Помост

Вопросы веры

Знаменитые сестры милосердия

Природой в женщине заложено стремление помогать больным, раненым, калекам, старикам. Лечебным делом в древней Руси занимались знахарки, ведуньи, повитухи. В X веке княжна Ольга открыла больницу. С течением времени медицинское дело развивалось: стали открываться хирургические школы, курсы фельдшеров, родильные дома и госпитали.

Представительницам прекрасного пола не всегда было позволено помогать раненым при боевых действиях: долгое время считалось «вольнодумством» их присутствие на передовой. Со временем в крупных городах были созданы «вдовьи дома», в которых обучали основам военной медицины для помощи раненым. Великая княгиня Елена Павловна вместе с врачом Н. И. Пироговым добилась, чтобы сестринское дело в России стало массовым.

Кто такие сестры милосердия

Это женщины, добровольно и осознанно посвятившие себя заботе о больных, раненых, умирающих, инвалидах. Помощь свою они ведут безвозмездно, с открытым сердцем и широкой душой.

История создания организации

Сестринский уход существовал всегда, задолго до создания первых общин медсестер. Еще в древнем Риме ранние христиане ходили по домам бедняков и оказывали им первую медицинскую помощь, учили элементарным приемам личной гигиены и прочему. В 1633 году в Париже была основана конгрегация «Дочерей милосердия». Эта религиозная община посвящала себя исключительно уходу за страждущими.

Организация женщин, помогающих раненым в военных условиях, на западе была основана англичанкой Флоренс Найтингейл.

Несмотря на всеобщее осуждение своей деятельности, Флоренс изучала организацию работы больниц и лечебных учреждений, проходила курсы первой помощи. Во время войны мисс Найтингейл отправилась с небольшой группой девушек на фронт. На свои личные средства она организовала полевой госпиталь, где оказывала вместе с последовательницами помощь пострадавшим в бою. Когда благодаря отважной медсестре смертность среди солдат снизилась, мнение общественности о ней изменилось, и на родину женщина вернулась героем.

Появление и распространение в России

На Руси с древности при монастырях существовали больницы, уход в которых за больными осуществлялся женщинами. Затем в обществе сложились стереотипы о том, что это неприемлемое дело для женщин, и до середины XIX века в госпиталях и больницах работали только мужчины. Медбратья помогали врачам, ухаживали за больными. В 1844 году в Петербурге открыла двери Свято-Троицкая община.

В общину принимали женщин от 20 до 40 лет, которые обязаны были придерживаться установленных здесь правил и иметь следующие качества:

  • набожность;
  • милосердие;
  • опрятность;
  • целомудрие;
  • доброта;
  • терпение;
  • скромность.

После революции 1917 года общину закрыли, но все лечебные учреждения остались работать. Сейчас мы знаем эту организацию как Российский НИИ гематологии и трансфузиологии.

Деятельность сестер

При Свято-Троицкой общине был открыт приют для беспризорных девочек и больница для умирающих. Здесь также заботились о бедных, утешали скорбящих, приводили на путь истины порочных и падших людей.

Основная работа женщин заключалась в уходе за больными. Сестры работали как в стационарах, так и заботились о страждущих на дому. Помогали врачам на амбулаторных приемах. Со временем такая работа обогатила их бесценным опытом и настоящими медицинскими знаниями.

Обязательная работа женщин Свято-Троицкой общины:

  • суточные дежурства 1 раз в 4 дня;
  • работа в амбулатории;
  • аптечная работа.

Сестричество объединило множество женщин, которым мало жить лишь для себя и своих близких. Они желали помочь еще кому-то. Не каждая осилит столь тяжелую деятельность: здесь нужно быть сильной и физически, и морально.

Участие в войнах

Значительный подъем и развитие организация переживала во время войн. С началом Крымской войны в Петербурге князья Белосельские открыли солдатский госпиталь, в котором активно работали женщины Свято-Троицкой общины. В это время в больницах не хватало младшего медицинского персонала, поэтому работы для сестер было хоть отбавляй.

Во время Русско-Турецкой войны община сформировала 2 отряда, которые вместе с Красным крестом уехали в Бессарабию. Не жалея сил, дамы ухаживали за больными, ставя на ноги, казалось бы, безнадежных раненых.

После этой войны каждая из женщин получила медали и знаки отличия от государя и Красного креста.

Русско-Японская война заставила открыть при общине госпиталь в Петербурге, в который привозили пострадавших солдат. К 1914 году этот госпиталь стал специализироваться на раненых с челюстными травмами.

Крестовоздвиженская община

«… доколе сил моих станет, употреблять буду все мои попечения и труды на служение больным братьям моим».

Слова из клятвы крестовоздвиженских сестер

История создания

На протяжении всей своей жизни великая княгиня Елена Павловна очень помогала развитию медицины в России. Этому способствовала ее личная драма — сначала потеря дочерей, а затем и мужа. Княгиня не позволила трагедии сломить себя. Наоборот, активная деятельность и упорство помогли развиться повивальному институту, при котором Елена Павловна основала курсы акушерства, школу для деревенских повитух. Постоянно помня об умерших дочерях, Елена Павловна открыла детскую больницу и учредила курсы педиатров.

Сестры милосердия в России также появились благодаря княгине. Это учреждение организовано в 1854 году и стало первой официальной организацией по оказанию медицинской помощи в окопных условиях.

На создание подобной общины княгиню вдохновил гениальный Николай Иванович Пирогов. Со знаменитым хирургом Елена Павловна была знакома еще с Кавказской войны, где Пирогов применял свои новаторские идеи при лечении раненых.

Когда началась Крымская война, княгиня очень хотела помочь. Николай Иванович рассказал ей о вдовах, что помогают на фронте и как было бы прекрасно, если бы существовала подобная профессиональная организация. Конечно, Елена Павловна активно принялась за работу.

Сегодня благодаря письмам и воспоминаниям Н. И. Пирогова можно представить картину жизни и деятельности этих героических ангелов-хранителей. Например, он подробно рассказывает как женщины боролись с настоящей «лекарственной мафией»: поставщики медикаментов и аптекари мошенничали, лекарства не доходили до госпиталей. Сестры взяли дело в свои руки, избавившись от посредников, пресекли преступную деятельность военных авантюристов. В письмах он также отмечал, что дамы стали отличными администраторами, а это на войне даже важнее медицинской помощи.

Участницы организации

6 ноября 1854 года на фронт приехала группа медицинских помощниц в количестве всего лишь 30 человек. В 1855 их насчитывалось уже больше 250.

Вот имена лишь самых известных представительниц этого славного движения:

  • Бакунина Екатерина Михайловна;
  • Хитрова Екатерина Александровна;
  • Карцева Елизавета Петровна;
  • Травина Александра;
  • Будберг Екатерина;
  • Григорьева Марина и другие.

Женщины были совершенно разные между собой. Здесь бок о бок трудились образованные дамы и неграмотные прачки. Их объединяла любовь к человеческой жизни, сострадание к чужой боли и желание помочь.

На фото Бакунина Е.М.

Значение деятельности

Приехав на фронт, дамы вынуждены были с нуля создавать больницы, размещать раненых, организовывать передвижные перевязочные пункты. Они помогали врачам организованно проводить свою деятельность: распределяли медикаменты, инструменты, еду, помогали на хирургических операциях.

Вот некоторые дела сестер:

  • посменное дежурство в госпиталях;
  • ассистирование врачам на операциях;
  • обработка и перевязка ран;
  • мытье и кормления немощных.

Кроме обычных бытовых дел, девушки оказывали бесценную моральную поддержку. Иногда доброе слово возвращало к жизни сломленного, депрессивного солдата. Также только среди наших отважных мед. сестер было вполне обычным делом вытащить из-под непрекращающегося огня тяжелого раненого прямо на себе.

Кто такая Дарья Севастопольская

Лавры первой полевой медицинской сестры, как известно, достались Флоренс Найтингейл. Для истории, наверное, так и останется, но русский народ помнит самоотверженный подвиг русской героини Крымской войны. Когда англичанка только приехала на фронт, на российской стороне Даша уже давно помогала.

Биография

Даша Севастопольская на самом деле Дарья Лаврентьевна Михайлова. Родилась в бедной моряцкой семье. Жила тяжело, зарабатывала стиркой. Ее мать рано умерла. А когда Даше было 18, погиб и отец.

Девушка продала остатки имущества, закупила бинтов, уксуса, вина и на повозке поехала в сторону Альменского сражения.

Там она перевязывала раненых, дезинфицировала раны уксусом, успокаивала словом и улыбкой. После разгрома наших войск на Альме началась оборона Севастополя. Даша заняла заброшенный дом и устроила там госпиталь.

Государь был восхищен героизмом девушки, выписал ей 500 рублей и медаль «За усердие». Также он пообещал ей 1000 рублей после замужества. Дарья с гордостью ходила с этой медалью, продолжая выполнять свое дело. В 1855 году отважная Даша вышла замуж. Избранником девушки стал рядовой Хворостов Максим, молодые получили обещанные государем деньги.

Дарья не только оказывала помощь раненым. Переодевшись в военную форму, девушка участвовала в разведывательных вылазках.

После войны Крым остался в руинах. Большинство людей остались без крова и скитались по окрестностям в поисках лучшей жизни. Дарья с мужем перебрались в город Николаев, но долго их совместная жизнь не продлилась — алкоголизм Максима разрушил их брак.

Героиня вернулась в родные края в Севастополь и прожила там одна до своей смерти в 1910 году. Местные похоронили ее на своем кладбище, но место могилы не сохранилось до наших дней.

Участие в Крымской войне

Несчастная, одинокая сирота увидела в раненых свою новую семью. Она обо всех заботилась: кормила, поила, мыла, перевязывала. На своей худой лошади с поля боя Даша вывезла множество мужчин.

Сначала ее принимали за сумасшедшую, ведь девушка покупала лекарства и перевязочный материал за личные деньги и не брала ничего с людей, когда выносила кого-то из зоны боевых действий. Скоро все вокруг считали ее «младшей сестричкой», горячо благодарили за заботу и даже оставляли Дарье в наследство свои личные вещи (часы, кошельки, драгоценности).

Значение в истории

Своими действиями Даша Севастопольская вдохновила на беззаветный, доблестный труд и других местных женщин разных сословий. Довольно быстро они все стали трудиться под началом известного русского хирурга Пирогова Н. И. Эта группа усердных женщин восхищала его своей жертвенностью и альтруизмом. Процент смертности среди раненых значительно снизился с появлением решительных, храбрых и твердых духом леди.

Много времени спустя, когда уже герои той страшной войны давно отошли в мир иной, в людских сердцах все также живет память о великом подвиге бедной молодой сиротки. Своими простыми, но такими человечными и нужными поступками она вернула к жизни не один десяток солдат и заняла в списке героев Крымской войны почетное место.

Видео

В ролике кратко пересказана биография Даши Севастопольской.

В ролике говорится о том, как опыт хирурга Пирогова Н. И. повлиял на современную медицину:

Середина XIX века. Крымская война. Драма армий, тактик, солдат и просто живых людей. В то время, наверное, выражение «лучше бы меня убили», имела очень глубокий смысл.
Всего на театрах военных действий во время Крымской компании погибло 23 тыс. солдат союзнических армий и 47 тыс русских солдат. Но куда страшнее выглядят совсем другие цифры. Количество умерших от полученных ран или просто болезней. В армиях союзников — турок, англичан, французов и сардинцев — от ран умерло 24 тыс солдат, а от болезней почти 120 тысяч… Русская армия еще в два раза больше — 40 и 208 тысяч соответственно. Иными словами, от ран и болезней в то время умирало в 4 раза больше солдат, чем на поле боя..
В XIX веке проблема ухода за ранеными стояла как нельзя сильно. И именно во время Крымской войны, в Севастополе, возникает особое явление в истории России и мира. Здесь, по сути, впервые женщины осуществляют уход за ранеными и больными непосредственно на театре боевых действий. Удивительно, но в то время это был нонсенс. И в России и в Западной Европе слабый пол крайне редко работал в больницах и госпиталях.
Первыми, кто посвятил себя раненым и больным, были 150 приехавших в Крым сестер милосердия Крестовоздвиженской общины, созданной княгиней Еленой Павловной.
В наши дни в Музее Шереметьевых, что в Михайловской казематированной батарее, экспонируется инсталляция одного из эпизодов во время обороны Севастополя 1854-1855 гг — сестра милосердия Крестовоздвиженской общины ухаживает за раненым русским офицером в госпитале, который был здесь расположен в те годы.

2. Крестовоздвиженская община была учреждена в октябре 1854 года по инициативе и на средства великой княгини Елены Павловны. В состав общины принимались женщины российского подданства (главным образом вдовы и девицы), принадлежавшие к «свободным состояниям» и известные «своим поведением и добросовестностью». Особо оговаривалось, что при уходе за ранеными, сестры не должны были принимать ни денег, ни иных подарков. Сестры милосердия напрямую подчинялись профессору Медико-хирургической академии Санкт-Петербурга Н.И. Пирогову, которого по праву считают человеком, спасшим тысячи и тысячи русских солдат в той войне.

3. Для сестер милосердия была разработана и утверждена особая форма одежды, состоявшая из коричневого платья с белыми обшлагами, белого чепчика и такого же цвета фартука с карманами.

4. Главным отличительным признаком был специально учрежденный для общины позолоченный серебряный крест на голубой (Андреевской) ленте. На лицевой стороне креста была сделана надпись «Ты, еси, Боже, Крепость моя!», на оборотной — «Возьмите иго мое на себе»

5. В Крыму, благодаря своему таланту и неиссякаемой энергии, Н.И. Пирогов совершил настоящий переворот в области военно-полевой хирургии, применив так называемый принцип «рассеивания больных», иными словами сортировки их по видам и тяжести ранений и заболеваний. Была организована правильная эвакуация, в хирургии стала применяться гипсовая повязка и сохраняющее (консервативное) лечение огнестрельных ран. Так же именно во время Крымской войны, Пирогов стал массово применять наркоз во время операций (хотя многие считают, что наркоз впервые появился именно здесь, на самом деле это не так. Пирогов его применял еще в 1847 г. на Кавказе, а здесь применение наркоза стало именно массовым). Благодаря всем применяемым новшествам, а также активным действиям сестер милосердия, раненые и больных солдаты получили надежду на жизнь и выздоровление

6. Раненых и больных в то время было так много, что сестрам в буквальном смысле, голову некогда было поднять. Раненые размещались во всех «публичных заведениях и во многих частных домах». Как писал Пирогов, до приезда сестер Крестовоздвиженской общины «…многие валялись без матрасов, в грязнейшем белье, на грязном полу, без всякого разбора и присмотра». За короткое время, благодаря правилам сортировки и труду сестер милосердия, был восстановлен порядок в госпиталях и солдаты начали получать должный и возможный уход.

7. По воспоминаниям офицеров, сапоги могли не сниматься с ноги месяцами. Это порождало дополнительные проблемы как для раненых, так и для здоровых людей — отсутствие элементарной санитарии в полевых условиях. Во многом этим и обуславливаются такие невероятные потери больными и умершими от ран по сравнению с погибшими.
Эффективность метода сортировки раненых особенно проявлялась при наплыве большого числа пострадавших во время крупных сражений. Медики и сестры в такие дни делились на четыре группы. Первая была обязана сортировать раненых, принимать на хранение их деньги и вещи; тех, которым нужна немедленная операция, передавать второй группе, легко раненых после перевязки отсылать в другие лазареты или возвращать в полки. Вторая группа принимала нуждающихся в немедленной операции и определяла их в операционные залы. Третья группа занималась уходом за ранеными, которым операция была назначена на следующий день или позже. Наконец, четвертая, состоявшая из одних сестер и священника, была назначена для безнадежно больных и умирающих, которым доставлялся последний уход и предсмертные утешения…

8. Письмо офицера жене, отправленное из Севастополя в январе 1855 г. И в этом солдатам часто тоже помогали сестры милосердия — ведь часто из-за ран, те не могли даже держать перо в руке. Или попросту были неграмотными.

9. Большинство снадобий того времени были фактически шарлатанскими. Всевозможные микстуры «От колик в животе, доктора Ферье» и подобные ему были весьма популярны в то время..
10. Ромашковый чай, камфорный спирт, хлористая вода, йод — предвестники современных антисептиков. Но в те тяжелые годы приходилось довольствоваться только этими средствами
11. Все представленные в инсталляции емкости были найдены на территории батареи и других мест, где располагались госпиталя и пункты ухода за ранеными.
12. В заключение следует подчеркнуть, что Крестовоздвиженская община сестер попечения о раненых во время крымской войны полностью справилась со своей задачей, не только помогая врачам спасти жизни многим тысячам раненых русских солдат, но и показав всему миру способности женщин, обозначив новое направление в области военной медицины — введение частной помощи на войне и женского ухода за ранеными.
13. Стоит также отметить, что в армии союзников также действовали 37 дам милосердия во главе с англичанкой Флоренс Найтингейл, которые по примеру русских сестер попечения помогали раненым английским солдатам. Позднее, в 1863 году, перехватив гуманистическую идею у русских и английских сестер милосердия, пятью жителями Женевы было создано Общество Красного Креста, названное Международным комитетом помощи раненым…

Предыдущие мои фоторепортажи и фотосюжеты:

Пейзажи Южного берега Крыма Как Ты Бель Ракетный корабль «Самум» Средневековая крепость Фуна Жара и дети

При использовании материалов или фотографий, активная ссылка на источник обязательна

LiveInternetLiveInternet

Есть такие профессии, которые будут востребованы в любые времена. Никакие роботы не смогут заменить тепло человеческих рук и доброту сердец, ласковое слово и легкий юмор медсестры, дежурящей с утра и до утра, ставящей капельницы и делающей уколы, выполняющей все назначения врача, чтобы больной был здоров. Первые сестры милосердия в России выхаживали раненых на Крымской войне (1853–1856). А начало этой профессии положила Флоренс Найтингейл (1820–1910). Ее день рождения, 12 мая, стал отправной точкой праздника Международного дня медсестры. К этой дате поговорим о русских сестрах милосердия.

Прежде чем просветить читателя о русских сестрах милосердия, скажу пару слов об основателе сестринского движения Флоренс Найтингейл, которая, будучи аристократкой по происхождению, посвятила свой жизненный путь облегчению участи обездоленных, разработав гуманные принципы лечения таких пациентов.

Метод Найтингейл заключался в соблюдении строжайшей чистоты в палатах, регулярном проветривании помещений, правильном режиме питания, полном карантине для заразных и внимательном отношении ко всем жалобам больных. В период Крымской войны военный министр, прослышав об удивительной сестре милосердия, написал ей письмо с просьбой помочь организовать лазареты в полевых условиях. Осенью 1854-го Флоренс вместе с 38 помощницами отправилась в Турцию, а потом и в Крым для работы госпиталях. В результате правильно организованного ухода менее чем за шесть месяцев смертность в лазаретах снизилась с 42 до 2,2 %. Крымская война сделала Флоренс национальной героиней. Вернувшиеся с фронта солдаты рассказывали о ней легенды, называя ее «леди со светильником», потому что по ночам с лампой в руках она всегда, как добрый светлый ангел, сама обходила палаты с больными.

В 1856 году Флоренс на свои деньги поставила на высокой горе над Балаклавой (близ Севастополя) большой крест из белого мрамора в память о солдатах, врачах и медсестрах, погибших в Крымской войне.
На счету этой женщины – открытие школы для подготовки сестер милосердия, написание и выпуск учебных пособий, реорганизация армейской медицинской службы. Большое внимание уделяла она вопросам гигиены не только медперсонала и страждущих, но и всех помещений больниц, начиная от палат и кончая подвалами. Именно она добилась, чтобы лечебные учреждения оснащались системами вентиляции и канализации, медперсонал проходил необходимую «стерилизацию», строго велся учет больных, оформлялась история болезни, вся информация систематизировалась.

Несмотря на тяжелый недуг (в 1856-м молодую еще женщину приковал к инвалидной коляске инсульт), Флоренс активно претворяла принципы сестринской этики в жизнь. В 1872 году она возглавила экспертную комиссию по санитарному состоянию английских военных лазаретов и госпиталей. В 1883-м Найтингейл была награждена Королевским Красным крестом, а в 1907-м она стала первой женщиной Британии, награжденной орденом «За заслуги перед Отечеством».

После смерти великой подвижницы международная организация Красного Креста и Красного полумесяца (с ноября 1991 – Международная федерация обществ Красного Креста и Красного Полумесяца) учредила медаль имени Флоренс Найтингейл – самую почетную и высокую награду для сестер милосердия во всем мире. С 1912-го каждые два года 12 мая присуждается 50 медалей «лучшим из лучших». Медаль изготовлена из позолоченного серебра, на лицевой стороне надпись на латинском языке «В память Флоренс Найтингейл. 1820–1910». В центре изображение женщины со светильником, как символа добра, света, милосердия и надежды. На оборотной стороне медали написано: «За истинное милосердие и заботу о людях, вызывающие восхищение всего человечества».

В «Севастопольских рассказах» Л.Н. Толстого упоминаются такие сестры милосердия, как Бакунина, Карцева, Стахович, Хитрово. В госпиталях Крымской войны за ранеными ухаживали 120 монахинь Крестовоздвиженской обители, 17 из которых погибли.

Екатерина Михайловна Бакунина, дворянка по происхождению, подобно Флоренс, самоотверженно помогала врачам, в севастопольском госпитале.

По воспоминаниям Н.И. Пирогова, «ежедневно днем и ночью можно было застать ее в операционной, ассистирующей при операциях, в то время когда бомбы и ракеты ложились кругом. Она обнаруживала присутствие духа, едва совместимое с женской натурой». По поручению Николая Ивановича Екатерина Михайловна в конце 1855 года возглавила новое отделение медсестёр для перевозки раненных в Перекоп, а позднее она получила предложение возглавить Крестовоздвиженскую общину. После Крымской кампании Бакунина продолжила медицинский подвиг, открыв больницу в Новоторжскрм уезде. Она вела прием, сама объезжала больных, оказывала медпомощь на свои средства, делала перевязки, давала лекарства, сама изготавливала снадобья, выплачивала содержание врачу. С особым вниманием относилась к крестьянским детям. Она охотно приняла на себя обязанности попечительницы всех земских больниц уезда, которые отличались в губернии тем, что здесь не взималась плата за медобслуживание. В годы Русско-турецкой войны немолодая уже женщина снова трудится не покладая рук, порой принося себя в жертву раненым, нуждающимся в помощи и заботе.

Дворянка Екатерина Александровна Хитрово стала настоятельницей Крестовоздвиженской общины сестер милосердия, на личном примере показывая, что входит в круг профессиональных обязанностей: не только участвовать в операциях, ампутациях, перевязках, но и следить за медикаментами, пресекать кражу лекарств и продуктов, охранять вещи и деньги раненых.

В списке сестре милосердия Крымской войны увековечено имя Даши Севастопольской, отец которой погиб при Синопском сражении. Не имея медицинского образования, Дарья Лаврентьевна Михайлова самостоятельно организовала перевязочный пункт. Севастопольской окрестила ее народная молва. Царь Николай Первый пожаловал Дарье золотую медаль «За усердие».

Княгиня Наталья Шаховская с дочерьми Надеждой, Натальей и Верой, Екатерина Новосильцева, Прасковья Розен, княгиня Надежда Трубецкая, баронесса Юлия Вревская и др. – вот неполный список представительниц известных российских династий, ставших сестрами милосердия в Русско-турецкую войну.

Слева Баронесса Юлия Вревская, вверху справа – Прасковья Розен; сестры милосердия времен Русско-турецкой войны; ниже – княгиня Наталья Шаховская, внизу справа – палаточный лазарет, набор инструментов

Среди аристократок, помогавших раненым на полях Первой мировой, Любовь Дмитриевна Блок (урожденная Менделеева), императрица Елизавета Федоровна, ближайшая фрейлина императрицы Анны Федоровны Анна Александровна Вырубова, дворянка Елена Александровна Дрейер.

Вверху слева направо: Елизавета Федоровна; императрица Александра Федоровна подает инструменты во время операции. Позади стоят княжны Ольга и Татьяна. Оперирует княгиня В.И. Гедройц. 4-я слева Анна Вырубова;
внизу справа: императрица Александра Федоровна обрабатывает рану головы. 1-я и 3-я слева княжны Ольга и Татьяна, 2-я слева Анна Вырубова, 4-я слева княгиня В.И. Гедройц; Анна Вырубова во дворе дворцового госпиталя

Их можно увидеть на службе в церкви Святителя Митрофана Воронежского на Вятской. Три-четыре женщины предпенсионного возраста в красивых белых передниках и темных платьях в пол. Сестры милосердия. Их мало сейчас. Но удивительно, что они вообще есть – те, кто готовы служить ближнему в то время, как все вокруг стараются ближних использовать…

Чин посвящения в сестры милосердия в храме св. Митрофана Воронежского на Вятской

Сестры милосердия как явление пришли к нам вместе с Крымской войной 1754 года. В Черном море стоял британский флот. С трапов сошли первые сестры милосердия под руководством волевой и суровой дочери матроса Флоренс Найтингейл. Смертность от ран в британских солдат в турецких госпиталях была 42%. Умирало сорок два солдата из ста.

Флоренс Найтингейл

После того, как армия сестер милосердия Флоренс начала ухаживать за ранеными, смертность упала до 2%. То есть умирало двое из ста.

Царская семья узнала об этом. И великая княгиня Елена Павловна решила собрать свою армию сестер милосердия. Первый эшелон был невелик. 30 женщин из высших слоев общества по ее призыву срочно выучились ухаживать за ранеными и отправились в Крым. Там их ждал военный хирург Николай Пирогов. Под его руководством они начали ухаживать за ранеными . Спасибо Пирогову, взял на себя ответственность и поддержал почин великой княгини. Остальные мужчины отнеслись к этому решению женщин с иронией. Им вообще не нравился союз войны и женщин.

Екатерина Бакунина – ее имя первым называет Пирогов в списке тех, кто стоял у истоков этого сестричества – отправилась в Крым вторым эшелоном.

Екатерина Бакунина

Дочка петербургского губернатора, внучка адмирала Кутузова- не Михаила Илларионовича, а Ивана Лонгиновича, тоже героя. Узнав о том, что великая княгиня собирает отряд сестёр милосердия, Екатерина Михайловна едет в «самую гнусную», как ее характеризует ее визави граф Закревский, больницу Москвы – полицейскую, и проводит там сутки, чтобы испытать себя на прочность. Полицейская больница – это Гаазовская, то есть больница для неимущих, бездомных, нищих, арестантов. А поскольку Гааз уже год как умер, то положение дел в этой больнице, можно представить, какое. Без финансирования, на пожертвования она существовала. Гааз из состоятельного человека сделался нищим, пока ее содержал. И вот в эту-то больницу и едет Екатерина Михайловна, чтобы утвердиться в желании служить раненым в госпиталях.

Над ней смеялись даже врачи – в Петербурге, куда она приехала, чтобы войти в состав отряда сестер, отправляющихся на театр военных действий, она ездила на учебу в больницу в карете.

«Что это за сестра милосердия, которая ездит в карете?» – говорили врачи.

А ей было все равно. Если в карете удобнее и быстрее добраться до больницы, она это делала. Метро тогда не было. А зачем брать извозчика, если есть своя карета?

Она пишет, что самым сложным было не поддаться отговорам. А отговаривали все. «Зачем вам это надо?» – вот ежедневный вопрос всех, с кем она общалась. Ответ был очевиден.

Сестры милосердия

Конечно, почин великой княгини был реакцией на действия Флоренс. Мы не были первыми. Мы просто поспешили ответить. Но какая разница, кто первый, кто второй, если можно спасти 98 из 100? Вообще, это многое говорит о женщинах. Ведь четверо из десяти умирало при санитарах – мужчинах.

Госпиталь был в Севастополе. Очень много раненых умерло от тифа и холеры. Умирали и сестры милосердия. Очень подорвала боевой дух армии гибель Нахимова. Вот как описала Бакунина в своих воспоминаниях гибель адмирала:

«3 июля, Севастополь.

…Бедный Севастополь! Сколько крови льется в нем и за него!.. И, наконец, французам удалось попасть в Нахимова. Сколько, сколько времени они в него метили! Он так неосторожно разъезжал по всем бастионам; никто не носил эполет, а он постоянно их носил, и когда ему говорили: “Тут опасно, отойдите”, он всегда отвечал: “Вы знаете-с, я ничего-с не боюсь”. Эта ужасная весть сейчас донеслась и до нас; пошла какая-то зловещая суета. После своей несчастной раны в голову П. С. Нахимов прожил полторы суток, но не приходил в себя и не говорил. Он лежал на Северной; тело его перевезли сюда, в его дом, без всякой церемонии».

А вот записка Пирогова, из которой видно, насколько этот великий врач заботился о больных:

“1) В какой мере возможна перевязка раненых на этапах, и сколько примерно нужно сестер на каждую сотню раненых?

2) Каким образом утоляется жажда раненых на пути, и снабжены ли они или сопровождающие транспорт средствами, необходимыми для этой цели?

3) Выдаются ли раненым, кроме их шинелей, еще каждому одеяло или халат, или же (трудно больным) полушубок?

4) Как приготовляется пища на этапах, и возможно ли снабдить этап теплыми напитками в холодное время?

5) Осматривают ли транспорт, растянутый иногда на целую версту и более, от одного этапа до другого, врачи или фельдшера?

6) Соблюдается ли порядок, назначенный в снабжении больных пищею, т. е. кормят ли их на тех этапах, где изготовлено должно быть для этой цели?

Н. Пирогов. Бахчисарай, 15 сентября 1855 г.”

Царственные сестры милосердия и великая княгиня Елизавета Федоровна

Когда война закончилась, сестры вернулись в Петербург и стали мыкаться по съёмным домам. У них беспрестанно менялись священники. Великая княгиня заметно охладела к своему детищу. Это объяснялось тем, что фрейлины двора постоянно говорили о сёстрах дурное. Зависть отлично сочеталась с мирной жизнью, на войне было не до нее.

Наконец, Бакунина проявляет характер и прямо задает вопрос великой княгине:

«Охладела ли она к своему детищу? И как быть далее с сёстрами милосердия?»

Устыдившись, княгиня покупает для придуманной ею общины дом на Фонтанке, а Бакунину заставляет поехать с ней в Берлин , чтобы набраться опыта устройства общины сестер милосердия в «Вифании» – доме диаконис. Вот что пишет о посещении этого дома Бакуниной:

«Что же сказать об общем впечатлении, произведенном на меня этим великолепным, богато и прочно устроенным заведением? Первое (как я писала тогда сестре) – большая прочность. Все выстроено для одной цели, выстроено грандиозно, широкой рукой. Церковь большая, красивая; сад и огород. Все от самого большого до самого малого приспособлено к одной цели. Аккуратность и чистота во всем отличные. Но я помню, что на меня точно повеяло холодом. Диаконисы очень аккуратные, очень приветливые, но почти все очень молодые; видно, что неопытные; они могут при строгой дисциплине прекрасно исполнять и свои мелкие обязанности, и серьезно заняться чищением медных ручек и полов. Но это не те сестры, о которых мы мечтали, – о сестрах – утешительницах больных, ходатайницах за них, сестрах, вносящих в чужие госпитали горячие чувства любви и участия, правду и добросовестность! Для этого высокого занятия не сформируешь сестер чисткой полов и замков. Но чем же? Как же? Эти мысли меня все более и более волновали».

  • И далее, об уходе за больными:

    «Что же сказать о службе сестер у больных? Можно сказать, что то же, что и везде: и те же недостатки, и те же качества. Тщательно, прекрасно перевязывают, но иногда сделают ту же ошибку, как и везде: от дурной язвы перейдут к чистой, не умывши рук, или оставят валяться грязный компресс. Я ведь постоянно ходила с ними на перевязку. А раз я была очень поражена: в особой комнате лежал умирающий больной, – гангрена и пиэмия; при нем сидел служитель, а диакониса в другой комнате чистила медный замок! Так бы я их и переменила; да и вообще я находила, что они очень холодно относятся к больным; и их одеянье, черное платье, очень маленькая пелериночка, белые передники с нагрудником, кисейные с мушками чепчики с тюлевым рюшем, придают им скорей вид субреток, чем служительниц страждущим. Да и их очень много. Так что я нахожу, что им мало дела; больных при мне было 217 человек, а диаконис и испытуемых 60. Это очень хорошо тем, что они очень хорошо видят, что не заведение в них нуждается, а они в нем».

    Далее великая княгиня везет Бакунину в Париж, где та посещает несколько общин и богаделен. Вот ее забавные воспоминания об одной из них:

    «Сестры здесь, кажется, очень сжились со своими стариками; иные здесь по несколько лет, а другие и по несколько десятилетий. Очень хорошо тут все устроено; самые слабые или безногие – в нижнем этаже; у них есть стулья, на которых они выезжают в сад, и могут кататься без посторонней помощи. Старикам позволяется уходить из богадельни всякий день от 7 часов утра до 8 вечера. Когда мы приехали, они собрались к ужину. Ужин состоит из салата и сыра! Вот бы наших русских стариков так накормить – я думаю, они бы взбунтовались!»

    Великая княгиня Елизавета Федоровна

    Парижские сестры милосердия, по свидетельству Бакуниной, при уходе за больными на дому работали только платно – за пять франков в день. «Плата за уход отнимает у них священный характер сестры милосердия», – резюмировала Бакунина. Не нравится ей и устройство домов сестер милосердия: «Они почти совсем никуда не выходят; их не отпускают даже к больным родным, а если туда будут просить сестру, то посылают чужую, а не родную! Уж это слишком! Это – идти против человеческих чувств самых натуральных и законных».

    В то время, как Бакунина ездила по Европейским обителям, решился, наконец, вопрос с приобретением здания на Фонтанке для сестер милосердия. Там они жили, и несли свое послушание в мирное время. Устроили детский сад, открыли богадельню.

    Бакунина просила великую княгиню найти кого-то другого для руководства общиной. Но княгиня не приняла ее просьбы о «самовыводе». Вместе с тем она была недовольна Бакуниной, Бакуниной пришлось испытать на себя все муки немилости. Она несла свою службу, пока, наконец, все -таки не выхлопотала себе «вольную» и не «ушла на покой». На покое написала воспоминания, ценный исторический документ, по материалам которого подготовлен этот текст.

    …Прошло два с половиной столетия. Сегодня в Москве 15 сестричеств милосердия, из них три крупных: Свято-Димитриевское, целителя Пантелеимона, при Валаамском подворье. Готовит сестер Свято-Димитриевское училище. Но проблема сегодня одна – сестер слишком мало. А нуждающихся – брошенных одиноких стариков – слишком много.

    • В здании на Фонтанке, говорят, сейчас делают аборты. Такое время – все приняло форму, противоположную изначально заложенным смыслам.

      Сегодня в семьях и школах учат лидерству, а не самопожертвованию. Какое там самопожертвование, соцсети кишат советами, как избавиться от токсичных, приносящих проблемы людей.

      Можно ли представить сегодняшних женщин из элитных особняков, которые едут ухаживать за бомжами в больницы или за ранеными в госпиталя? Звучит как абсурд.

      Чтобы что-то изменить в этой ситуации, нужно изменить отношение людей друг к другу. А это самое сложное.

      Милосердия сёстры

      Женское участие в положении раненых — уникально. Все, когда-либо соприкоснувшиеся с медициной, знают, что именно женские руки причиняют меньше страданий и быстрее вылечивают. Мужчинам-санитарам этого не дано.

      Во время Крымской войны без них обойтись было уже невозможно: жестокость войны и страдания раненых стали запредельными, на одного погибшего в бою пришлось 10 солдат, умерших от ран и болезней. Выходить и спасти тысячи раненых смогли во многом именно женщины-сестры милосердия, которые впервые появились в ту войну.
      150 сестер милосердия Крестоводвиженской общины (в большинстве из благородных семей), созданной великой княжной Еленой Павловной, прибыли в Севастополь и впервые осуществили уход за ранеными и больными непосредственно в боевых условиях: на поле боя и в лазаретах.
      Сестры милосердия напрямую подчинялись профессору Медико-хирургической академии Санкт-Петербурга Н.И. Пирогову, который восторженно писал о них: «Горжусь тем, что руководил их благословенной деятельностью».
      Россия играла ведущую роль в мире в деле создания именно светских общин сестер милосердия, тогда как в государствах Западной Европы преимущество было за религиозными общинами, где главное было духовное состояние членов общин. Светские общины сестер России имели другую цель — обучение медицинского сестринского персонала, подготовку его для работы в условиях войны.
      В 1867 году под покровительством императрицы Марии Александровны, жены императора Александра II, было создано Общество попечения о раненых и больных воинах, объединившее сестер. Впоследствии оно стало известным и поныне Российским обществом Красного Креста. Под руководством и покровительством российских императриц РОКК осталось до 1917 года.
      С наступлением Великой войны женщины страны, невзирая на сословные различия и положение в обществе, самоотверженно ухаживали за ранеными на передовой и в тылу: дочь морского министра работала в Николаевском морском госпитале в Петрограде, а дочь председателя Совета министров оправилась на фронт сестрой милосердия, как и Александра Львовна Толстая. Писатель Куприн со своей супругой — сестрой милосердия, находился с первых месяцев войны на фронте.
      Римма Иванова, учительница из Ставрополя, добровольно пошла на защиту Отечества и стала сестрой милосердия. 9 сентября 1915 года у деревни Мокрая Дуброва (ныне Пинский район Брестской области Республики Беларусь) во время боя Римма Иванова под огнём оказывала помощь раненым. Когда во время боя погибли оба офицера роты, она подняла роту в атаку и бросилась на вражеские окопы. Позиция была взята, но сама Иванова получила смертельное ранение разрывной пулей в бедро. Указом Николая II, в виде исключения, Римма Иванова была посмертно награждена офицерским орденом Св. Георгия IV степени. Стала второй (после учредительницы Екатерины Великой) и последней подданной России, награждённой за 150 лет его существования.
      На третий месяц войны сестра милосердия Елизавета Александровна Гиренкова была награждена орденом Св. Георгия I степени «за выдающуюся храбрость, проявленную под огнем неприятеля при оказании помощи раненым». Баронесса Евгения Петровна Толль к концу второго года войны была трижды ранена, награждена крестом Св. Георгия IV степени и представлена к третьей и второй.
      Великая княгиня Мария Павловна Романова больше года проработала сестрой милосердия во фронтовом лазарете простой сестрой милосердия, награждена двумя Георгиевскими медалями.
      Самое деятельное участие в деятельности сестер приняли женщины всех сословий, включая и самые высшие. Вот о сестрах милосердия самого высшего ранга страны, незаслуженно забытых, оскорбленных и оклеветанных, и хотелось бы напомнить.
      Императрица Александра Федоровна являлась одной из руководительниц Российского общества Красного Креста и общин сестер милосердия с самого начала войны в 1914 г.
      Сестры милосердия РОКК Александра Федоровна, Татьяна и Ольга Романовы, Царкосельский лазарет, 1914 год
      Она с единомышленниками и помощниками превратила город Царское Село и огромную часть Зимнего дворца в крупнейшие в мире военные медицинские госпитальные и реабилитационные центры, которые были оснащены самым передовым медицинским оборудованием. Поэтому туда привозили самых тяжёлых раненых, за которыми сама императрица ездила на фронт в санитарных поездах.
      Лазарет в Зимнем Дворце, 1915
      В 1914 г. под опекой императрицы и ее дочерей только в Царском Селе было открыто 85 лазаретов во дворцах, госпиталях, частных домах и дачах, начиная с Большого Екатерининского дворца и кончая дачами и особняками. Александра Федоровна распределяла пожертвования на нужды войны, приспособила под госпитали свои дворцы в Москве и Петрограде, организовала выпуск медицинских журналов, где рассматривались передовые методы лечения.
      В дворцовых госпиталях она с дочерьми организовывала курсы сестер милосердия и сиделок. В Зимнем дворце отвели под раненых лучшие парадные залы, выходящие на Неву, а именно: Николаевский зал с Военною галереею, Аван-Зал, Фельдмаршальский и Гербовый — всего на тысячу раненых. По ее инициативе были пристроены благоустроенные пристройки к дворцам, чтобы разместить в них жен и матерей госпитализированных солдат, что исключительно благоприятно влияло на процесс выздоровления раненых, организованы санитарные пункты, где женщины всех сословий вместе готовили перевязочные материалы для раненых.
      Но все-таки главной обязанностью для себя и всех своих четырех дочерей она считала непосредственную помощь раненым в качестве сестер милосердия. В ноябре 1914 г. Александра Федоровна с дочерьми Ольгой и Татьяной и сорока двумя другими сестрами первого выпуска военного времени сдали экзамены и получили свидетельство военной сестры милосердия. Потом все они поступили рядовыми хирургическими сестрами в лазарет при Дворцовом госпитале и ежедневно перевязывали раненых, в том числе и тяжелораненых.
      Как любая операционная сестра, Императрица подавала инструменты, вату и бинты, уносила ампутированные ноги и руки, перевязывала гангренозные раны, научилась быстро менять застилку постели, не беспокоя больных, гордясь нашивкой Красного Креста.
      Из письма Императрицы Николаю II. Царское Село. 20 ноября 1914 г.: «Сегодня утром мы присутствовали (я, по обыкновению, помогаю подавать инструменты, Ольга продевала нитки в иголки) при нашей первой большой ампутации (рука была отнята у самого плеча). Затем мы все занимались перевязками (в нашем маленьком лазарете), а позже очень сложные перевязки в большом лазарете. Мне пришлось перевязывать несчастных с ужасными ранами… они едва ли останутся мужчинами в будущем, так все пронизано пулями. Я все промыла, почистила, помазала иодином, покрыла вазелином, подвязала, — все это вышло вполне удачно. Я сделала 3 подобные перевязки. Сердце кровью за них обливается, так это грустно, будучи женой и матерью, я особенно сочувствую им.»
      Сестра РОКК Александра Федоровна Романова обрабатывает рану, Царскосельский лазарет.
      Из дневника дочери, Татьяны Николаевны: «…Была операция под местным наркозом Грамовичу, вырезали пулю из груди. Подавала инструменты… Перевязывала Прокошеева 14-го Финляндского полка, рана грудной клетки, рана щеки и глаза. Перевязывала потом Иванова, Мелик-Адамова, Таубе, Малыгина…».
      Сестра РОКК Татьяна Романова перевязывает раненого под руководством лучшего хирурга России Веры Гедройц.
      Из дневника дочери, Ольги Николаевны: «…Перевязала Потшеса, Гармовича 64-го Казанского полка, рана левого колена, Ильина 57-го Новодзинского полка, рана левого плеча, после Мгебриева, Побоевского….».
      Сестра РОКК Ольга Романова
      Младшие дочери Мария и Анастасия прошли домашние курсы медицинских сиделок и помогали матери и сестрам в их госпиталях в уходе за ранеными, за что те были им бесконечно благодарны.
      Стихи раненого прапорщика, великого русского поэта Николая Гумилева, пациента Царскосельского лазарета Большого Дворца, посвященные Анастасии от имени группы раненых офицеров.
      Сегодня день Анастасии,
      И мы хотим, чтоб через нас
      Любовь и ласка всей России
      К Вам благодарно донеслась.
      Какая радость нам поздравить
      Вас, лучший образ наших снов,
      И подпись скромную поставить
      Внизу приветственных стихов.
      Забыв о том, что накануне
      Мы были в яростных боях,
      Мы праздник пятого июня
      В своих отпразднуем сердцах.
      И мы уносим к новой сече
      Восторгом полные сердца,
      Припоминая наши встречи
      Средь царскосельского дворца.
      Эта работа не была показухой: вот как об этих сестрах милосердия отзывалась их непосредственная начальница, лучший хирург России Вера Игнатьевна Гедройц, не любившая вообще-то самодержавие, и с настороженностью отнесшаяся поначалу к ним: «Они не играли в сестер, как это мне приходилось потом неоднократно видеть у многих светских дам, а именно были ими в лучшем значении этого слова».
      Татьяна Мельник, дочь врача Боткина: «Доктор Деревенко, человек весьма требовательный по отношению к сестрам, говорил мне уже после революции, что ему редко приходилось встречать такую спокойную, ловкую и дельную хирургическую сестру, как Татьяна Николаевна».
      Эти сестры милосердия оказали помощь сотням раненых защитников Отечества, многим тем самым сохранив жизнь. Можно ли представить, чтобы жены и дочери высших большевистских бонз (до и после 91 г) служили хирургическими сестрами?
      Александра Федоровна и дочери проявили заботу и об умерших от ран: по ее распоряжению в Царском селе впервые было открыто и первое официальное братское кладбище павших за Отечество в Первую мировую войну. На свои средства императрица построила церковь. Многих из погребенных здесь царская семья лично провожала в последний путь, и заботились о могилах.
      Коммунисты впоследствии снесли кладбище бульдозерами и устроили на нем … огороды. Сегодня на месте кладбища установлен гранитный памятник-крест в честь павших за Родину в Великой войне, один из немногих, существующих в России в память о Великой войне.
      Памятник павшим воинам в ПМВ 1914-1918 годов на месте Братского кладбища Царского Села (2008), вокруг огороды на могилах.
      После ареста царской семьи лазареты и госпитали пришли в полный упадок и раненые оказались без должного ухода. Уникальный лазарет Зимнего был разграблен и закрыт уже 27 октября, были закрыты лазареты Федоровского городка Царского Села.
      Даже будучи в Тобольске, Александра Федоровна и дочери интересовались состоянием лазаретов, где служили и переживали об их упадке… Их жизни оборвались трагически и страшно: сестры милосердия Российского Общества Красного Креста Александра Федоровна, Татьяна Николаевна, Ольга Николаевна, Мария Николаевна, Анастасия Николаевна Романовы, спасшие многие и многие жизни раненых русских воинов, были зверски убиты большевистскими нелюдями вместе со своими родными и близкими.
      Расправа была изуверской: сначала были убита Александра Федоровна на глазах детей, затем убиты девушки и мальчик, очнувшуюся позже Анастасию добили штыками. Убивали их трусы, которые сами на фронте никогда не воевали и поэтому даже не представляли себе, какое это страшное преступление — убить сестру милосердия.
      Имена этих самоотверженных прекрасных женщин России, настоящих Милосердия Сестер, искренне отдавших свои сердца и руки лечению и восстановлению раненых защитников Отечества, навсегда останутся в сердцах благодарных граждан России, вечная им честь и слава. Они жили, и будут жить вечно в потомках выхоженных их руками раненых солдат и офицеров России.
      Памятник российским Сестрам Милосердия

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх