два аборта, один — когда ей не было еще 20-ти, второй — несколькими годами позже. В первый раз она забеременела, потому что полагалась на метод прерванного полового акта, а во второй раз не сработала противозачаточная таблетка. Бриттани живет в Калифорнии, работает в сфере маркетинга и коммуникаций. Она говорит, что оба раза была абсолютно уверена в правильности своего выбора. И оба раза ее основным ощущением было облегчение, а не сожаление и горечь, как это традиционно представляется в нашей культуре.

Право выбора

Я росла в религиозной семье, но не вписывалась в ее правила. Когда я была подростком, мне даже не с кем было толком поговорить о контрацепции. И вот, я была в колледже, мне было 19, у меня был парень и… прерванный половой акт. Я абсолютно не была готова стать матерью, тем более я не хотела отказываться от ребенка в роддоме, поэтому я решилась на аборт. Срок был около пяти недель. Я сразу позвонила в Центр планирования семьи в Нэшвилле.

Меня привезла подруга, потому что мой парень должен был присутствовать на каком-то семейном торжестве. Я отчасти сердилась и отчасти понимала его, потому что мы решили держать все в секрете от наших семей. В клинике все были очень вежливыми. Мне сделали медикаментозный аборт. Я выпила таблетку. Потом мне дали на дом другую таблетку и прописали болеутоляющее. Я поехала домой к подруге. Ощущения были как при очень болезненных месячных, я думала крови будет больше. Из меня вышли пару сгустков. Я нервничала, мне было больно, но мне не было плохо. Я думала, что меня захлестнут эмоции, но я испытала только облегчение. После этого случая я стала принимать противозачаточные таблетки. Я не пропустила ни одной и все-таки забеременела. У меня были очень регулярные месячные, поэтому я сразу узнала, что беременна — снова на сроке пяти недель. У меня даже ощущение дежа-вю было. В общем, я сразу решила делать аборт, потому что я все еще была в колледже, все также не могла ни содержать ребенка, ни подумать о том, чтобы отдать его в усыновление. И потом, в первый раз все прошло так безопасно. Итак, я снова прошла ту же процедуру и, честно говоря, особых воспоминаний о ней не осталось. Я не хочу сказать этим, что я не переживала, потому что это не так. Но это и не было вселенской драмой, наложившей отпечаток на всю мою жизнь. Меня привез в ту же клинику мой парень, тот самый, с которым мы «попались» в прошлый раз, и тот самый, который стал моим мужем. Потом мы поехали домой. И снова ощущения были как при болезненных месячных.

Я не считаю, что анти-абортисты правы, утверждая, что аборт используется только безответственными женщинами в качестве регулятора рождаемости. Я приведу нелепый пример: я люблю конфеты, я регулярно чищу зубы, но кариес все равно может появиться. Я же не говорю: «О, это моя вина! Надо прекратить есть сладкое, а к дантисту идти не надо». Я понимаю, что если бы не сделала два аборта, у меня было бы двое детей и я любила бы их. Аборт — это выбор. Он не для всех, но он был правильным для меня. Сейчас мы с мужем имеем более стабильную финансовую ситуацию, но я все равно буду рассматривать возможность аборта, если сейчас забеременею. Я понимаю, что мне повезло, что у меня был выбор, друзья и парень, которые поддержали в трудную минуту. В какой-то момент я подумала, что раз я чувствую облегчение — то я плохая, но сейчас я совсем так не думаю.

Доктор Джули Биндеман, 38 лет, мама и психолог

Джули активно выступает за репродуктивные права женщин, в том числе она борется против запрета на аборты на 20-неделе. После того как сама сделала два аборта на втором триместре.

Идеальное начало неидеальной истории

Почти девять лет назад у нас с мужем появился наш первый ребенок. Нам казалось, что все складывается идеально для того, чтобы подарить этому миру еще детей. Так что после того, как нашему сыну исполнилось два года, я забеременела вновь. Но у меня случился выкидыш. Позже я забеременела еще раз, протекание беременности было тяжелым, мне приписали больничный режим. Когда наступил второй триместр, мы вздохнули с облегчением: да, нам удалось это, мы справились!

На УЗИ нам сказали, что мы ждем мальчика. Помню, что я была немного разочарована, ведь у нас уже был сын, и мне так хотелось дочку. Мы уже сидели с мужем и выбирали имена, когда зашла мой врач, она сказала одну фразу: «Мне так жаль». Я смотрела на нее, не понимая, что происходит. Ультразвук показал, что у нашего сына проблемы с мозгом. Врач сказала, что мне нужно сдать еще анализы в тот же день. Я разрыдалась. Мы встретились с генетиком, оказалось, что у нашего ребенка гидроцефалия, которую иногда называют еще водянкой. Мы назначили встречи с детскими нейрохирургами, записались на МРТ. Все выходные (а это был День благодарения) мы с мужем провели в обсуждении — будем ли мы прерывать беременность или нет. Мы решили, что главным критерием в принятии решения будет то, насколько качественной сможет быть жизнь нашего ребенка. Если у него будут возможности для взаимодействия с окружающим миром, пусть и ограниченные, — мы продолжим беременность. Плюс у моей сводной сестры гидроцефалия, так что мы понимали, с чем будем иметь дело. О другом исходе мы старались не думать. Мы сделали МРТ, все специалисты описали нам один сценарий: наш сын никогда не сможет ходить, он никогда не заговорит, он даже не сможет сам жевать — просто оболочка. Мы решили сделать аборт. Было много слез, но мы понимали, что другой сценарий — не для нас.

После Дня благодарения врачи провели еще одно обследование. Мне дали препарат, вызывающий аборт. Сказали, что на всю процедуру уйдет где-то день. Я попросила обезболивающие. Его побочным действием стала диарея. В полночь я спросила своего мужа: «Чем это здесь так пахнет?». А он мне ответил: «Да, это ты». Но я не ощущала своего тела ниже талии, я даже не могла прибрать за собой. Это было унизительно. После пересменки ко мне пришла другая медсестра, было очевидно, что она абсолютно не согласна с моим выбором. Она ничего не говорила мне прямо, но по ее отношению все было понятно. В четыре утра ко мне пришел доктор — я начала рожать. Мне предложили подержать ребенка на руках. Но мы с мужем договорились заранее, что мы не будем брать ребенка на руки, не будем придумывать ему имя. Я помню, как отвернулась и зарыдала, а мой муж держал меня за руку.

Так как плацента не вышла, доктор сказал, что мне придется еще какое-то время полежать. Я не знаю, слышала ли об этом медсестра или она сделала это специально, но она прервала подачу анестезии. Я чувствовала дикую боль, звала медсестер, но только через полчаса ко мне наконец подошли. Помню, когда я очнулась, то спросила: «Он умер?». Медсестра сказала, что ребенок дышал один час, а затем умер. Он не был сам, кто-то держал его на руках. Одна из медсестер сказала мне: «Может, мне не стоит этого говорить, но я хочу, чтобы вы знали, у вас был очень красивый ребенок». Как мне нужно было реагировать? «Спасибо» сказать? Не знаю, хотела ли она проявить ко мне какое-то сочувствие или что, но прозвучало это ужасно жестоко.

Прийти в себя было очень сложно, но мы знали с мужем, что все еще хотим детей. Спустя несколько месяцев, после того, как я оправилась эмоционально, мы снова начали попытки. Эта беременность стала очень тяжелой. Я была постоянно под наблюдением, боялась, что случится выкидыш или мне придется делать аборт. На 15-й неделе сканирование не выявило никаких аномалий. Но спустя две недели врачи обнаружили, что желудочки мозга увеличены. Все повторилось. Мы опять приняли решение об аборте. Тот уход, который я получила в этот раз, сильно отличался от предыдущего опыта. Доктор поддержал меня в моем решении, сказав, что в наших действиях есть смысл.

Позднее мы с мужем сделали несколько анализов на совместимость, оказалось, что рецессивный ген является причиной наших проблем. И есть один шанс из четырех, что все опять может повториться. Меня это испугало, но мой муж оптимист, для него это прозвучало как 75% удачи. Я забеременела вновь, на 18-й неделе мы сделали сканирование. Снимки разительно отличались от того, что мы видели раньше. Мы смотрели на них и понимали, что мозг нашей девочки прекрасно развивается. После у нас родился еще один здоровый сын. Я не сожалею о выборе, который мы приняли. Нет одинаково универсальных решений для всех, но мы сделали правильный выбор для себя.

Дженнифер, 34 года, мама

Когда ее первому ребенку было четыре месяца, Дженнифер узнала, что снова беременна. Решение об аборте было принято сразу — она посчитала, что в условиях финансовой нестабильности в семье это единственно правильный выбор.

Неожиданное известие

Моей дочери было четыре месяца, когда мы узнали, что ждем еще одного ребенка, хотя мы все делали правильно в плане контрацепции. Это одна из тех «о, черт» ситуаций. В день, когда я сделала тест на беременность, я сразу же назначила время для аборта. Мы с мужем переживали кое-какие финансовые трудности. Мы только-только купили дом, плюс у моего мужа есть двое детей от предыдущего брака. Мы — среднестатистическая по уровню дохода семья. Каждый месяц кладем деньги на кредитную карту. В принципе сводим концы с концами, но еще один рот в семье мы бы не потянули. Сейчас мы оба работаем, а в случае рождения ребенка, мне бы пришлось уйти с работы — наша жизнь превратилась бы в сплошную борьбу. Я ничего не сказала мужу о своем решении. Я знала, что он не поддержит его.

Я обратилась в клинику, находящуюся в 15 минутах от моего дома. Я приехала туда сама, сказала семье, что мне нужно провести осмотр у врача, так как во время первой беременности у меня были кое-какие проблемы. Моя сестра осталась с дочерью. У меня были назначены две встречи: одна для подтверждения моего решения, вторая — для его исполнения. Это случилось в субботу утром. В приемной я однозначно была самой старшей. Я была шокирована, увидев, сколько юных девочек ждали очереди со своими родителями или парнями. И вот она я — 34-летняя замужняя женщина и мать. Та комната была переполнена эмоциями, это очевидно, но вот я не чувствовала ничего. Все, о чем я думала, это то, что дома меня ждет дочь и что я делаю это для нее.

Больше всего я переживала, что процедура займет много времени, но все прошло быстро и гладко. Медсестра была замечательной, она говорила со мной о моей дочери. Доктор объяснил мне, что он планирует делать и как я буду чувствовать себя после. Я заранее прочитала все что только можно об аборте, я очень боялась боли. Но я едва ее почувствовала. Может, в сравнении с естественными родами, а именно таким путем появилась на свет моя дочь, боль при аборте — это ничто? После процедуры мне измерили давление, проверили мое самочувствие, и я поехала домой. На весь процесс ушел приблизительно час.

Когда я вернулась домой, я пообедала с сестрой, поиграла с дочкой, провела время с мужем. Осознание от совершенного пришло неделю спустя. Я не могу объяснить точно, что случилось, но мы поссорились с одним из старших детей. Мне кажется, он не ожидал такой реакции от меня. Я разрыдалась. Я была раздавлена. Я не жалею о своем решении. Может, я жалею о его поспешном принятии? Не знаю. Я думаю о том ребенке каждый день, думаю о том, как все могло бы измениться. Я посадила дерево в своем саду — плакучую вишню — в память о своем не рожденном ребенке, чтобы помнить. Всегда. Но в то же самое время, я чувствую, что я должна была принять такое решение.

Жизнь«Я вышла
в уверенности, что поступила правильно»: Женщины о решении сделать аборт

У меня было два аборта. Парадоксально, но в шестнадцать лет врачи поставили мне синдром поликистозных яичников и сказали, что шансы забеременеть минимальны. Впрочем, завести детей никогда не было моей целью.

Однажды — мне было двадцать — презерватив порвался. По совету подруг я приняла средство экстренной контрацепции, хотя была уверена, что бесплодна. Даже месяц спустя, заметив тошноту и беспричинное раздражение, долгое время не связывала это с беременностью. Подруга предложила сделать тест, когда меня вырвало после завтрака.

Я была растеряна, но понимала, что не готова оставить ребёнка — мы с партнёром оба были студентами. Узнав о беременности, он неделю меня игнорировал. Я решила сделать аборт, после чего он начал донимать меня звонками, просил «не убивать его ребёнка». При этом ни конкретных предложений, ни помощи я от него не получила — очевидно, он просто беспокоился о своём генетическом наборе.

Я обратилась в частную клинику, где сделала медикаментозный аборт. Приняв таблетку, ощутила тянущую боль в пояснице — не сильнее, чем при менструации. Когда наступил апогей боли, из меня вышел кусок слизи. На этом всё и закончилось.

Спустя два года я встретила будущего мужа. Через месяц после свадьбы опять забеременела, хотя использовала спираль — в какой-то момент она сместилась. Мы уже вели разговоры о ребёнке, поэтому и решили оставить беременность.

Я выбрала платные роды, но всё прошло ужасно. Я была на сорок второй неделе беременности, но схватки никак не начинались. Врачи гордились, что в их клинике все рожают «сами», и пошли на кесарево сечение, только когда у ребёнка начал падать сердечный ритм. Мне было двадцать четыре года — врачи упрекали, что в таком возрасте я не смогла разродиться, обвиняли в состоянии ребёнка: через двадцать пять минут после родов дочь перестала дышать самостоятельно. Ещё не обследовав ребёнка, врачи заявили, что случай тяжёлый и неизвестно, «будет ли у ребёнка всё в порядке с головой». Педиатр и невролог, у которых мы потом обследовались, не могли понять, почему акушеры так затянули роды — очевидно, что кесарево сечение надо было делать намного раньше. Но врачей не смутило ни моё состояние, ни жуткая боль, ни то, что я потеряла сознание.

Всё это вылилось в послеродовую депрессию. Но буквально через четыре месяца после родов я вновь забеременела — я использовала оральную контрацепцию, но, вероятно, пропустила одну или несколько таблеток на фоне переживаний. Узнав о новой беременности, я впала в ужас. Сейчас у дочки нет проблем со здоровьем, но тогда я была уверена, что она тяжело больна. К тому же, пережив тяжелые роды, я не была готова пойти на это второй раз.

У меня уже не было возможности обратиться в частную клинику, а в государственной пришлось побороться за право на аборт. Врачи тянули время: сначала «потеряли» мои анализы, затем нашли кандиду — когда я пересдала анализ в платной клинике, никакого грибка не обнаружилось. За это время у меня начал расходиться шов, но это совсем не смутило врача. Она попыталась убедить, что роды после кесарева безопаснее аборта. На УЗИ я специально не смотрела на экран, но врач упорно повторяла: «Не хочешь смотреть, потому что понимаешь, что совершаешь».

Профессионально повёл себя только хирург, сделавший аборт: отлично провёл операцию, дал грамотные рекомендации и не выказал ни малейшего осуждения. Из больницы я вышла в абсолютной уверенности, что поступила правильно. У меня уже есть ребёнок, которого я люблю. На второго я не была готова, ещё и ценой здоровья.

Жизнь с мужем не сложилась. Устав от безденежья и его пьянства, я ушла от него, когда ребёнку было три года. Думаю, что с двумя детьми я бы этого не сделала: я бы просто не могла бы их прокормить. Сейчас, чтобы воспитать дочь и снять жильё, я совмещаю несколько работ. Алиментов от бывшего мужа не получаю — он прямым текстом сказал, что не будет этого делать. Пытаться их взыскать в судебном порядке тоже бессмысленно: всё его имущество записано на маму, за границу он и так не выезжает.

После второго аборта и развода я пересмотрела и круг общения. Многие подруги начали проявлять непрошеную жалость, спрашивать, не снится ли мне по ночам этот ребёнок и как я смогла на это решиться. Другие советовали сходить в церковь, хотя я не верующая.

Раньше подобные истории меня удивляли, ведь врачи не могут отказать в процедуре аборта. На деле я далеко не единственная, моя соседка по палате пережила то же самое.

Аборт. Последствия аборта для дальнейшей Судьбы женщины, её Рода и детей

На тему абортов написано очень много. Сколько людей, столько мнений. С одной стороны, по мнению многих людей, аборт — это весьма хорошая медицинская услуга для тех, чья беременность оказалась «случайной и не запланированной». Ведь в жизни бывают разные ситуации. И, конечно же, для многих женщин аборт видится как бы единственным правильным выходом из создавшейся сложной ситуации.

С другой стороны, религиозной, аборт — грех, который приравнивается к греху убийства, т.е. к семи смертным грехам.

Много копий сломано на этой теме. Расскажу вам лишь о тех последствиях, которые ожидают женщину, отказавшуюся от «присланного свыше» в её жизнь ребёнка.

Конечно же, есть медицинские предпосылки и причины абортов. Например, женщина, по состоянию здоровья, имеет риски смертельного исхода при возникновении беременности, вынашивании или родоразрешения. Это отдельная тема.

Чаще всего к аборту прибегают женщины, чья беременность наступила «случайно и не запланировано».

На тонком плане, если посмотреть, в поле женщины как бы «впаивается» информация о том, что она совершает противоправные действия против собственного дитя и своего рода. Эта информация остаётся на протяжении 7-и лет. И не важно, раскаивается ли женщина в содеянном или нет, 7 лет — тот срок, который женщина оплачивает из своих собственных жизненных сил, событий и энергетических резервов вследствие своего совершенного действия.

Что же происходит в жизни женщины?

Первое, чего она лишается, это достаточного количества предоставляемых её жизнью и судьбой возможностей, которые быстрее привели бы её к успеху, к её целям и мечтам. Удача, которая могла бы сопутствовать ей в полном объёме, значительно сокращает своё присутствие в жизни женщины. Везение закрывает двери в большинстве случаев. Внешне это выглядит как: «вот вроде бы обо всё уже договорились, всё обсудили, а сделка срывается…»; колесо у машины прокололось в неподходящий момент; партнёры по бизнесу подводят; на самолёт или поезд опоздала; на работу, о которой мечталось — не взяли; парень, который очень нравился, ушёл к другой девушке» и т.д.

Другими словами, те жизненные возможности, которые были запланированы Высшими Силами и самой женщиной перед приходом в это воплощение, для помощи и поддержки, заметно уменьшаются на ближайшие 7 лет.

Если это был единственный ребёнок, который должен был «прийти» к женщине в этом воплощении, то что бы потом она не делала, для того чтобы забеременеть, ничего не помогает. Не спасает даже ЭКО. Женщина так и остаётся бездетной. Причём, в этом случае, даже если женщина усыновляет чужого ребёнка, Род её не помогает ни усыновлённому ребёнку, ни этой женщине. Ребёнок так и остаётся для Рода «чужаком».

Самое страшное для Рода — это отказ женщины (аборт) от вновь приходящего члена родовой ветви, который должен привнести что-то своё, какую-то индивидуальную необходимую функцию в составе системы родовой ветви и всего Родового Дерева. Если посмотреть на тонком плане, то «не принятые» (не воплощённые) таким образом души детей, как гири висят на родовых ветвях, утяжеляя их под весом своих энергий.

Закрытие родовой ветви

Этот факт может быть одной из причин закрытия родовой ветви. Т.е, если несколько предыдущих поколений женщин «активно» отказывались от детей (делали аборты или специально провоцировали выкидыши на ранних сроках беременности), то на одном из членов Рода (это может быть как женщина, так и мужчина), родовая ветвь завершает своё существование. Род принимает решение о нецелесообразности наличия этой родовой ветви в своей системе и закрывает её таким образом.

Каждая женщина, как в прочем и мужчина, так или иначе, несёт ответственность за «грехи» своих предков по родовой ветви. Бывает так (не всегда), что у членов Рода (на которых род закрывает функционирование данной родовой ветви), медики не могут обнаружить никаких противопоказаний для наступления беременности (или оплодотворения) женщины. Или эти противопоказания достаточно не значительны. Но, несмотря ни на какие лечебные медицинские процедуры и манипуляции, беременность так и не случается. Или, изначально, имеются такие проблемы медицинского характера, которые блокируют возможность последних членов Рода стать родителями и продолжить эту родовую ветвь.

Всё должно быть оплачено.

Сделав аборт, женщина даёт неосознанное согласие на то, что на 7 лет жизнь и судьба при каждом возможном случае будут ей «вставлять палки в колёса». Таков закон. Всё должно быть оплачено. Женщина своей собственной удачей и возможностями ровно 7 лет оплачивает отказ от продолжения родовой ветви именно этим, присылаемым в нужное время, в нужном месте, от нужного мужчины потомком.

Как отражается аборт на жизни других детей женщины

Если же потом, после аборта, женщина беременеет и рожает ребёночка, тяготы и испытания того ребёнка, который не был воплощён, «переходят» в жизнь к вновь воплотившемуся. Если деток после аборта рождается несколько, эти жизненные испытания распределяются между всеми. Задачи совершенствования и развития Духа и Души Рода никто не отменяет. А их решают именно воплотившиеся челны родовой ветви.

Это как, если автомобиль двигается по трассе с перегрузом. Он, конечно, едет. Но и бензина требуется больше; и усилий, и концентрации внимания водителя; и износ деталей автомобиля происходит быстрее; и скорость ниже, чем могла бы быть… Так и те дети, которые «тянут» на себе не только свои задачи, но и тех детей, которых не родила (сделала аборт или специальный выкидыш) их мама, бабушка и прабабушка… Всё зависит от конкретной семьи и конкретного случая.

Также любой женщине, у которой случается не запланированная беременность, в любой, даже самой сложной жизненной ситуации, перед принятием ответственного решения, нужно знать следующее:

  1. Ребёнок «даётся» женщине всегда вовремя.
  2. Отец ребёнка всегда — тот самый мужчина, который должен поставить перед ребёнком со своей стороны те жизненные задачи, которые необходимы для совершенствования и развития его Духа и Души.
  3. Если Высшие Силы, Род, Господь и т.д. «прислали» ребёнка воплотиться, значит, для него всегда выделяется доля материальных средств и группа помощников. Даже если женщина в настоящий момент времени не видит никаких возможностей родить ребёнка, то впоследствии самым фантастическим, не постижимым, странным и т д. способом, у неё находятся помощники, которые помогут или предоставят какие-либо возможности вырастить и воспитать этого ребёнка.

Помощь вместо аборта. Как отговорить женщину, если она уже всё решила?

Дети часто появляются «не вовремя». Но это всегда счастье. Правда, осознание столь простой истины обычно приходит потом.

Зачастую, только узнав о нежеланной беременности, женщина оказывается перед трудным выбором: сохранить ребёнка или прервать едва зародившуюся жизнь.

Запреты абортов бесполезны

Их истории во многом похожи: «Мама против ребёнка, потому что самой надо встать на ноги, окончить институт», «Зачем плодить нищету, самим жить негде», «Парень бросил, я одна не справлюсь», «Муж и родные настаивают на аборте»…

Сейчас в России за год делается 576 тыс. абортов, из них 290 тыс. (почти половина!) – по желанию женщин, потому что они не планировали рождение детей. Однако нередко потенциальной маме нужна всего лишь психологическая поддержка, чтобы изменить решение.

«Работа с такими женщинами, выявление причин, по­служивших принятию решения о прерывании беременности, – ещё один резерв для повышения рождаемости», – уверена вице-премьер Татьяна Голикова.

Но как отговорить от ошибочного шага женщину, которая «уже всё решила»? Работа эта очень тонкая, и прямые зап­реты абортов, как и призывы рожать больше детей, бесполезны. От психологов, сотрудников женских консультаций и роддомов требуется не только знание медицинских последствий абортов – тут нужно искреннее желание помочь: выяснить причину, рассказать о существующих мерах помощи мамам, оказавшимся в трудной ситуации.

Доабортные консультации стали появляться в стране с 2007 года. С тех пор получить направление на прерывание беременности можно только после общения с психологом. По данным Минздрава, в 2018 году удалось отговорить от операции 15% женщин, в итоге на свет появилось 40 тыс. малышей.

Цифра впечатляющая. И премьер-министр Дмитрий Медведев поддержал идею стимулирующих доплат медицинским психологам, врачам женских консультаций и роддомов, которые оказывают психологическую помощь беременным женщинам, и поручил Мин­здраву разработать соответствующие предложения.

«Я не потяну ребёнка»

Даже одна спасённая жизнь ребёнка бесценна и стоит любых усилий. А таких счастливых историй у психологов центров помощи беременным женщинам немало. Вот одна из них.

На консультацию в кабинет доабортного консультирования пришла 34-летняя женщина. И чуть ли не с порога категорично заявила: «Я – взрослая, я всё решила. Сделаю аборт, и никакие разговоры ничего не изменят». Срок беременности – 9 недель. Не замужем, одна воспитывает дочь 13 лет, с отцом ребёнка отношений не поддерживает, да он и не стремится к этому. Работает продавцом и снимает комнату в общежитии. Видно было, что беседу с психологом она воспринимает как неизбежную, но лишнюю процедуру. На лице – выражение человека, вынужденного терпеть: «Ну что ещё вы мне можете сказать? Мне никто не помогает. Я одна воспитываю дочь. У нас нет жилья. Приходится много работать, чтобы нас содержать. Я не потяну одна второго ребёнка».

Узнав, что решение всё равно останется за ней, женщина наконец села на стул. Но психолога почти не слушала, не проявляла никакого интереса к разговору. Как сейчас может выглядеть её малыш, а знает ли она, что с 21-го дня начинает биться сердце, каковы медицинские и психологические последствия аборта, что молодым мамам, родившим второго ребёнка, полагаются дополнительные выплаты, да и вообще как могут измениться отношения в семье с появлением второго ребёнка, когда у дочери появится брат или сестрёнка – самый близкий после мамы человечек. Видно было, что все эти аргументы её нисколько не цепляют, ей хочется поскорее всё прекратить и забыть. Принять свою беременность она отказалась и ушла с твёрдым решением сделать аборт.

Когда психолог позвонила ей спустя время, в трубке звучал радостный голос счастливой мамы: «Мой сынуля – самый любимый». Оказалось, что на аборт она действительно собралась. Но… не успела. Работая в две смены, пропустила сроки, врачи отказались прерывать беременность. Мальчик родился раньше срока, были проблемы со здоровьем. Но через несколько месяцев по­правился, и ребёнка выписали домой. Женщина уехала с деть­ми к маме, которая ей помогает вместе со старшей дочерью. Эту историю в психологической консультации теперь рассказывают женщинам, которые всё решили…

Незапланированная беременность – это вовсе не крест или наказание. И многие из тех, кто поначалу хотел сделать аборт, потом признавались, что именно рождение ребёнка было самым счастливым моментом в жизни. А упущенная карьера или незаработанные деньги – это всё ерунда.

Чудеса бывают

А вот ещё один типичный разговор с психологом.

– Я беременна, 7–8 недель. Хочу сделать аборт.

Девушка молодая, заметно, как сильно она нервничает.

– Кто посоветовал тебе сделать аборт?

– Мой парень. И я так считаю.

– Вы женаты?

– Нет, но живём вместе иногда.

– Твои родители знают, что с тобой происходит?

– Нет. Мама живёт в другом городе. У неё маленький сын и своя жизнь. Мы с ней общаемся редко. Я живу с дедом в его доме. Он мне как-то сказал, что, если принесу ребёнка, выгонит обоих.

– А парень твой, когда узнал о беременности, что сказал?

– Сказал, что ребёнок ему не нужен и что жениться он пока не собирается.

– То есть жить с тобой он согласен, а отвечать за свои поступки – нет?

– Похоже, так. Да и нельзя мне эту беременность сохранять, я полтора года назад попала в аварию. Рука до сих пор не восстановилась. И голова часто болит.

Рука действительно была неестественно изогнута. Девушка теребила волосы, расправляла складки на одежде… И как будто ждала, что ей подскажут, что делать. Дальше был обычный разговор о строении репродуктивной системы, вреде абортов, о том, что она уже взрослая и может принимать серьёзные, ответственные решения. Разговаривать с собст­венной мамой и родителями парня она категорически отказалась. Но насчёт аборта всё ещё сомневалась. Согласилась снова прийти через неделю.

Акушер-гинеколог уточнила срок – 11 недель, беременность нормальная. И снова рассказала пациентке о всех злоключениях, которые могут настигнуть её после прерывания. А ведь можно просто выносить ребёнка и, если негде жить, отдать на время в Дом малютки. Она внимательно слушала психолога и врача, а потом отрезала: «Нет, я всё-таки аборт сделаю». Забрала документы и вышла.

Через три дня снова появилась на пороге кабинета психолога: «А мне аборт не сделали. Сказали, что поздно. Я встала на учёт». Оказалось, что дедушка, как ни странно, первым принял её выбор. Решили жить на две пенсии – деда и её, которую назначили по причине инвалидности 2-й группы, наступившей из-за аварии. Мама долго ругалась, но тоже смирилась. Парень решил подумать.

Через месяц она снова пришла в женскую консультацию – никаких страхов, сомнений в правильности решения уже не было. Будущая мамочка была приветлива и спокойна, ждала появления малыша. Чудеса бывают?

Мнение эксперта

Руководитель Благотворительной программы помощи кризисным беременным женщинам «Спаси жизнь» Екатерина Маркова, мама пятерых детей:

– Психологическое консультирование беременных женщин в состоянии кризиса – лишь один из важных этапов помощи. В ситуации репродуктивного выбора они ост­ро нуждаются в под­держке. И ищут её, порой даже не вполне осознавая это!

Мы не уговариваем рожать, не навязываем выбор. В любом случае решение принимает женщина. Мы просто помогаем ей решить её психологические проблемы и поддерживаем различными способами.

Кому-то нужна консультация юриста, кому-то – помощь с жильём, вещами. Мы сопровождаем мамочек и после родов, помогаем им встать на ноги. Если женщину выгоняют из дома родители или муж, мы готовы дать ей приют. Она может жить там столько, сколько необходимо до решения её проблемы.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх